Когда «Виктория» лавировала на штормовых ветрах у мыса Доброй Надежды, а «Тринидад» шел на восток к берегам Панамы, 13 мая на Молукках появилась португальская эскадра из семи кораблей под предводительством Антониу ди Бриту. Острова не видели такой боевой мощи.

Гром салютов сеял страх. Люди бежали в горы, угоняли скот, уносили детей. Португальцы хозяйничали в поселках, как у себя дома. На рейде, где стояли корабли Магеллана, бросили якоря каравеллы Бриту Капитан-генерал не случайно выбрал Тидоре. От захваченного на Банде пленного испанца, посланного туда Эспиносой на разведку, он узнал о событиях, происшедших с момента захвата на Бакьяне джонки с гвоздикой. Приход Бриту на Тидоре свидетельствовал о намерении Португалии сохранить за собой права собственности на острова Пряностей.

Верный союзническому долгу Альмансор удрал из города, бросил его на произвол судьбы, скрылся в укрепленном дворце Мариако у подножия вулкана. Раджа расставил на валу солдат, приказал зарядить пушки, ждал осады. Из фактории к нему на помощь с частью наиболее ценного груза прибыли фактор, канонир и солдат.

– Наши пушки годятся только для войны с соседями, – заявил Сили, презрительно глядя на старые кулеврины. – Один португальский корабль имеет больше пушек, чем вся крепость!

– Ты думаешь, они принесут сюда орудия? – спросил властитель, понимавший тщетность усилий защитить остров.

– Конечно, – советник перевел взгляд с кулеврин на поле перед дворцом. – Португальцы сожгут Мариако, как соломенную хижину. Эта стена, – он топнул ногой по валу, – ненадежная защита.

– Что нам делать? – растерялся Альмансор. – Все знают, что я дружил с командиром кастильцев.

– Мы не одни провинились перед португальцами, – сказал Сили. – Соседние властители заключили с испанцами союзы, отправили письма королю. Надо сообща выпутываться из неприятного положения, иначе солдаты сожгут селения и убьют жителей.

– Предлагаешь начать войну? Напасть на эскадру?

– Это верх глупости, – улыбнулся советник. – Нас расстреляют картечью до того, как пироги подплывут к кораблям.

– Я не понимаю тебя, – признался Альмансор.

– Зачем сражаться, если можно уладить дело миром? – загадочно улыбался Сили. – Мы не убивали моряков на Бакльяне, нам нечего бояться. Мы не взяли ни корзины чужой гвоздики. Вас силой вынудили заключить союз с королем Испании. Вы не хотели. Вы сопротивлялись. Пушки так часто и громко палили у дворца, что пришлось забыть Аллаха, ездить на поклон к кастильцам.

– Я ездил на поклон к кастильцам? – опешил раджа.

– Да, мой господин. Это подтвердят люди с фактории.

– Ты с ума сошел! Я плавал на поклон? Кто поверит?

– Лучше десять раз поклониться, чем один раз умереть.

– Никогда! – выпалил царек.

Солдаты на валу с удивлением посмотрели на них.

– Жаль, – вздохнул Сили, – мне придется поискать другого хозяина.

– Я не гоню тебя.

– Жаль, – повторил придворный с грустным выражением лица. – Португальцы не простят измены.

– Я не присягал им! – воскликнул раджа.

– Тем легче оправдаться… – не отступал советник.

– Почему я должен кланяться? – возмутился властитель, словно это волновало его больше всего на свете.

– Можно не кланяться, – смилостивился придворный. – Пошлите к португальцам сына или племянника для объяснения причины соглашения с испанцами.

– Кекиле выдаст меня, – вспомнил Альмансор.

– Ему не поверят. Он всегда был вашим врагом, – успокоил Сили.

– А раджа Жилоло?

– Он стар и завистлив.

– Я согласен, – сдался властитель. – Уговори испанцев подтвердить мои слова, пошли к властителям пироги, – добавил раджа. – Пусть все говорят одинаково.

– Не беспокойтесь, мой господин, – поклонился придворный. – Я исполню ваше желание.

– Мое? – изумился царек.

