Варя

Я все время вспоминаю случай, когда мы с мамой ездили в гости к ее двоюродной сестре в Екатеринбург. Она прилично старше ее, поэтому на момент, когда дочери тети Люды было двадцать шесть, я была шестнадцатилетней малолеткой, и наличие у нее двух детей-погодок было для меня потрясением.

Они визжали, кричали, плакали и все время дрались. Те две недели, что мы были у них в гостях, стали для меня адом, и тогда я решила, что больше одного ребенка ни за что не рожу.

Ха-ха.

Двухплодная беременностть стала ударом, но лишь до тех пор, пока не прошел первый шок. Потом я привыкала к мысли, что стану мамой близнецов, а когда осознала, что они могут быть Лешкиными, полюбила еще до того, как стал заметен живот.

Сейчас я не представляю своей жизни без них. Без ночного молока для Арса, разбросанным по квартире игрушек, липких ладошек и перепачканных йогуртом мордашек.

– Мама! – раздается звонкий голосок Арса, – Хочу туда!

Я поднимаюсь с мягкого пуфа и иду к маленькой горке, на которую Ромка уже научился залезать самостоятельно, а Арс пока нет. Чмокнув сына в лоб, подсаживаю его вверх и возвращаюсь.

Мы выбрались в детскую игровую комнату, и кажется, кто-то сегодня будет спать без задних ног.

– Как ты их различаешь? – спрашивает Арина, попивая кофе из картонного стаканчика.

Она работает неподалеку и захотела присоединиться.

– Они же разные.

– Да нет же! – смеется она, – Они как две капли!

– Просто они не твои дети, – отвечаю словами Леши, что так запали мне в душу.

– Возможно, – соглашается Аришка, – Знаешь, у наших соседей загородом тройняшки, им по семь лет, но их отец до сих пор путает.

– Серьезно?..

Станис тоже не различал мальчишек, но я никогда не обижалась, списывая это на его вечные занятость и усталость. Юля утверждала, что для отцов это норма, и я верила.

– А Денежко? – понизив голос, осторожно интересуется подруга, – Он их еще путает?

– Нет! – вылетает из меня, – Леша сразу понял, кто есть кто.

– Да ладно?! Он их различает?!

Повернув голову, она пристально смотрит на мох детей. Ромка с хохотом скатывается с горки и, поднявшись, тут же бежит к ступенькам. Арсений за ним, но, перехватив мой взгляд, показывает рукой, что не сможет залезть сам.

Я снова иду, чтобы помочь ему.

– Варь, а что Аля? Как она отреагировала на новость?

Вдоль моих ребер проходит нервная рябь. Я вздыхаю и лезу в объемную сумку за бутылкой с водой. Отвинтив крышку, делаю два больших глотка и убираю ее обратно. Арина внимательно наблюдает за каждым моим движением.

– Я не знаю. Мы с Лешкой не говорим на подобные темы.

– Понятно… – отвечает тихо, но спустя недолгую паузу продолжает, – Мне недавно Тина писала.

– Ммм… что рассказывает?

– Ну, знаешь, начала с вопросов, как мои дела, а потом как-то незаметно перешла на тебя. В итоге мы с ней немного повздорили.

– Почему?

Игровая постепенно заполняется новыми посетителями. Становится душно и шумно. Мое сердце сбивается с ритма.

– Она считает, что ты своим возвращением вмешиваешься в пару Лешки и Али.

– Я не вмешиваюсь в их отношения! Что за бред?!

– Ой, Варь, я написала ей то же самое!.. Но Тинка уверена, что ты попытаешься его увести. Представляешь?! Говорит, если не удалось поймать журавля в небе, будешь держаться за синицу.

– Идиотка, – не сдерживаюсь я, – Идиотка втройне, если считает Денежко синицей.

– Согласна, – тихо бормочет Арина.

– Я не претендую на него, ясно?.. Все, чего я хотела, чтобы он узнал о детях. Остальное только его инициатива!

– Я знаю, Варь, – отвечает подруга примирительным тоном, – Я думаю, это мысли не столько Тины, сколько ее сестрицы. Ты заходишь на ее страницу?

– Нет.

Признаюсь, было время, когда я посещала ее едва ли не ежедневно. Не из-за нее – я боялась пропустить там что-нибудь новое о Лешке. Однако кроме медалей и грамот за победы на чемпионатах, о нем ничего интересного там не было. Сам Денежко там так ни разу и не появился. А публикации Альки для меня значения не имели, и со временем я совсем перестала к ней заглядывать.

– Она сильно активизировалась, – переходит на шепот, – Ну… знаешь, разные статусы про любовь, размытые силуэты с намеком на то, что это они с Лешкой.

– А это они? – спрашиваю слегка охрипшим голосом.

– Нет, конечно! Думаешь, если бы у нее были такие фотографии, она их скрывала бы?

Мальчишки, накатавшись с горки, переключаются на игровой стол. Прижавшись плечами друг к другу, со смехом пытаются поймать ускользающих рыбок.

– У них отношения… Уже давно. Они длятся гораздо дольше, чем то, что было у нас Лешей, – проговариваю через спазм в горле, – Я не собираюсь с ней конкурировать.

– А может, стоило бы? – произносит она и сразу прячется за стаканчиком с кофе.

– Нет, Ариш… – улыбаюсь я, – Там без шансов.

Подружка тяжело вздыхает и с грустью опускает глаза, а когда уходит в туалет, лежащий в заднем кармане моих джинсов телефон начинает звонить. Это он, я понимаю это по зачастившему пульсу.

– Привет.

– Привет, я заеду в течение часа?

– Эмм… мы не дома, Леш. В «Оранже» в игровой комнате. Сейчас поедем домой.

– Как вы туда добрались? – интересуется тут же.

– На такси.

– Ясно… Я заберу вас через полчаса. Дождитесь.

– Хорошо, – говорю я и отключаюсь.

Видимо, он сегодня освободился раньше обычного, потому что к его приходу я рассчитывала быть дома. Теперь меня снова гложет мысль, что я доставляю ему неудобства.

– Сейчас Леша за нами приедет, – сообщаю Арине, когда она опускается на соседний пуф.

– Уф!.. Мне следует уйти, или можно остаться? Варь, – складывает руки в молитвенном жесте, – Я так хочу посмотреть, как он общается с твоими мальчишками!

– Оставайся, конечно…

Леша приезжает, как и обещал, спустя полчаса. Останавливается на входе, ища нас взглядом, а увидев, направляется прямиком ко мне. У меня перехватывает дыхание от того, какой он высокий, спортивный и до безумия красивый. Отец моих детей.

Гордость заполняет до горлышка.

Я поднимаюсь на ноги, Аринка делает то же самое и здоровается с Денежко первой.

– Привет, Леш!..

– Привет, – отвечает кивком.

Если и чувствует удивление, то никак его не проявляет. Подруга нервно топчется на месте.

Я не успеваю вымолвить ни слова – Арсений и Ромка, завидев отца, бросаются к нему со всех ног.