По пути в округ Колумбия Джейн и Фрост молчали; оба были потрясены и пытались переварить то, что недавно услышали. После экскурсии в НАСА их ждало куда более скучное путешествие: по весьма будничному шоссе они направлялись в тягомотную поездку – их ждал нудный офис, где Оливия Яблонски трудилась менеджером по продажам медицинского оборудования.

– А мне вот интересно: вдруг мы движемся в ложном направлении? – сказал Фрост. – Не думаю, что в Нью-Гемпшире хотели уничтожить мальчишку.

Джейн взглянула на своего напарника – тот щурился так, словно стремился рассмотреть что-то в тумане.

– Ты считаешь, они метили в его дядю, Брайана Темпла?

– Эти двое мужчин собирались объявить о невероятном. Нила убирают. Брайан в ужасе бежит с женой и племянником в Нью-Гемпшир. Злоумышленники следуют за ним.

– Проблема в том, что мы не знаем, кто эти злоумышленники.

– Ты же слышала, что сказал Бартусек. Если найдется внеземная жизнь, это потрясет весь мир. Это заставит людей сомневаться во всем том, чему их учили в воскресных школах.

– Значит, у нас появился какой-то монах-альбинос, убивающий ученых из НАСА? – Джейн рассмеялась. – Я думала, такое только в кино бывает.

– Подумай о том, что религиозные фанатики уже сделали, чтобы защитить свои верования. Ученые, занимающиеся климатом в Массачусетском технологическом институте, постоянно получают угрозы. Если бы объявили такое, все психи точно повылезли бы. Но это если бы объявили. – Фрост нахмурился. – Интересно, что НАСА ничего не объявило.

– Похоже, доказательства пока все же нет.

– Действительно ли это так? Или, может быть, для них – и для всех остальных – это просто слишком горячие новости?

«Внеземная жизнь». Риццоли прокручивала вероятность такого развития событий в своей голове, старалась рассмотреть ее со всех углов, взвесить все возможные последствия. Неужели это мотив для убийства? Семейства Яблонски и Темпл умертвили профессионалы, хорошо разбиравшиеся в семтексе.

– В этой теории есть один недостаток, – проговорила Джейн. – Она не объясняет смерть семейства Клэр Уорд. Ее отец был дипломатом, работал на Госдеп. Каким образом он был связан с НАСА?

– Возможно, эти дела не связаны. Мы соотносим их только потому, что оба ребенка в конце концов оказались в «Вечерне».

Риццоли вздохнула:

– Теперь ты заговорил, как Кроу. Разные дети – разные дела. В одной и той же школе они оказались лишь из-за совпадения.

– Хотя это интересно…

– Что?

Фрост указал на дорожный знак, обозначавший поворот на Вашингтон.

– Разве Эрскин Уорд некоторое время не работал в Вашингтоне?

– А еще в Риме. И в Лондоне.

– По крайней мере, географическую связь между Уордами и Яблонски мы нащупали. Они жили в радиусе пятидесяти миль.

– А вот семья Тедди Клока – нет. Николас Клок работал в Род-Айленде.

– Ага. – Фрост пожал плечами. – Так, может, мы пытаемся объединить совершенно не связанные друг с другом вещи, а потому все усложняем?

Джейн заметила номер дома, который они искали, и свернула на парковку. Это был типичный торговый центр, совершенно неотличимый от тысяч собратьев по всей стране. А может, существует некое универсальное архитектурное решение для таких сооружений и его даже изучают в специальных учебных заведениях, а чертежи ксерят и рассылают во все строительные компании Америки? Джейн поставила машину на парковочное место и оглядела привычные вывески. Аптека, магазин одежды больших размеров, товары по одной цене и китайская закусочная. На нее точно можно рассчитывать – китайская закусочная есть в каждом торговом центре.

– Я не вижу этого заведения, – сказал Фрост.

– Наверняка оно в дальнем конце здания. – Джейн открыла дверцу. – Давай разомнем ноги и пройдемся.

– Ты уверена, что у нас правильный адрес?

– Сегодня утром я подтвердила его у менеджера. Она ждет нас. – Зазвонил ее телефон, и Джейн узнала на дисплее мэрилендский номер детектива, который расследовал дело Яблонски. – Риццоли, – сказала она в трубку.

– Это детектив Пэррис. Вы приехали в Балтимор? – спросил он.

– Мы здесь. Вы по-прежнему можете встретиться с нами вечером?

– Да, мэм. Я сейчас в пути, но к ужину должен добраться до города. Вы не против встретиться в мясном ресторане «Длинный рог» в семь тридцать? Это на парковой автомагистрали Сноуден. К тому времени я уже захочу красного мяса. Я предпочел бы не встречаться с вами дома.

– Понимаю. Я тоже не люблю смешивать работу и семью.

