Это и в самом деле оказалось быстро, вот только совсем не так, как я ожидал. Наследник Хэй выбрал стандартную оборонительную тактику, его набор соответствовал золотым правилам войск Чщаси, прошлой формации. В каждом отряде были убийцы, защитники и стрелки. Пойдя на поводу у качества, он набрал меньше воинов, сосредоточившись на героях и владыке. Расставил их вдоль всей протяженности своей позиции, защищающей находящийся в тылу флаг.

Стоило занавеске подняться и Акио с удивлением обнаружил прямо перед своими стенами огромное войско, состоящее только из воинов лучников и защитников. Раз за разом силы врага обстреливали позиции наследника Хэй, а стоило его героям выдвинуться вперед — спешно отступали на одном фланге, продолжая атаковать на другом.

Не выдержав такого издевательства Акио выдвинул вперед своего владыку, подкрепив удары героями. Его убийцы почти мгновенно уничтожили правый фланг жреца, но сосредоточив все силы в одном месте он потерял из виду центр и левый фланг, в результате чего воины прорвались за стену и забрали флаг ошалелого наследника Хэй.

— Как так вышло? Я же выбрал лучшую стратегию? — не веря спрашивал Акио, когда его сменил за столом Ичиро. Жрец же в ответ лишь хмыкнул.

Перед второй битвой фигуры расставлялись дольше, и более тщательно. Ичиро, прошедший подготовку множеством боев и участвовавший в создании нового войска Дома света, выбирал комбинации похожие на те что в первом бою использовал жрец, но с оглядкой на десятников и сотников — героев. Стрелков он взял в два раза больше чем убийц, но в достатке набрал защитников, не получающих урон от дальнего боя.

Жрец вновь сумел удивить. На этот раз он тоже играл от обороны, занимая позиции на своих холмах, и его армия была крайне похожа на состав войск Ичиро, вот только большое место было уделено распределению отрядов. Они стояли не сплошной линией, а тремя большими блоками.

В начале никто не хотел нападать, но Ичиро больше предпочел оборонительную тактику. Стоило войскам врага чуть сдвинуться, и он собирал кулак из защитников и стрелков, оставляя убийц в резерве за стеной. И именно на этой ошибке жрец его подловил, атаковав всеми силами сразу два фланга.

Ичиро пришлось выбирать, куда бить. Его войска были слишком разрозненны, и когда с укрепленной стороны жрец отвел свои отряды, Ичиро не смог преследовать нападавших направившись на второй фланг. Но стоило так сделать, как атака на первом направлении продолжилась.

Выругавшись Ичиро разделил изначальный отряд поддержки на два, но потери во время раскачивания флангов обошлись ему слишком дорого. Жрец уличил момент и атаковал всеми силами центр, затем сместившись вправо и использовав подкрепление. Битва разгорелась не шуточная, но в конце концов, с минимальным перевесом, жрец все равно победил, почти полностью потеряв свою армию, но захватив флаг.

— Такая победа ничего не стоит. — с трудом сдерживая гнев бросил Ичиро. — В реальности поступив так ты бы потерял всех солдат, и не смог идти дальше.

— А мне и не надо, флаг я захватил, а потери не имеют значения. — пренебрежительно ответил жрец. — Победа за мной, господин Валор. Надеюсь вы не откажетесь от своих слов?

— Вы не обязаны, господин. — сказал судья. — Это всего лишь игра.

— Совершенно верно, и поэтому я участвую. — кивнул я, улыбнувшись. — Без всяких оговорок, и как есть. Однако я еще раз хочу уточнить правила. Мы располагаем свои войска на половине ближе к нам, верно? Судя по предыдущим играм — не только на стене.

— Да, конечно. Но это же логичнее всего? — нахмурившись сказал судья.

— Не важно, что логично. Важно, что работает. — ответил я. — Пусть все это — чистой воды условность, но мне интересно будет посмотреть на результат. Я проиграю, когда потеряю флаг?

— Да, именно так. Если ваш флаг захватит противник — вы потерпите поражение, а если захватите чужой — победите. — спокойно разъяснил судья.

— Ну хорошо, в таком случае начнем. — сказал я, запуская руку в закрытую коробку, стоящую на весах. Удерживая ее пальцем, я вынул все необходимые фигуры, а затем отпустил конструкцию.

— Так мало? Вы уверены? — удивленно переспросил судья, когда весы чуть качнулись.

— Совершенно. Мне этого хватит. Тридцати фигур мне вполне достаточно.

— Десяти ты хотел сказать? — донеслось из-за занавески, после чего раздался удовлетворенный смешок. — Я готов.

— В таком случае начинаем. — чуть помедлив сказал судья, поднимая шторку.

