Стрикс. Птицеподобный демон, питающийся кровью и внутренностями умерших, подобно стервятнику.
– Поверить не могу, что они натравили на нас Трикси! Что за садист хотел надрать нам сегодня зад? – возмутился Крэйн после того, как мы выпили по пятой рюмке абсента.
Уже после третьей колющая боль от заживающих ребер наконец утихла, но выглядели мы все еще не очень: Крэйн и я сидели в рубашках, я прижимала к ребрам пакет со льдом, а экзорцист периодически тыкал себя в скулу и жмурился. Бар был полон, словно каждый экзорцист решил отметить свой выходной у гавани. Воздух пропах алкоголем и потом, а концентрация Арканума была такой, что у меня во рту пересохло. Если бы я не влила в себя пол-литра абсента, то давно сбежала бы из этого места, чтобы не высосать энергию какого-нибудь новичка.
Я дернулась и зажмурилась, когда очередное ребро встало на свое место, а затем аккуратно села на барный стул, пока Крэйн разливал из бутылки в три наши рюмки. Единственный, кто из нас троих выглядел трезвым, – Зэро, который умудрялся во всем этом хаосе читать книгу, при этом элегантно потягивая пойло из своей рюмки, будто чай.
– Значит, мы с тобой поедем в Англию? – поинтересовалась я у Зэро.
– Я поеду, но вместо меня на играх будет Крэйн, – ответил экзорцист, перелистывая страницу.
– А? Но… Крэйн же проиграл, разве нет? – сказала я, смутившись. Светловолосый экзорцист забавно взглянул на меня.
– Так оно и есть, но я гомункул. У меня нет разрешения на участие в Играх.
– Что? Почему? – возмутилась я и рывком села на край стула. Зэро же выглядел совершенно спокойно.
– На Игры допускаются только экзорцисты.
– Ты и есть экзорцист!
– Я занимаюсь экзорцизмом, но в первую очередь я демон, поэтому участвовать не могу. Поскольку Ной провалил третий семестр, то, скорее всего, сейчас будут корректировать результаты. Сегодня вечером объявят, что Крэйн прошел, и вы двое отправитесь в Лондон.
– Бред! – вскрикнула я.
Крэйн лающе рассмеялся и поперхнулся очередной рюмкой.
Так вот почему он был так спокоен. Что бы он ни делал, ему все сходило с рук потому, что все боялись Интенданта. Мурашки пробежали по моей спине, и горький абсент поднялся к горлу. Я приподняла рюмку с очередной порцией алкоголя и посмотрела на Крэйна через нее.
– У тебя нет шансов выбраться из этой жизни, да? – тихо спросила я.
Он скривил губы в улыбке, но глаза были пустыми.
– Только если умру, – ответил он и осушил следующую рюмку.
– А ты умрешь? – зачем-то спросила я, и экзорцист странно посмотрел на меня.
– Если повезет. В принципе, я готов на все, лишь бы не становиться Интендантом, – пробурчал он.
– А? Ты будешь следующим Интендантом?
Крэйн устало посмотрел мне в глаза, взял бутылку в руки и отпил из горла столько, что его кадык дернулся. Наконец он вытер губы и пьяно объяснил:
– Да. Все Интенданты происходят из семьи Парацельс. За последние несколько столетий было лишь несколько случаев, когда всеобъемлющее руководство переходило к слишком юному преемнику. Я в любом случае стану официальным преемником Интенданта, нравится мне это или нет. Но только после того, как окончу Академию. Как раз этого я и собираюсь избежать.
Он вновь отпил из горла.
– Погоди-ка… Ты же поступал с Фалько, разве нет? Разве ты не должен был уже выпуститься? Почему вы с Зэро до сих пор на первом курсе?
Крэйн пожал плечами:
– Потому что я – дурачок, а Зэро просто следует за мной, куда бы я ни шел. – Крэйн поднял за меня бутыль и выпил. Много выпил.
Зэро вздохнул и решил продолжить:
– Крэйн не дурак и не безалаберный. Он – Парацельс. У любого члена его семьи в пальце Арканума больше, чем у некоторых экзорцистов после многих лет упорных тренировок. Но Крэйн – это Крэйн. Как только он переходит на третий год обучения, он устраивает шабаш, после которого любого должны были бы отчислить из Академии. Возможно, даже исключили бы из Ордена. Но сделать это с Парацельс невозможно, поэтому директору Гейлу ничего не остается, кроме как перевести его обратно на первый год обучения в качестве наказания.
Я недоверчиво уставилась на зеленоволосого экзорциста.
– А, теперь понятно.