– Аллах послал вам хорошие мысли! – промолвил придворный. – А этих, – он презрительно кивнул в сторону моряков фактории, разбиравших во дворе тюки, – отдайте главному капитану кораблей. Зачем вам неприятности из-за них?

– Что я скажу сеньору Эспиносе? – запротестовал царек.

– Он все поймет. У него один корабль, а здесь, – советник кивнул в сторону залива, – семь штук.

– Я подумаю, – пообещал Альмансо.

Придворный ушел разыскивать наследника, чтобы тайно послать гонцов на острова. Раджа прислушался к шуму леса. Он ждал и боялся непривычных звуков стальной пехоты. Вокруг пели птицы, ярко светило солнце, будто ничего особенного не произошло.

* * *

Вечером около дворца появились португальцы. Дюжина солдат в доспехах вышла из лесу и направилась к крепости. Закатное солнце румянило металлические пластины, ветер развевал белое полотнище флага. Воины двигались быстро и уверенно, чувствовали себя в безопасности. Впереди колонны шел пожилой мужчина в золоченом морионе на седеющей голове. Блестящий шлем выделял его среди прочих, указывал на достаток хозяина. На боку офицера висел меч, богато украшенный золотом.

Португальцы приблизились ко рву с торчащими в нем заостренными кольями, потребовали спустить мост, чтобы пройти в резиденцию Альмансора. Стражники раджи провели португальцев в покои властителя, украшенные цветными циновками, коврами и посудой, расставленной на полу. Альмансор с сыном пил пальмовое вино. В смежной комнате, с проемом в стене вместо двери, позволявшем видеть каждое движение хозяина, расположилась охрана. Командир оставил в ней солдат, вошел в залу.

– Меня зовут Руй Гагуо, – после небрежного поклона представился гость. – Я фактор Его Величества короля Португалии в южных морях, – сказал он по-малайски. – Капитан-генерал эскадры Антониу ди Бриту, направленный сюда вице-королем Индии, послал меня узнать: на каком основании ты пропустил кастильцев в наши владения? Эту область задолго до них открыли португальцы.

– Я никого не пускал, они сами пришли, – попытался оправдаться Альмансор, крайне смущенный дерзостью посла. – Моряки появились внезапно, как вы, никого не спросив, паля из пушек, требуя продовольствия. Я не предполагал, что вы давно «открыли» мой остров, что он находится в ваших владениях, и поэтому другим гостям нельзя посещать его.

– Ты заключил с испанцами союз, передал права на Тидоре в руке короля дона Карла. Ты стал врагом Португалии! – заключил фактор.

– Нет! – закричал раджа. – Клянусь Аллахом, я пустил кастильцев сюда для торговли, а больше из страха… Они бы сожгли город и уничтожили жителей!

– Ты – лжешь!

– Это подтвердят моряки с «Тринидада», – поспешно добавил Альмансор.

– Мы все знаем! – произнес с язвительной улыбкой Гагуо. – О твоих клятвах, о намерении воевать с соседями, о письме королю Испании…

– Вас обманули! – властитель вскочил на ноги, зашагал по комнате. Сын с циновки следил за ним. – Вас обманули… – повторил Альмансор, не находя слов для объяснения. – Если это так, – задержался он перед португальцем, – разве я мог поступить иначе? Они бы убили меня и его, – он указал на наследника, – и всех, попавшихся под руку! Я спасал свою жизнь. Пусть это будет моя вина. Аллах осудит меня за то, что я хотел добра! Я позволил народу принять вашего Бога! – воскликнул властитель.

– Это так, – смутился фактор.

– Разве я сделал что-нибудь плохое вашему королю? – говорил Альмансор. – Если бы я хотел воевать с вами, то собрал большую армию и напал на корабли!

– У сеньора Бриту семь каравелл и триста солдат пехоты! – прервал Гагуо.

– Но я сижу во дворце, пью вино и говорю с вами, – пропустил замечание раджа. – Я не хочу войны, не желаю вам зла. Я готов торговать с вами по низким ценам.

– Это хорошо, – похвалил торговец, отвлекшись от главной цели визита. – Сколько кастильцы платили за бахар гвоздики?

– Двойную цену.

– Неужели? – удивился фактор.