— Что? Какого черта? — удивился жрец, увидев, что у меня и в самом деле на стене три десятка обычных воинов. На его стороне стоял только владыка и один лучник герой. — Кто выбирает слабейшие войска, да еще и без лучников? Это же нелогично! Я разобью эту армию по частям и захвачу флаг за несколько ходов!

— Вот и посмотрим. — пожал я плечами. В обороне остались только шесть защитников — совершенно несерьезное количество против владыки, но достаточное, чтобы противостоять лучнику-герою. Остальные двадцать четыре воина, пополам убийц и прикрывающих их защитников, выдвинулись вперед, идя по противоположным, максимально удаленным друг от друга флангам.

Жрец, посчитав ходы, понял, что убить одновременно оба фланга не может, если они сами к нему не придут, а потому понадеялся на лучника-героя, который способен убить одного воина-защитника за ход. Однако вместо того чтобы напирать на его укрепления я встал чуть впереди, под стенами, затем начав подтягивать отряды, оставшиеся позади.

— Стоит моим войскам дойти до стены, и у вас просто не останется ходов на убийство. — сказал я, уверенный в собственной правоте. — Ситуация предрешена.

— Это мы еще посмотрим. — зло ответил жрец, выдвигая владыку к левому флангу.

Оставив на самом краю пару из убийцы и защитника, я сдвинул весь остальной левый отряд назад, одновременно двигая вперед центр и второй фланг. Жрец, вставший перед выбором — убить двоих, но потерять диспозицию, наплевал на слабейший отряд, атаковав центральных защитников и разгромив их за два хода во время которых я продвинул до стены правый фланг, забравшись всеми оставшимися отрядами наверх.

Ухмыляясь жрец вернул владыку и лучника, отправив их наперерез нападавшим, но я без промедления отступил, сохраняя как можно больше воинов. Видя близкую победу, противник погнался за отступающими, планируя разбить их так же, как и центральных защитников — за пару ходов.

Но когда он уже собирался объявить о своей победе двое оставленных на крайнем левом фланге воинов дошли до флага. Лучник герой сделал что мог, прикончив защитника, но до убийцы не дотянулся, и следующим ходом воин забрал флаг прямо под носом у владыки. При том что я сохранил почти два десятка фигур.

— Еще раз. — раздраженно просопел жрец. — Ты обманул меня при выборе фигур. Наблюдал за тем, как я играю и смог выработать тактику. А я твою вижу в первый раз.

— И в последний. — улыбнулся я, отступая от доски. — Как и говорилось раньше — это лишь игра, мало общего имеющая с настоящими схватками, и я это прекрасно осознаю. К тому же, мы уже и так много времени заняли у остальных желающих, а я еще не видел сражения между Пинг Ичиро и Хэй Акио.

— Какое они имеют значение? — выкрикнул противник, ударив кулаком по столу.

— По осторожнее со словами. Они оба — выдающиеся личности нашего острова. — холодно ответил я. — Пинг Ичиро — глава великого дома. Я, как гостеприимный хозяин, могу себе позволить терпеть дерзость, но моему другу такая щедрость недоступна. Одно лишнее слово, и он будет вынужден ответить на оскорбление сталью.

— Прошу прощения, за неучтивое поведение моего подопечного. — произнесла Кингжао, поклонившись. — Он горячее чем нужно, и не всегда осознает положение, в котором находится. Я ручаюсь — более он праздник портить не будет. Еще раз прошу за него прощения.

— Как скажете, госпожа Кингжао. — согласился я. — Ичиро?

— Я не в обиде, мало ли на острове юродивых? — пожал плечами глава Пинг. — Продолжим? А то нас прервали. Думаю, будет честно обговорить начальное количество фигур, чтобы не было ситуации как в прошлой игре.

— Минимальное количество по весу, да. — согласился Акио. — предлагаю девяносто…

Расставив фигуры, они постарались учесть все ошибки и ходы, что видели в своих схватках и во время нашего боя с жрецом. Я же больше заинтересовался глубокой вмятиной, оставшейся после гневного удара. Такую можно сделать молотом, в крайнем случае латной перчаткой, но не обычным кулаком.

Чимб, наблюдавший за всем происходящим с крыши, прекрасно понимал мои опасения, не отрывая глаз от уходящего жреца. Что-то с ним было не то, слишком много совпадений. Он явно не умеет держать себя в руках. А главное не считает нужным это делать. Свойство достойное бунтаря и амбициозного подростка, но никак не зрелого мужчины, который скрывался под балахоном. О возрасте говорил голос, и вряд ли я сильно ошибался предположив, что это человек лет тридцати двух — тридцати пяти.