– Нет, здесь не только семья. Тут еще это дело.

– А что с ним не так?

– Поговорим об этом позже. Вы привезли своего напарника?

– Детектив Фрост здесь, со мной.

– Хорошо. Всегда хорошо, когда вас кто-нибудь может прикрыть.

Джейн повесила трубку и взглянула на Фроста.

– Это был очень странный звонок.

– А что в этом деле не странное? – Барри посмотрел на торговый центр со скучными магазинами и вздохнул. – Из НАСА в такое место. – И снова вздохнул. – Давай работать.

«Больничное оборудование Лейдекера» находилось в самом конце центра, за витриной с инвалидными креслами и четырехопорной тростью. Проходя внутрь, Джейн думала, что увидит демонстрационный зал, заполненный медицинским оборудованием. Вместо этого они с Фростом оказались в офисном помещении, где обнаружились пять рабочих столов, бежевый ковер и две пальмы в кадках. За одним из столов сидела женщина средних лет со светлыми, щедро сбрызнутыми лаком волосами и разговаривала по телефону.

– Я позвоню вам позже насчет этого заказа, господин Уиггинс, – сказала она, увидев посетителей. Закончив звонок, женщина улыбнулась незнакомцам. – Чем могу помочь?

– Госпожа Микки? Мы детективы Риццоли и Фрост, – представилась Джейн. – Мы разговаривали с вами чуть раньше.

Женщина поднялась, чтобы приветствовать гостей, выставив напоказ свою стройную фигуру в хорошо сшитом брючном костюме.

– Прошу вас, зовите меня Кэрол. Я надеюсь, что смогу помочь вам. Знаете, мысли о ней преследуют меня. Каждый раз, когда мой взгляд падает сюда, на ее стол, я вспоминаю о ней.

Джейн оглядела никем не занятые столы.

– А здесь ли другие коллеги Оливии? Нам хотелось бы поговорить и с ними тоже.

– Боюсь, все остальные сейчас за пределами города, по рабочим делам. Однако я знала Оливию дольше, чем другие здешние сотрудники, так что наверняка смогу ответить на ваши вопросы. Садитесь, пожалуйста.

Пока все усаживались в кресла, Фрост сказал:

– Думаю, эти вопросы вам уже задавали раньше.

– Да, детектив приходил сюда несколько раз. Я забыла, как его имя.

– Пэррис?

– Да, он самый. После несчастного случая он являлся сюда и спрашивал… – Она осеклась. – Но теперь, я полагаю, известно, что это вовсе не несчастный случай.

– Да, мэм.

– Он спрашивал меня, были ли у Оливии враги. Бывшие любовники. Или какие-нибудь недавние любовники.

– И вы что-нибудь знаете об этом? – поинтересовалась Джейн.

Кэрол Микки энергично покачала головой, но ни один волос не пошевелился на ее идеально зафиксированном блондинистом шлеме.

– Оливия такой не была.

– У многих обычных людей случаются романы, госпожа Микки.

– Что ж, она не была такой уж обычной. Она была самым надежным торговым представителем нашей фирмы. Если Оливия говорила, что в среду будет в Лондоне, значит она действительно в среду была в Лондоне. Клиенты всегда знали, что могут положиться на нее.

– А что это за клиенты? – спросил Фрост. – Больницы? Медпункты?

– И те, и те. Мы продаем оборудование различным учреждениям по всему миру.

– А где все ваши товары? У вас тут почти ничего не выставлено.

Кэрол протянула руку к одному из выдвижных ящиков и, вынув из него объемистый каталог, тяжело опустила его на стол перед детективами.

– Здесь у нас лишь офис сателлитных продаж. В каталоге представлен огромный ассортимент нашей продукции. Она поставляется со складов в Окленде, Атланте, Франкфурте и Сингапуре. И еще из нескольких мест.

Джейн пролистала каталог и увидела больничные койки, инвалидные кресла, стульчаки, носилки. Глянцевый сборник с изображениями вещей, которые, как надеялась Риццоли, ей никогда не понадобятся.

– Госпожа Яблонски много ездила?

– Все наши торговые представители вынуждены ездить. А здесь – штаб-квартира, где я пытаюсь все контролировать.

– И сами вы никуда не ездите?

– Кому-то нужно держать оборону. – Кэрол оглядела помещение с бежевым ковром и искусственными пальмами. – Однако порой в этих четырех стенах становится не по себе. Мне стоит оживить интерьер, верно? Например, повесить плакаты с изображением разных стран. Для разнообразия иногда очень приятно посмотреть на тропический пляж.

– А ваши представители ездят в деловые поездки по одному или вместе с коллегами? – поинтересовался Фрост.

Кэрол смерила его удивленным взглядом:

– Почему вы спрашиваете?

– Я просто подумал: вдруг Оливия особенно близко общалась с кем-нибудь из коллег?