Зэро тихо хихикнул.
– Честно, не все, что делает Крэйн, понятно даже мне.
– Нууу… – протянул экзорцист, поднимая палец. Он выглядел невероятно привлекательным и пьяным одновременно. – Я разработал четкую стратегию, и она заключается в том, чтобы не делать того, чего от меня ждут. В процессе я либо умру, либо мой младший брат повзрослеет достаточно, чтобы заменить меня в качестве потенциального Интенданта.
– У тебя есть брат? – удивилась я.
– Да, Мидас.
– И сколько ему лет?
– Эмм, десять?
– Ему шестнадцать, – подсказал Зэро.
Крэйн удивленно моргнул.
– Правда?
– Да. Я отправил ему подарок от тебя.
– Вот дерьмо…
– А сколько должно быть лет, чтобы стать Интендантом?
– Минимум двадцать, – ответил Зэро, и я внимательно всмотрелась в сидящего напротив меня экзорциста.
– Значит, тебе нужно побыть сорванцом еще минимум четыре года, прежде чем тебя заменит брат?
– Именно так, но, к сожалению, Интендант не планирует исключать меня из линии преемственности, – разочарованно пробормотал Крэйн.
– Даже если тебе не нужна эта должность?
– При лучшем исходе, я к этому моменту сдохну.
Я не заметила обеспокоенного взгляда Зэро и решила, что такие беседы происходят постоянно. Инстинктивно я взяла пьяного экзорциста за руку, пытаясь заранее оградить от глупостей.
– Ты действительно предпочтешь умереть, чем выполнить желание отца?
– Ох, моя миленькая маленькая Лиф, ты рассуждаешь так, словно я глупый подросток, бунтующий против своего отца, – сказал экзорцист, опрокидывая голову назад.
– Почему ты так не хочешь становиться Интендантом? Ты сможешь все изменить и поступать иначе, чем твой отец. Разве это не отлично?
Он поджал губы.
– Ммм… а зачем что-то менять?
Я пьяно указала на его друга.
– Может, чтобы Орден не относился к таким, как Зэро, как к куску говна? Был бы ты Интендантом, и все бы изменил, ввел новые правила и законы, совершил революцию.
Крэйн вздохнул, опуская тяжелую голову мне на плечо. Кончики его зеленых волос защекотали мне щеку.
– Революция? Ох, миленькая маленькая Лиф. К сожалению, наш мир устроен иначе, разве ты еще не поняла? Есть вещи, которые нельзя изменить, кем бы ты ни был. Нет в этом мире должности с таким маленьким количеством власти, чем должность кажущегося могущественным человека. Если я действительно хочу что-то изменить в этом мире, то должен оставаться там, где нахожусь сейчас, – в грязи.
У меня пересохло во рту, и я хотела расспросить поподробнее, но Зэро еле заметно покачал головой. Я замолчала и вместо этого взяла рюмку и выпила. От жгучей жидкости на глаза навернулись слезы.
– Ну ладно, хватит хандрить, – пробурчал Крэйн, рывком сев и налив нам еще по рюмке по самый край. – В следующем месяце мы едем в Лондон, а у британских экзорцистов своя палка в заднице. Надо бы прикупить одну, пока есть возможность.
– Палка?.. Так какие там экзорцисты? – пьяно поинтересовалась я.
– Британские, – странно пояснил зеленоволосый.
Зэро весело на него посмотрел и отпил из своей рюмки.
– Британцы мыслят немного… классически, – уточнил он, отложив книгу. – Великобритания – интересный регион с точки зрения распространения демонов. Характеристики демонов той местности немного отличаются от наших.
– Например?
– Например, там в основном только два вида демонов – вампиры и невероятная куча призраков, – пробурчал Крэйн.
– Британия – эпицентр призраков, – согласился Зэро. – Больше нигде в мире нет такого скопления призраков, поэтому специализация заклинателей – крупнейшая в мире. Кроме того, они единственные, кто посвятил призракам целый исследовательский отдел. С 1930-х годов Орден в Англии располагает лучшими заклинателями. Программа обучения там длится до шести лет вместо обычных трех и делится на научные исследования Спиритусов и практику заклинательства. В мире нет лучших охотников за привидениями, чем в Великобритании.
– Как и более душных, – вставил Крэйн.
Зэро вздохнул с улыбкой на лице.
– Заклинатели из Великобритании – настоящие профессионалы. Если бы я не последовал за тобой в некроманты, то без колебаний посвятил бы себя изучению спиритусов.
Впервые за все время знакомства с Зэро я увидела в его взгляде что-то похожее на неподдельную тоску.