Пока я думал, баталия между давними соперниками разгорелась с новой силой. Теперь армии обеих сторон выглядели очень похоже, каждый пытался выманить противника на свою сторону, чтобы контратаковать или получить позиционное преимущество. Действовали оба осторожно, больше не суетились, и, хотя зрелище оказалось совсем не таким захватывающим как предыдущие партии с жрецом — куда более правильные с точки зрения самой схватки.

В конце концов судье пришлось прекратить затянувшийся раунд, и по очкам, с минимальным отрывом, победил Ичиро, сохранивший жизнь большему количеству солдат. Однако и Акио не слишком расстроился, куда больше задумавшись о составе войска, которое мало напоминало привычную ему формацию деления на отряды. Они сыграли еще пару раз с другими соперниками, быстро одержав победы, и оставив их развлекаться я пошел на внутреннюю арену.

Чувства были смешанные. С одной стороны — я убедился в том, что мой бывший генерал, Ичиро, лучше других. С другой, не смог найти ему адекватную замену. По крайней мере на данном этапе. Еще и этот жрец… какого черта я так волнуюсь об рядовом сопровождающем Кингжао, с совершенно непримечательной Ци? Не знаю, просто голос его показался знакомым. Да и удар этот… нельзя его нанести, не обладая силой золотого воина, идущего путем Чжен-ци. А в других школах — это и вовсе сила героя.

Попытавшись отвлечься от посторонних раздумий, я подошел к одному из организаторов спаррингов на арене, и взял у него список матчей. Судя по всему, большинство участников — воины и герои, воспринимали происходящее скорее, как показательные выступления. Никто особых приемов не показывал, особенно выдающихся результатов тоже.

— Ну что, зятек. — усмехаясь спросил Гуань-Юнь. — Готов к поединку? Жаль тебя, конечно. Избивать однорукого мне не слишком по нраву, но что поделать.

— Все возможно. — улыбнулся я в ответ. — Кто знает, чем все обернется?

— Думаешь проиграть мне с сухим счетом? — лучась уверенностью спросил владыка Фенг. — Предлагаю изменить правила. Сражаемся не до первой крови, а пока противник не сможет подняться или не сдастся добровольно. Ну и предмет спора пора изменить. Я же вижу, каково тебе приходится.

— О чем вы?

— Весь день ты только и знаешь, что вглядываешься в тех, кто хочет взобраться по выше. Нет, не спорю, может ты и в самом деле найдешь кого-то выдающегося. Неоспоримого гения, который совершенно внезапно скрывался в нижнем сословии, не способный стать героем. — не веря в собственные слова хмыкнул Гуань-Юнь. — Но ты же понимаешь, что лучшими могут стать только те, кого к этому готовили с детства. Найти тактика среди крестьян так же тяжело, как жемчужину среди камней.

— Ладно, предположим вы правы. Я и в самом деле не могу себе позволить потерять Ичиро. Куват загружен. Супруги и Чифара — беременны и заняты детьми. Мне не хватает рабочих рук, чтобы выполнять все требуемое. — признал я. — И что с того? Помощников за один день не вырастить. А по вашей логике это не удастся и за пару лет.

— Ты говоришь, как глава клана. — покачал головой Гуань-Юнь, ехидно улыбаясь. — Но думаешь иначе. Почему ты не взял силой Лин, чтобы усилить свои позиции? Почему Мэй просто появилась на переговорах и сейчас миролюбиво, хотя еще недавно вырезала его посланников. Кто ты? Кем ты хочешь стать? Не расстраивай меня и не заставляй произносить за тебя то, что и так очевидно.

— Это будет тяжело. — улыбнулся я, собираясь с мыслями. — Кланы не примут изменение миропорядка. Опять придется воевать. У них и так появился новый бог, новая религия и новые главы… хотя возможно сейчас и в самом деле лучший момент.

— Верно, изменить сейчас, во время хаоса, когда ты показал силу — еще можно. Но даже завтра окажется поздно. — сказал тесть. — Итак?

— Я собираюсь стать императором и вернуть нам все земли от Гэге противоположного края океана. Вы мне поможете?

— Только если ты победишь в поединке. — усмехнулся Гуань-Юнь, выходя в центр арены. — Я, глава клана Фенг, владыка путей Чжен и Юань-ци, генерал-защитник острова Чщаси, вызываю на поединок главу клана Гуанг — Валора!

— Я, глава клана Гуанг, владыка трех путей, громовой зверь вызывающий дождь, отвечаю на твой вызов. — выкрикнул я, и остальные спарринги мгновенно прекратились. Воины разошлись в стороны, освобождая нам площадку. Герои взобрались по стенам академии, выбирая вид по лучше. Владыки и главы кланов подошли к краю балкона, чтобы рассмотреть происходящее во всей красе.

— Я не буду сдерживаться. — припадая к земле, и очерчивая наконечником глефы полукруг предупредил Гуань-Юнь.