– Все пятеро наших представителей ездят в одиночестве. И – нет, никаких непозволительных отношений в этом офисе не было. Ради всего святого, мы же говорим об Оливии! О женщине, которая состояла в счастливом браке и родила сына. Я несколько раз выступала в роли няньки Уилла, а о людях можно многое узнать, только поглядев на детей, которых они воспитали. Уилл – чудесный мальчик, очень вежливый и послушный. Помешан на астрономии, как и его отец. Я благодарю Бога за то, что Уилл не сидел в тот день в их самолете. Страшно даже подумать, что всю семью могли стереть с лица земли…

– А как насчет тетки и дяди Уилла – Темплов? Вы их тоже знали?

– Нет, боюсь, что нет. Я слышала, что они забрали Уилла и уехали куда-то – вероятно, чтобы сбежать от печальных воспоминаний. Чтобы мальчик мог начать все сначала.

– Вы ведь знаете, что Брайан и Линн Темпл погибли?

Кэрол уставилась на Джейн:

– О боже мой! Как это случилось?

– Их фермерский домик в Нью-Гемпшире сгорел. В тот момент Уилла в доме не было, поэтому он спасся.

– Он в порядке? И теперь живет у других родственников?

– Мальчик в надежном месте. – Больше Джейн ничего не стала бы говорить.

Новости явно потрясли Кэрол. Она откинулась на спинку своего кресла.

– Бедняжка Оливия! Она не сможет увидеть, как мальчик будет расти. Знаете, она ведь была на восемь лет моложе меня, и я никогда не подумала бы, что смогу пережить ее. – Кэрол оглядела помещение так, словно на самом деле увидела его впервые. – И вот прошло два года, но я так ничего и не сделала со своим сверхурочным временем. Сижу в том же самом месте и ровным счетом ничего не изменила. Даже дурацкие искусственные пальмы не убрала.

На ее столе зазвонил телефон. Кэрол сделала глубокий вдох и, отвечая на звонок, с трудом изобразила улыбку на лице, чтобы голос звучал радостно.

– О, здравствуйте, господин Дамрош, так приятно снова слышать вас! Да, разумеется, мы сможем обновить ваш заказ. Вам нужно еще несколько товаров или что-то одно? – Кэрол потянулась за ручкой и начала что-то быстро записывать.

У Джейн не было ни малейшего желания слушать ее беседу о тростях и ходунках, поэтому она поднялась со своего места.

– Простите, господин Дамрош, вы не могли бы подождать одну минутку? – Кэрол прикрыла трубку рукой и взглянула на Джейн: – Прошу прощения. Вы хотели спросить меня еще о чем-то?

Джейн бросила взгляд на глянцевый каталог, лежавший на столе. Подумала о том, как Оливия Яблонски таскала его с собой из города в город, со встречи на встречу, продавая инвалидные кресла и подкладные судна.

– У нас больше нет вопросов, – сказала Риццоли. – Спасибо.

Детектив Пэррис выглядел как человек, обожающий мясо и выпивку. Когда напарники обнаружили его в мясном ресторане «Длинный рог», он уже потягивал мартини и изучал меню. Его грузная фигура была так плотно втиснута между столом и скамьей, что Джейн, когда они с Фростом садились напротив детектива, жестом предложила ему не вставать с места. Пэррис опустил на стол бокал с мартини и смерил их с Фростом типичным взглядом полицейского. Таким же взглядом оценивала его теперь и Джейн. Пэррису было шестьдесят с небольшим. Очевидно, он находился на пороге пенсии и давно утратил не только молодцеватую фигуру, но и бо́льшую часть волос. Однако, если судить по пронизывающему взгляду, в его голове по-прежнему жил ум полицейского, и сейчас, прежде чем перейти к разговору, он составлял собственное мнение о Джейн и Фросте.

– А я все думал – когда кто-нибудь приедет и начнет расспрашивать об этом деле? – произнес Пэррис.

– Вот мы и приехали, – ответила Джейн.

– Гм. Бостонское управление. Никогда не предскажешь, куда это дело повернет в следующий момент. Вы голодны, ребята?

– Да, поели бы, – признался Фрост.

– Я целую неделю прожил у своей дочери-веганки в Таллахасси. Так что не сомневайтесь – я пришел сюда не за чертовым салатиком. – Детектив снова взял в руки меню. – Я закажу стейк из филейной вырезки. Двадцать унций, с фаршированным картофелем и грибами под сливочно-сырным соусом. Это должно компенсировать недельные страдания на одной брокколи.

Пэррис заказал мясо с кровью и еще один бокал мартини. Неделя в Таллахасси, решила Джейн, была для детектива настоящей пыткой. Пэррис, похоже, был готов перейти к делу, только приступив ко второму коктейлю.

– Вы всю папку прочитали? – поинтересовался он.