Крэйн предостерегающе взял меня за запястье.
– Надо сменить тему разговора, пока он не начал разглагольствовать о лей-линиях.
– Что такое лей-линии?
– Нууу… – начал Зэро, и его глаза сразу заблестели.
– Началооось, не говори, что я тебя не предупреждал, – простонал Крэйн.
Я слабо хихикнула и прижала пакет со льдом к другому больному месту.
– Лей-линии – это линейное расположение ориентиров, которые проходят через мегалиты, то есть бывшие места поклонения, церкви и массовые захоронения. Вдоль этих линий необычайно часто появляются призраки. Заклинатели приписывают линиям необычные свойства, даже если они неоднозначно воздействуют на членов Ордена, – на одном дыхании выпалил Зэро, и у меня автоматически поднялись брови.
– Не забывай дышать, приятель, – пробубнил зеленоволосый экзорцист, делая глоток из бутылки.
На бледных щеках Зэро появился легкий румянец, он наклонился чуть ближе ко мне и подвинул книгу, которую читал все это время.
– Если тебе интересно, у меня есть масса литературы по этой теме. Когда основали Орден Парацельс, были найдены тропы, существовавшие еще в дохристианские времена, которые учитывались при возведении баз, монастырей и церквей Ордена. Экзорцист и исследователь призраков Адам Дорн, один из основоположников Ордена в Англии, во время сеанса экзорцизма в замке Таунтон обнаружил историческую тропу, соединявшую важные монастырские сооружения и известную в народе под именем «тропа призраков». Он полагал, что таких троп было больше, и предположил, что когда-то они соединяли языческие места поклонения, массовые захоронения или даже места с большим количеством демонов третьего уровня и важные памятники.
– А почему так много демонов? – спросила я, прилагая неимоверные усилия для обработки потока информации.
– Это неизвестно. Одни говорят, что демоны выходят из лей-линий, которые служат им порталами, другие – что это центры их концентрации. Как я уже говорил, это как раз и разделяет общество экзорцистов. Основатель археоастрономии, иллюзионист Джозеф Локки… он жил где-то между 1836 и 1920 годами… в своих исследованиях признал, что каменные круги и другие доисторические сооружения в Великобритании строились на восходе солнца и в середине летней ночи в соответствии с фазой луны или созвездий, и, таким образом, это было неким предшественником хорологиума.
– Хорологиума? Ты про те огромные часы в Академии? – спросила я, и экзорцист с энтузиазмом кивнул, словно был рад, что я слушала и понимала, о чем он говорит. А я радовалась, что так усердно училась все эти недели.
– Именно. В конце концов, они показывают не только обычное время, но и время восхода и захода солнца и луны, положение планет, знаков зодиака, экватор и, что самое важное, фазы сумерек для темной ночи. Лей-линии также показывают это, поэтому можно предположить, что многие демоны – и призраки, в частности, – не просто руководствуются инстинктами, а подчиняются определенным законам и влияниям. Мы бы узнали гораздо больше, если бы их анализировали, а не убивали, – разочарованно вздохнул Зэро, а я не могла не улыбнуться. Иногда Зэро такой сдержанный, что не замечаешь, какой он красивый.
Крэйн резко выдохнул и тут же обхватил меня за плечи, притянув к себе так, что я чуть не уселась к нему на колени.
– Эй! Это что такое? Янг моя! А ну быстро перестала лыбиться! – заворчал он и попытался поцеловать меня, но я с визгом увернулась.
– Ты пьян! – выкрикнула я, ударив зеленоволосого лбом в подбородок, а Зэро захихикал.
– Это просто поцелуй! Ты мне еще свиданку должна.
– Ты что, осьминог? Откуда у тебя столько рук? – рассмеялась я, отталкивая парня от себя.
– Хочешь, чтобы Фалько заревновал?
От этих слов у меня участился пульс.
Зэро закатил глаза.
– Крэйн, не надо. Ничего хорошего из этого не выйдет.
– А мне кажется, что Фалько не помешает немного поревновать, – хихикнул экзорцист.
– Не думаю, что это вообще возможно, – сухо сказала я, возвращаясь на свой стул.
– Да что ты, – в эту же секунду Крэйн поднял бровь и кивнул направо, в сторону входа в бар, где в дверном проеме стояла высокая фигура, похожая на грозовую тучу. Это был Фалько, который уверенно направлялся в нашу сторону. В глазах его сверкали странные огоньки, заставившие меня слегка встревожиться.
– Я уже разволновалась. Где ты был? – спросила я, стараясь не показаться взволнованной из-за того, что только что происходило.
