Клио улыбалась – невероятно нежная и прекрасная в свете свечей. Приглушенно играл лирический джаз. Грейс ощущал на лице ее теплое, сладкое дыхание, любовался спутанными прядями волос.

– Вышло вполне неплохо, – шепнула она.

– Для копа?

Клио шутливо ткнула его кулаком в бок, потом обхватила его голову руками и поцеловала в губы. Кровать была такой удобной, а Клио – такой уютной, родной; казалось, они знакомы много лет и успели стать половинками одного целого.

Грейс гладил нежную кожу, и внутри у него разливалось приятное тепло, а на душе царило безмятежное, безграничное спокойствие. Пусть хотя бы на короткое мгновение он очутился там, где уже не надеялся побывать. Потом в памяти всплыл телефонный звонок и сообщение, которое он проигнорировал. В голубоватом свечении часов на тумбочке Грейс различил время.

Четверть второго.

Проклятье!

Скатившись с кровати, он отыскал на полу телефон, поднес к уху и нажал «Прослушать голосовые».

Гленн Брэнсон просил перезвонить, если он получит сообщение до полуночи, а если нет, подождать до утра. Грейс с облегчением отложил телефон.

– Я рада, что ты заглянул, – промурлыкала Клио.

– Соблазнился «Гленфиддихом». Каюсь, не устоял.

– Неужели вы такая легкая добыча, детектив-суперинтендант Рой Грейс, – дразнила она. – Готовы на все ради халявной выпивки?

– Угу. Плюс меня малость заинтриговала история с женихом. По-прежнему считаешь меня легкой добычей?

У него захватило дух, когда пальцы Клио сомкнулись на его мошонке.

– Знаете поговорку, детектив-суперинтендант? – Она чуть сжала добычу.

Задыхаясь от наслаждения и едва уловимой боли, он поинтересовался:

– Какую?

– Бери мужчину за яйца, и его сердце с рассудком не заставят себя ждать.

Грейс шумно выдохнул, когда Клио немного ослабила хватку.

– Ну, какие у тебя планы на остаток ночи? – прошептал он.

Она сильнее стиснула мошонку и поцеловала его.

– Каковы бы ни были мои планы, ты не в том положении, чтобы торговаться.

– А кто торгуется?

– По-моему, ты! – Клио убрала руки, встала с постели и продефилировала к выходу из комнаты.

Грейс проводил взглядом ее стройное обнаженное тело с длинными ногами и круглой, аппетитной, просто божественной попкой, после чего откинулся на мягкую подушку и, заложив руки за голову, крикнул:

– Льда побольше!

Через пару минут Клио вернулась с двумя высокими стаканами, где позвякивали кубики льда, и вручила один ему.

– Чтоб буй стоял и лодки плыли! – продекламировала она и, тряхнув головой, ополовинила свой стакан.

– Чтоб буй стоял, – повторил Грейс и сделал солидный глоток.

Сегодня от завтра отделяли тысячи миль. Устремленные на него глаза Клио сияли.

– Значит, ты явился только затем, чтобы выведать подробности про моего жениха? Это единственная причина, детектив-суперинтендант Рой Грейс?

– Хватит так меня называть.

– А как мне тебя называть? Лучший трах во вселенной?

– Звучит неплохо, – хмыкнул Грейс. – Но Рой тоже сгодится.

Она пригубила спиртное, подалась вперед и страстно поцеловала его, втолкнув в рот кубик льда с привкусом виски.

– Рой! Дивное имя. Почему родители назвали тебя Роем?

– Никогда не интересовался.

– Почему?

– Просто в голову не приходило, – пожал он плечами.

– Ну и какой из тебя после этого детектив? Разве ты не должен интересоваться всем и вся?

– А почему тебя родители назвали Клио?

– Потому что… – Она хихикнула. – Стыдно сказать, но моя мама обожала «Александрийский квартет». Меня назвали в честь одной из героинь – Клеа, – только отец неправильно записал имя в церковной метрике, как-то так.

– «Александрийский квартет»? Впервые слышу.

– Перестань, ты наверняка читал!

– У меня было трудное детство.

– Трудное или шальное?

– Ты к двенадцати годам умела играть в покер?

– О чем и речь! Ладно, устрою тебе ликбез. «Александрийский квартет» – это четыре романа Лоренса Даррелла. Чудесные истории, связанные между собой. «Жюстина», «Бальтазар», «Маунтолив» и «Клеа».

– Не сомневаюсь, что романы чудесные, раз…

– Раз что?

– Раз они воплотились в тебя.

Мобильный Грейса снова зазвонил. На сей раз он ответил, но очень нехотя.

Две минуты спустя он с еще большей неохотой вскочил с кровати и стал неуклюже натягивать носки.