– Все, что вы прислали нам по электронной почте, – ответила Джейн.

– Тогда вам известно столько же, сколько и мне. На первый взгляд казалось, будто это очередной несчастный случай на маленьком воздушном судне. Одномоторная «сессна-скайхок» падает вскоре после взлета. Обломки рассыпаются по лесистой местности. Пилота называли настоящим занудой в том, что касалось безопасности, но, знаете, всякое бывает. Почти всегда это чья-то ошибка – пилота или механика. Меня не привлекали к этому делу до тех пор, пока не позвонили из НКБП. В найденных обломках были обнаружены следы проникновения фрагментов, двигавшихся на большой скорости. Это навело экспертов на мысль сделать анализ, чтобы выявить следы взрывчатых веществ. Я не очень разбираюсь в тонкостях химии, но они провели жидкостную хроматографию и масс-спектрометрию. Нашли вещество под названием гексагидро… что-то там такое. Оно также называется гексоген.

– Циклотриметилентринитрамин, – выговорил Фрост.

– В общем, вы читали отчет.

– Эта часть меня заинтересовала. Упомянутое вещество используется военными, и оно более мощное, чем тротил. Если смешать его с воском, можно лепить фигурки. Оно – часть семтекса.

Джейн взглянула на своего напарника:

– Теперь я знаю, почему ты хотел стать ракетчиком. Чтобы что-нибудь взрывать.

– Именно это и произошло с малюсеньким «скайхоком» Яблонски, – сказал Пэррис. – Его взорвали. Гексоген подорвали с помощью дистанционного управления. Не по таймеру и не на определенной высоте. На поле кто-то был; он увидел, что самолет поднялся в воздух, и нажал на кнопку пульта.

– Значит, ошибки быть не могло, – поняла Джейн. – Целили не в другой самолет.

– Я почти уверен, что убить хотели именно Яблонски. Вероятно, коллеги Нила в НАСА вам ничего такого не говорили. Они отказываются верить, что его кто-то хотел прикончить. А я даже и не пытался их просветить.

– Да, именно это мы слышали от доктора Бартусека, – подтвердила Джейн. – Что, должно быть, произошла ошибка. Что у Нила не было врагов.

– Враги есть у каждого. Но не у всех они развлекаются с гексогеном. – Пэррис покачал головой. – Мы говорим о жутком дерьме, о военной взрывчатке. Настолько жутком, что я даже задумывался… – Детектив внезапно осекся, когда официантка принесла их еду.

По сравнению с огромным куском мяса на тарелке Пэрриса семь унций филе и куриная грудка, заказанные Джейн и Фростом, казались жалкими закусками. Только после того, как официантка ушла, Джейн решилась надавить на Пэрриса.

– И о чем вы задумывались? – спросила она.

– Уж не мой ли труп найдут следующим, – пробормотал он, засовывая в рот исходящий соком кусок мяса.

Пока он отрезал очередной ломтик стейка и отхлебывал из своего бокала мартини, на его тарелке собралась кровавая лужица. Джейн вспомнила, что Пэррис сказал ей по телефону днем: «Я бы не хотел встречаться с вами дома». Она тогда решила, что коллега просто не хочет смешивать рабочие дела и личную жизнь. Теперь это заявление приобрело новое, жутковатое значение.

– Вас это все так напугало? – удивилась она.

– Черт возьми, так оно и есть. – Пэррис посмотрел на нее в упор. – Если станете распутывать это дело, вы начнете меня понимать.

– А чего вы боитесь?

– То-то и оно, что не знаю. И никогда не узнаю, не стал ли я параноиком и не начал ли придумывать что-то несуществующее. А может, мой телефон действительно прослушивают. И садятся на хвост моей машине.

– Ого! – рассмеялась Джейн. – Вы серьезно?

– Как перед могилой. – Отложив нож и вилку, толстяк пристально взглянул на Риццоли. – Поэтому я рад, что вы приехали с напарником. Кто-то должен прикрывать вам спину. Я достаточно старомоден и считаю, что за женщинами надо присматривать, даже если они полицейские.

– Присматривать? – Джейн повернулась к Фросту. – Ты, оказывается, недорабатывал.

– Детектив Пэррис, – вмешался Фрост, – а откуда, по-вашему, исходит эта… э-э-э… угроза?

– Все слышно по вашему голосу. Вы мне не верите. Но скоро сами узнаете. Вот мой совет: поглядывайте через плечо. Если идете куда – запоминайте лица. Вскоре некоторые из них покажутся вам знакомыми. Парень в кофейне. Девица в аэропорту. Затем, однажды вечером, вы заметите, что возле вашего дома припарковался фургончик. И просто стоит там.

Фрост бросил взгляд на Джейн, и это не укрылось от Пэрриса.