– О, ты как раз вовремя, чтобы купить нам еще по рюмочке, – весело сказал Крэйн, выдвигая ногой барный стул перед Фалько, но тот молча смотрел на меня. Улыбка на моем лице инстинктивно сошла на нет от его серьезного вида.
– Что случилось, Фалько? – нервно спросила я.
– Мне жаль, что я не смог увидеть исход испытания. Со мной связался разведчик из города.
– И?
– В городе видели Лора.
– Что? – я рывком села, Крэйн поперхнулся, а Зэро оторвался от книги.
– Нам приказано немедленно направиться в город на поиски.
Краска схлынула с моих щек, и несколько секунд я не могла пошевелиться.
Значит, Лор все еще в городе?
– Боюсь, Крэйн слишком пьян, чтобы присоединиться к нам, – заключил Зэро.
– Чего? Я в полном порядке! – рявкнул экзорцист, резко вскакивая с места и почти сразу же падая плашмя, от чего мы резко подпрыгнули.
– Крэйн? – неуверенно позвала я его.
– Где я? – простонал он. Зэро помотал головой и помог парню усесться обратно на стул, но Крэйн закачался на нем, как бамбук на ветру. – Прекратите крутить стул!
Фалько тяжело вздохнул и вытер лицо.
– Крэйн останется здесь. Зэро, если хочешь, можешь пойти с нами. Темпест возглавит миссию. Лиф, у тебя была возможность потренироваться с псом? Как думаешь, он может помочь нам в поисках?
– Возможно. Я не выпускала его из кольца с прошлого раза, – призналась я.
– Стоит попробовать. Собирайтесь. Встретимся через час в вестибюле.
Мы кивнули, и я проследила за тем, как Фалько широкими шагами покинул бар. Зэро убрал книгу.
– Тогда пошли. Я отведу Крэйна в комнату, а ты иди переоденься.
– Может, тебе помочь?
– Не надо, я справлюсь, – заверил меня Зэро.
– Я вообще трезвый! Пусти меня, – забубнил Крэйн. Друг взъерошил его волосы и помотал головой.
– В следующий раз, приятель.
Я оставила двух экзорцистов в баре и в темноте дошла до Академии. Через полчаса я уже спустилась по ступенькам в темной форме Черных птиц: брюки, рубашка, броня и черное длинное пальто.
– Как Крэйн? – спросила я у Зэро, который как раз вышел в коридор.
– Неважно, но он заснул. А ты как? Голодная? – тихо спросил экзорцист.
– Да, но я переживу. – Он бросил обеспокоенный взгляд, но мы оба понимали, что времени для отлова лидериков у нас нет. – Ты веришь, что Лор действительно в городе?
– Не знаю, – ответил экзорцист, пожав плечами. – Но нам стоит быть осторожнее. Темпест будет внимательно следить за всем и доносить на тебя за малейшую оплошность. Поэтому нам стоит быть крайне внимательными в том, что делаем, где и как. Тут вопрос в другом… Готова ли ты выдать Лора, если мы его найдем.
Нет.
Не готова.
– Не знаю, – такой ответ вполне устроил Зэро. По крайней мере, пока я не поинтересовалась:
– С тех пор как его отец был здесь, Крэйн кажется очень… очень…
– Пьяным?
– Я хотела сказать «напряженным», но да, он много пьет. Стоит ли мне беспокоиться?
Зэро устало вздохнул.
– Мы ничем не можем ему помочь. Если тебе кажется, что твоя жизнь сложна, то ты никогда не была ребенком лидера.
Воцарилось молчание, которое решила прервать я:
– Могу я спросить тебя кое о чем? – Зэро с любопытством наклонился ко мне. – Что происходит между Фалько и Темпест? Он говорить не хочет, но я не уверена, Фалько любит ее или ненавидит…
Зэро перебил меня, качнув головой.
– Прости, но я не в курсе сердечных драм Фалько. Тебе стоит лично у него все спросить. Я могу только сплетни пересказать.
Я вздохнула и решила не настаивать. Мы вышли в большой зал, где звенел хорологиум, от движения маятника шел легкий ветерок, а от рун покалывало все тело, словно я проходила сквозь кактусовую рощу. Вдали, у двустворчатой двери, стояли две обращенные друг к другу статные фигуры. Я старалась не подавать вида, как меня напрягает язык их тел.
– Лучше пусть он умрет счастливым в моих объятиях, чем несчастным в ее, – пробормотал злобный голос в моей голове.
Я зажмурилась, и голос утих.
