Поход в туннели – затея безрассудная, но, судя по всему, с момента приезда в замок собственные ошибки ничему меня не научили. Я думала, что нахожусь в безопасности, хотя должна была предвидеть, что встречу там принца. Ему, похоже, нравится прятаться в самых темных углах и увлекать меня за собой, чтобы угрожать жизни или шептать на ухо всякие непристойности.
И я понятия не имею, как усмирить свою реакцию на то и другое.
Ненавижу его.
Правда, бывают моменты, когда он не кажется таким уж ужасным. Например, когда его талантливые руки рисуют храбрость на руке Саймона. Или когда он надежно оберегает мои секреты. Хочу я того или нет, но во время прогулок по коридорам замка мне хочется оказаться только в его руках. Я доверяю ему почти так же, как доверяла отцу, и пока что я не совсем поняла, как совместить эти две противоречивые эмоции.
Но хоть с его братом дела обстоят проще.
– Благодарю за приглашение, – мурлычу я, сидя напротив Майкла за маленьким овальным столиком.
Я оделась по случаю, думая, что мы отправимся куда-нибудь в общество, но вместо прогулки меня привели в его кабинет отведать легкую закуску из бутербродов и чая.
Майкл улыбается, вытирая рот белой тканой салфеткой:
– Всегда пожалуйста. Расскажите мне о себе, Сара.
– А что бы вы хотели знать? – я наклоняю голову.
Я не настолько глупа, чтобы поверить, будто я ему интересна. Вряд ли подобные истории вообще заботят мужчин.
Майкл пожимает плечами, по его лицу расползается хитрая ухмылка:
– Все, что вы посчитаете важным.
– Я простая девушка с простыми нуждами, – отвечаю с улыбкой.
Он заливается смехом, задрав к потолку свою красивую голову, и этот громкий рокочущий звук эхом отражается от стен. Он настолько потрясает меня своей прямотой, что мне самой хочется рассмеяться.
– Верится с трудом.
Я пожимаю плечами:
– Я бы предпочла поговорить о вас.
– Разве вы не читаете газет, Сара? – Он вздергивает бровь. – Что такого можно узнать обо мне, кроме всем известных фактов?
Он улыбается все шире и шире, однако в глазах проступает печаль, которая распространяется по лицу с такой скоростью, что ее почти не заметно. В груди зарождается боль, но я прогоняю ее, напоминая себе, что мне безразличны его страдания. Он заслуживает мучений за все то зло, которое причинила его семья.
– Вообще-то, – шепчу я, – в Сильву не доставляют газет.
Майкл смеется:
– Разве? Я думал, что газеты есть везде.
Я не верю своим ушам. Неужели он действительно такой глупый?
Я тяжело выдыхаю, стиснув зубы, чтобы усмирить бушующий гнев.
– Их негде печатать. У нас нет предприятия, которое могло бы их распространять.
– В Сильве? – Майкл морщит лоб. – Не может такого быть.
– Будь оно иначе, я бы об этом знала, – отрезаю я. – Я прожила там всю свою жизнь.
– Я бывал там однажды, еще в детстве. Прекрасный город.
Сердце замирает от его слов. Я вспоминаю собственное детство в Сильве – время, когда город еще процветал, отец был жив, а люди счастливы и здоровы.
– Замечательный, – подтверждаю я. – Как же быстро все может измениться. В одну минуту ты на вершине мира, а в следующую…
Его янтарные глаза мрачнеют.
– Так и есть. – Майкл делает глоток чая и усмехается: – Так что вы хотите узнать обо мне?
Я хочу знать, что ты мертв.
Постукивая ногтями по столу, я наклоняюсь ближе:
– Что сделает вас великим королем?
Его улыбка сходит на нет.
У меня в груди поселяется тревога, такая тяжелая, что дышать становится трудно.
– Вы намекаете на то, что я пока не великий, леди Битро? – его голос груб и резок.
Я качаю головой:
– Нет, я лишь спрашиваю, каким вас запомнит народ. Как ваша будущая жена я обязана знать, какие у вас планы, чтобы подчеркнуть ваши самые достойные черты.
Вздернув подбородок, он потирает челюсть толстыми пальцами.
Мое сердце стучит о ребра, и я наклоняюсь чуть ближе:
– Что делает вас великим, король Майкл Фааса III?