– Ну да, хорошо. Вы считаете меня чокнутым. – Детектив пожал плечами и снова потянулся к мартини. – Просто копайте, и все это вылезет, словно черви после дождя.

– Что «это»? – поинтересовалась Джейн.

– Вероятно, вы уже потревожили их – тем, что приехали сюда и начали задавать вопросы.

– Вопросы, связанные с Нилом и Оливией?

– Забудьте про Оливию. Бедняжка оказалась в неудачный момент в несчастливом самолете. – Пэррис помахал официантке, указав на свой пустой бокал. – Если вы не возражаете! – крикнул он.

– Думаете, мотив связан с профессиональной деятельностью? – осведомился Фрост.

– Если исключить ревнивых любовниц, рассерженных соседей и жадных родственников, остается только работа.

– Вы знаете, чем он занимался в НАСА, верно?

Пэррис кивнул:

– Инопланетной жизнью. Говорят, они с дружком Брайаном Темплом решили, будто обнаружили ее, пусть даже никто в НАСА не решился объявить об этом официально.

– Потому что это скрывают? – спросил Фрост. – Или потому что это неправда?

Пэррис подался вперед; его лицо раскраснелось от выпитого.

– Когда вы ошибаетесь, вас никто не станет взрывать. Только если вы правы, дела принимают опасный оборот. А у меня есть ощущение… – Детектив внезапно осекся, уставившись на что-то за спиной у Джейн. Она хотела было обернуться, но Пэррис прошептал: – Не смейте.

– Что такое?

– Парень в очках, белой рубашке и синих джинсах. Сидит прямо за нами. Кажется, я видел его два часа назад в туалете на шоссе.

Джейн сделала так, чтобы салфетка с ее колен упала на пол. Она наклонилась, чтобы поднять ее, и бросила взгляд на упомянутого мужчину. Как раз в этот момент к его столу подсела женщина с малышом на руках.

– Ну только если они нанимают в шпионы трехлеток, – проговорила Джейн, выпрямляясь. – Думаю, вам не стоит волноваться по поводу парня в очках.

– Хорошо, – признал Пэррис. – В этот раз я ошибся. Но происходило и другое.

– Например, у вашего дома появлялись фургоны, – подсказала Джейн ровным тоном.

Детектив застыл.

– Я понимаю, как это выглядит. Когда все это началось, я и сам не мог поверить. Пытался найти логическое объяснение, но нечто подобное повторялось постоянно. Терялись голосовые сообщения. Вещи на моем рабочем столе меняли места, пропадали папки. И это продолжалось много месяцев.

– Это до сих пор происходит?

Пэррис промолчал – к ним подошла официантка с третьей порцией мартини. Детектив посмотрел на свой бокал, будто размышляя: стоит ли добавлять в кровь еще одну дозу алкоголя? В конце концов Пэррис поднял его.

– Нет. Странности перестали случаться примерно тогда же, когда это дело застопорилось. Правительственные организации, с которыми мы работали – НКБП, ФБР, – сообщили мне, что их расследования приостановлены. Думаю, у них были дела поважнее. Все затихло. Странные фургоны исчезли, а моя жизнь снова стала нормальной. Но тут несколько недель назад я узнал из полиции Нью-Гемпшира о фермерском доме Темплов, который взорвали семтексом. – Пэррис немного помолчал. – А теперь и вы приехали. Я жду, что фургоны появятся снова.

– Вы хоть примерно представляете, кто мог бы их послать?

– Да мне и не надо это представлять. – Пэррис откинулся на спинку скамьи. – Мне шестьдесят четыре года. Я должен был уйти в отставку два года назад, но мне нужна зарплата, чтобы помогать дочери. Это моя работа, но вовсе не моя жизнь, понимаете?

– Проблема в том, – заметила Джейн, – что под угрозой могут оказаться еще несколько жизней. Прежде всего жизнь Уилла, сына Нила и Оливии.

– Какой смысл преследовать четырнадцатилетнего мальчика?

– Да и двух других детей тоже нет смысла преследовать.

Пэррис нахмурился:

– Каких детей?

– Во время расследования вам никогда не попадались имена Николаса и Аннабель Клок?

– Нет.

– А Эрскина и Изабель Уорд?

– Нет. Что это за люди?

– Другие жертвы. Семьи, которые были убиты на той же неделе, что и Оливия с Нилом. Во всех трех семьях выжило только по одному ребенку. А теперь на этих троих детишек снова напали.

Пэррис пристально посмотрел на коллегу:

– Эти фамилии ни разу не встретились мне во время расследования. Я их впервые слышу.

– Но параллели жутковатые, верно?

– А есть ли связь с НАСА? Можно ли соотнести их в этом смысле?

– К сожалению, нет, – вздохнула Джейн.

– А что же, по-вашему, все-таки связывает этих детей?

– Мы как раз и надеялись узнать это от вас. Понять, в чем связь.