Когда мы с Зэро приблизились, оба экзорциста посмотрели на нас, словно хищные птицы, учуявшие запах добычи. Они были облачены в черное. Лицо Фалько мгновенно стало каменным, он сделал шаг в сторону от Темпест и натянул перчатки. Его взгляд блуждал по мне, как будто искал раны на моем теле.
– Вы опоздали, – раздраженно сказала Темпест, а Фалько молча приподнял бровь.
– Мы не опоздали, – невозмутимо ответила я.
Фалько собирался что-то сказать, но его прервала девушка:
– Я поговорила с Интендантом. Тебе разрешено выйти в город. Также Интендант желает, чтобы ты выпустила демонического пса.
– Я не знаю, как вызвать его из драгоценности.
– Не знаешь? А чему ты здесь училась? Как совращать женихов? – сухо спросила она.
– Ты можешь просто разбить драгоценность, Лиф. Существо выберется наружу, но если ты хочешь держать демона под контролем, то придется создать магический круг, – вмешался Фалько как раз вовремя, иначе я бы перегрызла этой стерве горло.
– А нам нужен магический круг? – спросила я.
– Только если ты не уверена, что в состоянии контролировать его.
Я ведь клялась, что могу контролировать пса. Зачем?
– Хорошо, – пробормотала я и толкнула тяжелую дверь. От холодного ветра, уже несшего в себе запах снега и льда, в носу защипало. Мурашки пробежались по коже, и я достала кольцо из кармана брюк.
– Просто… разбить? – переспросила я напоследок. Зэро и Фалько кивнули, а Темпест посмотрела так, словно собиралась разорвать меня пополам. По крайней мере, это взаимно.
Я отпустила кольцо, оно со звоном ударилось о каменную уличную плитку. Потом наступила на него тяжелой подошвой ботинка. Оно погнулось, хрустнуло и распалось на несколько частей, будто было сделано из пластика, а не металла.
Я заставила себя не вздрогнуть, когда из-под подошвы вырвались черные дымовые нити, которые затем сгустились, образовывая вначале голову, лапы, уши и пасть, а затем и туловище. Пес выглядел как худший кошмар, и мне казалось нелепым, что кто-то мог поверить в мою связь с этим существом. От него веяло тьмой, беззвездной вселенной, и сил в нем было столько, что все внутри пульсировало от желания прижаться, зарыться в дымчатый мех и погрузиться во тьму.
Я почувствовала взгляд экзорцистов на своем затылке и сделала шаг к демону. Один укус. Требовалось только это, чтобы разорвать мою глотку в клочья. Пес был быстрее экзорцистов. Он мог бы сделать это. Он бы сделал это.
– Привет, большой мальчик. Помнишь меня? – тихо спросила я, и пес пристально уставился на меня. – И я помню, кто ты или, по крайней мере, чей ты. Лор где-то рядом, и нам надо его найти.
Пес моментально прижал уши к черепу и зарычал.
– Ну-ну, хороший мальчик, тихо. Может, дадим тебе имя? Как насчет Генри? Так звали твоего хозяина, когда мы только познакомились, – прошептала я, в надежде, что знакомое имя успокоит демона.
Собака шевельнулась. Краем глаза я увидела движение темной высокой фигуры, делающей шаг ко мне, но Зэро остановил ее. В следующее мгновение пес прыгнул на меня и повалил на землю. Я взвизгнула.
– Лиф! – крикнул Фалько.
– Не подходи! – схватив пса за голову, я стала ждать. Он зарычал и… облизал мое лицо.
Что за?
В недоумении я замерла, пока демон активно облизывал меня, виляя хвостом. Я нервно хихикнула, когда ощутила челюсть с острыми зубами на моей коже. Несколько мгновений я просто лежала, не останавливая пса и радуясь, что моя голова пока не отделена от туловища.
По крайней мере, до тех пор, пока не услышала раздраженный женский голос:
– Какого черта?
Темпест широкими шагами пошла к псу, но тот поднял голову и залаял на нее так яростно, что экзорцистка испуганно отшатнулась.
– Лиф? Демон причиняет тебе боль? – уточнил Фалько.
– Нет, я в порядке. Не подходи, – сказала я хриплым от испуга голосом и попыталась встать, но пес просто улегся мне на грудь. – Фу, кому сказала! Слезай давай.
Демон обиженно посмотрел на меня и чуть ли не заставил своей милой мордашкой погладить его по туманному черепу. Наконец, не спеша, я смогла вырваться из лап неожиданно ласковой твари. Не уверена, сколько адреналина я уже получила за сегодня… и сколько еще смогу выдержать.
– Так, с этим разобрались, – сказала я, садясь на корточки перед псом. – Генри, отведи меня к Лору.