— Надеюсь на это. Выложитесь по полной. — попросил я, заправив пустой рукав в пояс и достав из ножен лезвие глефы. Время полного оружия еще не настало. Тайна может подождать еще немного.

Тесть глубоко вздохнул, и я заметил, как опасно сузились его зрачки. Реакция, десятикратно усиленная восприятием Ци, замедлила время. Бегущая по щеке противника капля пота замерла, а биение сердца в ушах стало протяжным шелестом. Миг перед первым ударом растянулся на вечность, а когда наконец капля упала на песок, Гуань-Юнь бросился в атаку.

Кровавое копье, коронная техника мастера, ударило с визгом вспороло воздух. Уклонившись от него, я чуть не пропустил веер игл, заставивший припасть к самой земле, и тесть, загнавший меня в ловушку, взвился в воздух, собираясь в красивом ударе завершить только начавшийся поединок.

Его глефа с гудением обрушилась вниз, рассекая воздух и иллюзорную плоть. Вызванный призрак растаял, как дым, и Гуань-Юнь закружился, поднимая кровавый туман, в попытках найти меня. Скрывшись под оком урагана, я поймал висящую в воздухе каплю крови на лезвие клинка, и ускоренный кровавым бешенством и летним вихрем противник обрушился на это место, вспарывая пространство своими нескончаемыми ударами.

Глефа Гуань-Юнь, оставляющая после каждого движения едва заметный кровавый шлейф, превратилась в колесо с тысячей лезвий. Стоило мне пошевелиться, или как-то иначе выдать себя — как на это место обрушивался неостановимый град ударов, разрывающий воздух.

Армия призраков сделала шаг от стены академии, к центру арены, и в то же мгновение противник закружился, выпуская по одной кровавой стреле на каждого клона. Идеальная точность, в совокупности с неимоверной силой и скоростью. Лишь три из пятнадцати призраков смогли уклониться от ударов или отбить их. Мое Юань-ци было сильно, как никогда. А вера в дополнении к влиянию хаоса давали удивительные результаты. Теперь на арене нас было четверо.

Взрывным прыжком Гуань-Юнь переместился сразу на три метра, подняв облако пыли и не позволяя мне среагировать. Его глефа ударила сразу с нескольких сторон, и даже зрение Ци не позволило определить направление. Отбить только один — или пропустить все — не осталось никакой разницы. Призрак растворился в облачке дыма, на котором легко читался замысловатый кровавый узор, оставленный лезвием глефы.

Не останавливаясь даже на секунду, словно у него было бесконечное количество сил, противник запрыгнул на стену, и побежал, минуя пересечение с двумя оставшимися призраками. Оттолкнувшись, и оставив на дереве вмятину, он обрушил с небес град кровавых стрел, покрыв область в несколько метров кристаллами крови, с одинаковой легкостью пробивающими плоть и доспехи.

Два призрака успели уйти, отпрыгнув из области поражения. Но третьего, стоящего ближе к центру, изрешетило.

Взревев от переполняющей его ярости и силы Гуань-Юнь бросился в погоню, но призраки резко разбежались в противоположные стороны, не выпуская противника из вида. Владыка крови вновь подпрыгнул, целясь в стоящих на противоположных краях арены противников, но вместо этого атаковал неприметное место в центре.

Гигантское копье, в полете впитало в себя всю рассеянную кровь, обрастая сотней длинных шипов. А когда я отпрыгнул в сторону, подняв облако пыли — взорвалось, осыпая меня иглами. Вызванные призраки приняли на себя удар, и все же несколько игл мне пришлось отбивать самому.

Гуань-Юнь, наконец найдя настоящего врага, прыгнул, мгновенно пересекая арену, и одним взмахом развеял оставшихся призраков, собираясь обратным движением разрубить меня пополам, но я так же активировал кровавое ускорение и летний вихрь. Теперь наша скорость движения стала одинаковой, мы мчались, оставляя после каждого рывка глубокие следы на песке, лезвия сталкивались в воздухе, и над ареной одновременно разгорались сотни искр.

Вот только Гуань-Юнь был куда опытнее и сильнее. Формально достигнув звания владыки, я оставался золотым героем трех путей и мог спастись только на недоступной ему школе. Отбив очередную атаку, я резко ушел в сторону, используя технику ока урагана. Вот только она по какой-то причине не сработала. Он продолжал меня видеть.

Отступая еще, я попытался активировать технику армии призраков — бесполезно. Простейшего размытия образа — без толку. Все мои техники души разом перестали работать, и по глазам противника я понял, что он тоже не понимает, что происходит, вот только увлекшись сражением не собирается давать мне время на передышку.

Этот поединок был настоящим, и кажется я в нем проигрывал.