Пэррис откинулся на спинку скамьи и посмотрел на коллег поверх опустошенной тарелки, в которой собралась лужа крови.

– О Яблонски вы теперь знаете все то же, что и я. Расскажите мне о семействе Уорд.

– Они были застрелены в одном из лондонских переулков. На первый взгляд казалось, что это неудавшийся уличный грабеж. Он был американским дипломатом, она – домохозяйкой. В их одиннадцатилетнюю дочь тоже стреляли, но ей удалось выжить.

– Уорд был дипломатом, а Яблонски – ученым из НАСА. Какова же связь? То есть астрофизика вряд ли может перейти в разряд горячих дипломатических проблем.

Фрост внезапно выпрямился.

– Если инопланетяне разумны, нам пришлось бы устанавливать дипломатические отношения, верно ведь?

Джейн вздохнула:

– Заканчивай со «Звездным путем».

– Нет, вы только подумайте! Нил Яблонски и Брайан Темпл собираются лететь в Рим на встречу с учеными из Ватикана. Эрскин Уорд тоже работал в Риме, у него были связи в тамошнем посольстве. Наверняка он хорошо говорил по-итальянски.

– А что с семейством Клок? – поинтересовался Пэррис. – Вы не рассказали мне о них. Были ли они связаны со всем этим?

– Николас Клок работал финансовым консультантом в Провиденсе, штат Род-Айленд, – сообщила Джейн. – Его и его жену Аннабель убили на борту принадлежавшей им яхты неподалеку от Сент-Томаса.

Пэррис покачал головой:

– Я не вижу никакой связи ни с семьей Яблонски, ни с супругами Уорд. У этих трех семей нет ничего общего.

«Если, конечно, не считать того, что их дети сейчас находятся в одной школе». Этого факта Джейн не раскрыла, потому что беспокоилась за детей. Убийце стоило лишь обнаружить их в «Вечерне», и он смог бы уничтожить их за один раз.

– Не знаю, что все это означает, – признался Пэррис. – Но могу сказать, что напугало все это меня до ужаса. Гексогеном взорвали самолет Яблонски. Семтексом разрушили фермерский домик Темплов в Нью-Гемпшире. Это не какие-то там любители. Подобные убийцы и не посмотрят, что мы полицейские. Они работают на совершенно ином уровне, со специальной подготовкой и доступом к военной взрывчатке. Мы с вами для них просто таракашки. Не забывайте об этом. – Он осушил свой бокал с мартини и поставил его на стол. – Ну вот, собственно, и все, что я могу вам сказать. – Он махнул официантке. – Счет, пожалуйста.

– Мы оплатим ужин, – пообещала Джейн.

Пэррис кивнул:

– Очень вам благодарен.

– Спасибо, что встретились с нами.

– Нельзя сказать, что я добавил много нового, – заметил Пэррис, вставая с места. Несмотря на три бокала мартини, он удивительно твердо держался на ногах. – На самом деле это я должен благодарить вас.

– За что?

Детектив бросил на Джейн взгляд, полный сочувствия:

– Теперь я свободен. С этого момента они будут следить за вами.

В мотеле Джейн приняла горячий душ и, плюхнувшись в свою кровать, уставилась в темный потолок. Чашка кофе после ужина была ошибкой. Кофеин и события прошедшего дня не давали ей уснуть; мысли вертелись вокруг всего того, что им с Фростом удалось узнать. Джейн размышляла о значении всех этих новостей. А когда Риццоли наконец провалилась в сон, там ее ждало продолжение всей этой неразберихи.

Была ясная-преясная ночь. Держа на руках Реджину, она стояла в толпе и смотрела в небо, на сверкающие звезды. Некоторые звезды вдруг начали двигаться, словно светлячки, затем стали светить еще ярче, перемещаясь по небу в форме какой-то геометрической фигуры; при этом окружавшая Джейн толпа восхищенно забормотала.

Это были не звезды.

Джейн в ужасе поняла, что означали эти огни, и начала пробираться сквозь толпу, отчаянно ища укрытие. Место, где огни инопланетян ее не достанут. «Они прилетели за нами», – решила Риццоли.

Она внезапно проснулась, и сердце ее так колотилось, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Потея, Джейн так и лежала в ужасе, пока страшный сон не начал улетучиваться. Вот что случается, если поужинать с полицейским-параноиком, решила она. Потом снятся вторжения инопланетян. Не представители дружественных внеземных цивилизаций, а чудовища с космическими кораблями и бластерами. Да и почему бы инопланетянам не попытаться завоевать Землю? «Они наверняка такие же кровожадные, как и мы», – предположила Джейн.