Его глаза вспыхивают, но прежде чем он успевает продолжить, раздается стук в дверь и входит мой двоюродный брат Ксандер. Его губы расползаются в тонкой улыбке:
– Что за милая пара!
Майкл, прервав наш зрительный контакт, откидывается на спинку кресла. Он снова смотрит на меня, а потом с улыбкой на лице поворачивается к моему кузену:
– Совсем скоро она выйдет за меня замуж, Ксандер. Неужели ты думал, что мы не станем наслаждаться обществом друг друга?
– Не могу знать, сир. В браке не всегда важна совместимость.
Майкл поднимается на ноги, подходит к массивному дубовому столу и открывает портсигар, стоящий на краю.
– Что ж, к счастью для нас, моя невеста красива и приятна в общении. Мы более чем…
И вдруг он останавливается на полуслове. Его лицо бледнеет, глаза становятся огромными, точно шары.
– Сир? – обращается Ксандер с явной тревогой.
– Что случилось? – спрашиваю я, поднимаясь со стула. – Вы в порядке?
Челюсть Майкла напрягается, он достает из коробки некий предмет и тут же роняет его на пол.
А потом отступает назад, качая головой.
– Ваше величество, – снова пытается достучаться до него Ксандер.
Лицо Майкла искажается, и он поворачивается ко мне:
– Это вы сделали?
Его суженные глаза наполнены ужасом.
Внезапная перемена настроения застает меня врасплох.
– Что сделала? – Я подхожу к столу и заглядываю в футляр.
Внутри аккуратно сложены полдюжины сигар, а прямо сверху лежит черный платок с золотой вышивкой и инициалами МФII в самом углу.
Понимая, что они принадлежат его отцу, я тянусь, чтобы взять платок, но Майкл резко ударяет меня по руке:
– Не трогай его, глупая женщина.
Ошарашенная, я прижимаю ладонь к груди.
– Сир, пожалуйста. – Ксандер, нахмурив брови, подходит ко мне и берет мою руку. – Ты в порядке?
Я киваю.
Мысли мчатся со скоростью света, пока я наблюдаю, как Майкл вышагивает взад-вперед, хватая себя за волосы.
– Ксандер, посмотри сюда, – он указывает на открытый портсигар. – Что мы будем делать? Я не спятил. Я же говорил тебе, что я не сумасшедший!
С ужасом я наблюдаю за разворачивающейся сценой. Ксандер подходит к столу, заглядывает в коробку. Его очки сползают на переносицу, плечи напрягаются, и он вскидывает голову, глядя на меня так же, как Майкл. Как будто это я каким-то образом положила туда платок его отца.
Ксандер вздыхает, смотрит на Майкла:
– Я уверен, этому есть объяснение.
– Тогда объясни, – огрызается тот, ударяя по столу с такой силой, что фундамент начинает дрожать.
Глаза Ксандера мечутся между нами, его голос звучит медленно, осторожно, как будто он пытается усмирить зверя, пока тот не выпрыгнул из клетки и не разорвал нас на куски.
– Ваше величество, может, отправим леди Битро в ее покои и продолжим разговор наедине?
Меня сковывает напряжение. Я не хочу уходить. Я хочу знать, что тут происходит.
– Если его величество что-то беспокоит, тогда мне лучше остаться и оказать поддержку.
Широкими и быстрыми шагами Майкл направляется в мою сторону и прижимает ладонь к моей щеке. Его энергия маниакальна; она витает в воздухе, обволакивает меня и вибрирует, пока не проникает в самые кости. И хотя его прикосновение теплое, я совсем не чувствую успокоения.
В нем нет искры.
Но зато есть легкая дрожь.
– Вы – сокровище, – произносит он, глядя то на меня, то на стену. – Я слишком остро отреагировал. Понимаете, этот платок… важен для меня. Я думал, что потерял его навсегда.
Его большой палец приподнимает мой подбородок:
– Может быть, вы и есть мой талисман удачи.
Я натужно улыбаюсь:
– Я надеюсь стать кем-то большим.
Он хватает мою руку и притягивает ее к своей груди. Я чувствую, как быстро бьется его сердце.
Если бы я была наивной девушкой, подумала бы, что это связано со мной.
Но я знаю правду.
Его что-то напугало.
И это что-то связано с покойным отцом.