– Теперь вы понимаете, почему я дружил с испанцами, – ухватился за мысль раджа.

– Очень выгодные сделки, – согласился торговец. – Где сейчас моряки? – вспомнил о поручении адмирала.

– Во дворце, – потупил глаза царек.

– Со своим добром? – выведывал Гагуо.

– Не знаю. Наверное, они спрятали его на фактории.

– Сеньор Бриту требует выдачи врагов Португалии вместе с их имуществом! – жестко произнес посол.

– Я думал, вы посетили факторию.

– Мы не грабители. Солдаты не тронули хижины. Все должно быть по закону. Кастильцы нарушили соглашение о зонах плавания и торговли, пиратствовали в наших водах, нападали на встречные суда, убивали людей, захватывали рабов. За это их надо наказать.

– Как?

– Это решит капитан-генерал.

– Законы гостеприимства… – мягко начал раджа.

– Португальские законы требуют выдачи кастильцев! – перебил фактор.

– Их казнят?

– Вероятно, сошлют в кандалах на плантации.

– Мне жаль их, – царек сострадательно вздохнул.

– Сеньору Бриту не понравится твое заступничество. Отдай их добровольно. Солдаты дона Гарсиа готовы захватить врагов силой!

– Я не защищаю кастильцев, – торопливо извинился Альмансор.

– Прикажи привести испанцев! – настаивал посол.

– Только не сейчас… – взмолился раджа. – Что скажут соседи, увидев моих гостей связанными, подгоняемыми мечами и копьями? Мне нужно убедить моряков не сопротивляться, не бежать на Бакьян или Жилоло. Я отошлю их вам завтра утром.

– Вместе с товарами! – напомнил торговец.

Безмолвный наследник наблюдал за ними из угла залы.

* * *

На следующее утро пирога раджи, сопровождаемая лодками, отправилась к флагману португальцев. Звенели колокольчики, перезванивались литавры, дули в дудочки музыканты. Под великолепным балдахином на полосатом ковре сидел властитель. Легкий ветерок колыхал разноцветные перья, гирлянды цветов. Кудахтали в клетках куры, дремали связанные козы. Груды овощей и фруктов лежали под ногами гребцов. Булькало в кувшинах пальмовое вино. Кричали на веревочках маленькие обезьянки. Альмансор грустно смотрел на черневшие силуэты кораблей. Не о такой флотилии мечтал он, следя за ремонтом «Тринидада».

Царственная пирога подошла к борту молчаливого судна, не встретившего ее салютом, радостными приветствиями. Чужие бородатые лица с презрительными усмешками смотрели на туземца. Раджа оставил свиту в пироге, полез на палубу, путаясь ногами в веревках и пачкая руки смолой.

Никто не поклонился ему, не бросился целовать руки, не побежал вперед разгонять любопытных. Его провели на дек корабля, где на единственном стуле сидел мужчина средних лет в просторной куртке, скрывающей очертания фигуры. Португалец был невысок, имел колючий взгляд. Руй Гагуо стоял за спиной командующего.

– Привез кастильцев? – вместо приветствия низким голосом спросил Бриту.

Фактор перевел вопрос.

– Они в лодке, – царек указал на пирогу, хотя сверху было видно троих сокрушенных несчастьем испанцев.

– Пусть поднимутся ко мне, – приказал адмирал офицеру, сопровождавшему Альмансора.

Дон Гарсиа дал команду пирогам причалить к борту.

– Что вы намерены делать с пленными? – заволновался туземец, ощущая неловкость под взглядом португальца.

– Велю отрубить головы, – медленно произнес Бриту.

– Я обещал им жизнь! – взмолился царек.

– Ты? – удивился адмирал. – Здесь я решаю, кого судить, а кого миловать.

– Они добровольно согласились отправиться на корабли.

– Я учту это, – португалец пристально глядел в глаза властителю.

– Они привезли все свое имущество, – просил за моряков Альмансор.

– Все? – сурово промолвил Бриту.

– Почти все, – не смог обмануть царек.

– Сеньор капитан-генерал, вы обещали мне… – мягко вполголоса напомнил фактор.

– Я помню, – кивнул командир.