Риццоли села на уголок кровати. Во рту пересохло, кожу охлаждал пот. Электронные часы, стоявшие на тумбочке, показывали два сорок. Через каких-то четыре часа им нужно выписаться из мотеля и отправиться на самолете в Бостон. Джейн поднялась во тьме и ощупью добралась до ванной, чтобы попить воды. Когда она проходила мимо окна, сквозь шторы мелькнул и пропал тонкий луч фонарика.

Джейн приблизилась к окну, отодвинула штору и взглянула на неосвещенную парковку. Мотель был забит битком, все парковочные места занимали автомобили. Джейн вгляделась в темноту, пытаясь понять, откуда светил фонарик, и уже собралась было опустить штору, как вдруг в одной из машин зажглось верхнее освещение.

«Это машина, которую мы взяли напрокат», – поняла Риццоли.

В дорогу она не прихватила с собой оружие, не брал его с собой и Фрост. Невооруженные, без подкрепления, они вынуждены столкнуться… с чем? Джейн схватила мобильный и воспользовалась быстрым набором. Прозвучало несколько длинных сигналов. Фрост ответил ей сонным голосом.

– Кто-то копается в нашей машине, – прошептала она в трубку, натягивая синие джинсы. – Я выхожу на улицу.

– Что? Подожди!

Она застегнула молнию на ширинке.

– Через тридцать секунд я выйду за дверь.

– Погоди, погоди! Я сейчас приду.

Джейн схватила фонарик, карточку-ключ от своего номера и босиком выскочила в коридор как раз в тот момент, когда из соседней двери появился Фрост. Неудивительно, что он успел: Барри по-прежнему был в пижаме. В красно-белую полоску – такие были в моде во времена Кларка Гейбла.

Фрост заметил пристальный взгляд Джейн.

– Что такое? – спросил он.

– Да у меня прямо глаза разболелись. Ты словно ходячая неоновая лампа, – пробормотала Риццоли, когда они шли к боковому выходу, расположенному в конце коридора.

– Каков план?

– Нужно понять, кто в нашей машине.

– Возможно, стоит позвонить девять-один-один.

– Пока они ответят, преступник уже сбежит.

Выскользнув из двери бокового выхода во мрак, они спрятались за ближайшим автомобилем. Поверх заднего бампера Джейн взглянула на то парковочное место, где стояла их машина. Верхний свет в салоне уже не горел.

– Ты действительно видела кого-то в машине? – шепотом спросил Барри.

Прозвучавшее в его голосе недоверие не понравилось Джейн. В этот поздний час, стоя босиком на колючем асфальте, последнее, что она хотела слышать, – сомнения господина Неоновая Пижама.

Риццоли на четвереньках поползла к их машине, не зная, следует ли за ней Фрост, и даже не заботясь об этом, поскольку теперь она и сама начала сомневаться в себе. Стала думать: а вдруг свет, который она увидела, был всего-навсего отголоском ее кошмарного сна? Сначала инопланетяне были в ее сне, а теперь – на парковке.

До машины осталось проползти всего одно парковочное место.

Джейн остановилась, прижав вспотевшую ладонь к заднему бамперу какого-то пикапа. Теперь ей надо было сделать всего два шажка и оказаться у бампера машины, которую они взяли напрокат. Стоя на корточках в темноте, Риццоли прислушивалась к звукам: не раздается ли шорох или хоть какой-нибудь шум, но улавливала только отдаленный гул автомобилей.

Джейн чуть-чуть продвинулась вперед и заглянула в проход между двумя машинами. Увидела свободное пространство. Нотка сомнения, проскользнувшая в голосе Фроста, теперь зазвучала и в ее голове, она становилась все громче. Джейн ползком обогнула их машину с задней стороны, чтобы взглянуть на пассажирские дверцы.

Там тоже никого не было.

Риццоли выпрямилась и, оглядывая парковку, ощутила на своем лице дуновение ночного ветерка. Если сейчас за ними кто-то наблюдает, он наверняка заметит ее на самом виду. Фрост тоже тут как тут – еще более очевидная цель в красно-белой пижаме.

– Никого, – сказал он. Это был не вопрос, скорее констатация факта.

Джейн была слишком раздражена, а потому вместо ответа включила свой фонарик и обошла машину. На поверхности автомобиля не было ни одной царапины, а на мостовой вокруг него ничего не валялось, кроме затоптанного окурка, который, судя по виду, лежал тут уже несколько недель.

– Мой номер вон там, – сказала Риццоли, указывая на свое окно. – Я видела свет сквозь занавески. Это был фонарик. Я посмотрела в окно, и тут вспыхнул верхний свет в салоне. Кто-то влез в нашу машину.

– А ты видела кого-нибудь?

– Нет. Он наверняка подполз к машине.

– Что ж, если он влез в машину, значит она была… – Фрост запнулся. – Не заперта.

– Что?

– Она не заперта. – Фрост потянул за ручку водительской дверцы, и в салоне зажегся верхний свет. Напарники замерли, пристально глядя на освещенную машину.