– Я дам за них выкуп! – пошел на крайнюю меру Альмансор.

– Я не беру деньги за врагов короля. Почему их трое? – Бриту заметил в лодке фактора с солдатами.

– Четвертый уплыл на Моро.

– Они и туда разведали дорогу? Это ты надоумил их?

– Нет, нет… – запротестовал туземец, чувствуя холодок в груди. – Они сами…

– Мы узнаем от пленных, – угрожающе пообещал адмирал.

– Я привез продовольствие, – раджа попытался перевести разговор на другую тему. – В лодках куры, козы, рыба, дыни, бананы, апельсины, кокосовые орехи…

– Тебе заплатят, – перебил португалец.

– Мне не надо денег, – замахал руками Альмансор. – Это подарок.

– Спасибо.

– Я еще пришлю, – властитель обрадовался возможности уладить неприятности.

– Когда кастилец приплывет из Моро? – вспомнил Бриту.

– В конце месяца, – приуныл островитянин.

– Сразу пошли его ко мне!

– Вы простоите у города две недели?

– Я намерен заложить крепость и судоверфь для постройки каравелл, но пока не выбрал место.

– Для меня это большая честь, – кисло улыбнулся царек.

– Здесь нет удобной гавани. Бухта продувается ветрами, в ней высокая волна. Мы поищем место лучше.

– Я помогу вам.

– Говорят, на Тернате есть хорошая гавань?

– Мой залив мне нравится больше.

– Раджи соседних островов присягали кастильцам?

– Да, – против воли признался Альмансор.

– Они тоже испугались? – усмехнулся португалец, отчего его рот стал косым, как рубец от удара саблей.

– Не знаю.

Пленных испанцев подняли на палубу, провели к адмиралу. Команда с любопытством следила за первыми моряками, пришедшими на Молукки западным путем.

– Среди вас есть португальцы? – поинтересовался Бриту.

Испанцы молча стояли рядом с Альмансором.

– Это хорошо, – решил адмирал, словно исчезло самое тяжкое обвинение. – Я бы не пощадил предателей.

– Они могли уйти вместе с женщинами в джунгли… – попытался защитить моряков властитель, но под тяжелым взглядом командующего умолк.

– Раджа говорит, вы силой заставили его подписать письмо дону Карлосу, навязали военный союз против Португалии?

Ему не ответили.

– Говорите правду, – велел Бриту. – Или я прикажу казнить вас.

– Это сущая правда, – подтвердил канонир.

Царек облегченно вздохнул.

– Если бы он не сделал этого, мы убили бы его и отдали остров в управление кому-нибудь из придворных, – добавил солдат.

– Кому? – ухватился за мысль адмирал.

– Племяннику Гумару.

– Я подумаю над этим, – португалец наслаждался унижением властителя.

– Мы знали, что на свадьбе сына раджи Бакьяна и дочери Альмансора хотели нас убить, – продолжил фактор.

– Жаль, что не зарезали, – ухмыльнулся Бриту.

– Он посылал лазутчиков на корабли. Поэтому капитаны запретили нам ночевать на берегу.

– Разумно, – похвалил офицеров адмирал.

Альмансор понурил голову, словно в действительности готовил заговор против испанцев.

– Он обещал нам гвоздику с Бакьяна, но не дал ни арробы[19], – вспомнил фактор.

– Достаточно, – махнул рукою адмирал.

– Я прошу вас сохранить им жизнь, – раджа потупил глаза в палубу.

– Наденьте на них кандалы и посадите в трюм! Я подумаю, как с ними поступить, – распорядился Бриту но когда солдаты уводили испанцев, неожиданно задержал их: – Среди вас есть грамотный?

– Я умею читать и писать, – обернулся фактор.

– Дайте ему перья и бумагу, пусть опишет приключения сеньора Магеллана, а также все происшествия после его смерти!

– А как же кандалы? – не понял дон Гарсиа.

– Успеете заковать.

– Я могу вернуться во дворец? – осведомился Альмансор.

– Да, но сначала напиши отчет о торговле с кастильцами, как они заставили тебя заключить против нас военный союз.

– Я согласен, – пробормотал царек.

– Помни: судьба острова в моих руках!