– Я запирала ее сегодня.

– Уверена?

– Почему ты все время во мне сомневаешься? Я прекрасно помню, что заперла этот чертов замок. Ты хоть раз видел, чтобы я не запирала машину?

– Нет, – признался Фрост. – Ты всегда ее запираешь. – Он посмотрел вниз, на ручку, которой только что коснулся. – Черт. Отпечатки пальцев.

– Меня больше беспокоит, зачем кто-то влез в нашу машину. И что он там искал.

– А если он ничего не искал? – спросил Фрост.

Через окно Джейн пристально взглянула на переднее сиденье и подумала об Оливии и Ниле, садившихся в свою «сессну-скайхок». Вспомнила о гексогене, семтексе и фермерском домике в Нью-Гемпшире, который взорвался и воспламенился.

– Давай заглянем под машину, – спокойно предложила она.

Риццоли не пришлось ничего объяснять: Фрост уже отстранился от водительской дверцы и последовал за Джейн к заднему бамперу. Опустившись на колени, Риццоли ощутила, как в ее ладони впиваются камешки из неровного асфальта; она наклонилась, чтобы взглянуть на дно машины. Луч ее фонарика метнулся по глушителю, выхлопной трубе и листам днища. Однако ничто не привлекло ее внимания, ничто не показалось странным.

Джейн выпрямилась и ощутила боль в шее от неудобной позы. Потирая напряженные мышцы, она подошла к передней части автомобиля и снова опустилась на четвереньки, чтобы оглядеть ходовую часть.

Бомбы не было.

– Открыть багажник? – спросил Фрост.

– Ага. – «Надеюсь, все это не взлетит до небес».

Барри чуть помедлил, явно разделяя опасения Джейн, потом сунул руку под панель управления и потянул за отжимной рычаг.

Джейн подняла крышку багажника и посветила фонариком в пустое пространство. Бомбы не было. Она приподняла коврик и взглянула в выемку с запасной шиной. Бомбы не было.

«Может, все это мне и вправду приснилось, – подумала Риццоли. – Возможно, я действительно забыла запереть машину». И вот они стоят тут в три часа ночи, растрачивая попусту время сна; да еще Фрост со своей жуткой пижамой.

Она закрыла багажник и раздраженно фыркнула.

– Придется осмотреть салон.

– Да-да, сейчас, – пробормотал Фрост. – Все равно уже ночь почти закончилась.

Он забрался на переднее сиденье; его обтянутый пижамными штанами зад торчал из окна. И кто бы мог подумать, что он решит обрядиться в полосатую рождественскую карамельку? Пока ее напарник копался в бардачке, Джейн опустилась на колени и посветила фонариком в нишу левого заднего колеса. Разумеется, она ничего не увидела. Джейн переместилась к передней части машины и сделала то же самое с левым и правым передними колесами, затем вернулась к заднему правому. Опустившись на колени, Риццоли направила свет фонарика в пространство над шиной.

Увиденное заставило ее замереть.

– Я кое-что нашел! – воскликнул Фрост.

– И я тоже. – Опустившись на корточки, Джейн пристально глядела в нишу колеса, а по спине у нее разливался холод. – Подойди-ка и взгляни на это, – спокойно предложила она.

Выбравшись из машины, Фрост опустился на корточки рядом с напарницей. Устройство, по размеру не превосходившее мобильный телефон, было прикреплено к внутренности колесной ниши.

– Что это, черт возьми?

– Похоже на устройство слежения.

– А что ты обнаружил внутри?

Фрост взял Джейн за руку и оттащил на несколько шагов от машины.

– Эта штука под пассажирским сиденьем, – прошептал Барри. – Они даже и приклеить-то ее не потрудились. Думаю, им пришлось поспешно смыться. – Фрост ненадолго умолк. – Поэтому они оставили дверцу незапертой.

– Но это не из-за того, что они заметили нас. Они ушли еще до того, как мы оказались на улице.

– Ты звонила мне по мобильному, – сказал Фрост. – Это и послужило им предупреждением.

Джейн пристально взглянула на Барри.

– Ты считаешь, что наши телефоны прослушивают?

– Подумай сама. Жучок под сиденьем и устройство слежения в колесной нише. Почему бы им не перехватить наши разговоры?

Детективы услышали шум двигателя и обернулись как раз в тот момент, когда какая-то машина внезапно вырулила с парковки. Босые и теперь уже окончательно взбодрившиеся, они стояли возле своей машины, которую теперь с легкостью можно было прослушать и отследить, и чувствовали, что эти события уже не дадут им уснуть.

– Пэррис вовсе не параноик, – заметил Фрост.

Джейн подумала о сгоревшем фермерском доме. Об убитых семьях.

– Они знают, кто мы, – ответила Риццоли.

«И где мы живем», – мысленно добавила она.