Том вздрогнул и проснулся от рева в ушах. Осоловевший, растерянный, он не сразу сообразил, где находится. При виде носившихся по экрану мотоциклов в голове немного прояснилось, – по крайней мере, источник шума найден.

Оглядевшись в поисках пульта, он увидел на ковре пустой бокал из-под бренди – и его словно током ударило. Он заснул. Сколько сейчас времени?

Дисплей DVD показывал десять минут пятого. Ерунда какая-то. Он бросил взгляд на наручные часы – 04:09.

Мотоциклы колонной мчались по треку в Сильверстоуне – Том узнал локацию, потому что пару лет назад ездил туда в рамках тимбилдинга, а еще неоднократно бывал на Гран-при Великобритании. Оглушительно завизжали тормоза – мотоциклисты приближались к повороту «Копс». Нащупав пульт, Том выключил телевизор и поднялся, чувствуя одеревенелость во всем теле.

Почему Келли не разбудила его, когда вернулась? Захватив пустой бокал, он двинулся в коридор. Голова гудела, конечности словно налились свинцом. Поставив бокал на кухонный островок, Том заставил себя подняться по лестнице и, осторожно ступая на цыпочках, чтобы никого не разбудить – если только за него это не сделал мотокросс, – приоткрыл дверь в спальню. И сразу почуял неладное.

Шторы были раздвинуты, в серых предрассветных сумерках отчетливо виднелась пустая постель.

Келли не было.

Сон как рукой сняло.

Частенько, когда детям снились кошмары, Келли забиралась к ним в кровать на пару часов. Обнадеженный этой мыслью, Том проверил спальни детей. Ничего.

Проклиная себя за глупость, он сбежал вниз, распахнул входную дверь и заглянул под навес. Пусто.

Для пущей уверенности Том шагнул на тротуар и осмотрелся. Вдруг Келли припарковалась чуть дальше от дома и нечаянно уснула? Однако «ауди» нигде не было.

Он снова глянул на часы, стараясь сообразить, сколько времени спал. Келли повезла няню домой около половины второго. Два с половиной часа назад. Два с половиной часа на четыре мили туда и обратно?

Ледяной волной накатил страх. Может, она попала в аварию? Но если так, почему с ним до сих пор не связались из полиции?

А вдруг у нее случился длительный заскок? Хотя должна же она понимать, что он будет волноваться!

Впрочем, иногда Келли совершала глупости, ни на секунду не задумываясь о последствиях. Она бы в жизни не подвергла детей опасности умышленно, а вот по глупости – легко. Однажды, например, Келли приобрела на «Ибэй» «халявную» путевку в загородный санаторий, но не учла, что ее отъезд совпадал с командировкой Тома в Германию. У нее и в мыслях не было, кто останется с детьми.

Случалось, что она просто исчезала: один раз на целый день, второй – на сутки. Оба раза Том места себе не находил, обзванивал все больницы на юге Англии, опасаясь, что она попала в аварию, и подозревая наличие любовника. Потом Келли появлялась как ни в чем не бывало со словами, что ей требовалось «личное пространство». Причем ее откровенно не заботило, что мужу пришлось брать отгул, чтобы присмотреть за детьми.

Вспомнилось, как она впала в прострацию сегодня в машине. Может, ее снова потянуло на «личное пространство»? Хоть бы предупредила.

Том поднял трубку радиотелефона в спальне и набрал ее мобильный, но, услышав внизу оглушительную мелодию «Crazy Frog», дал отбой. Келли забыла телефон дома.

Восхитительно.

Он опустился на кровать и задумался. Господи, он так любит жену, несмотря на все ее закидоны. Да, у них случаются разногласия, однако им очень хорошо вместе. Он буквально любовался ею за ужином. Пускай Келли чувствовала себя неуютно в этом змеином гнезде – собственно, он тоже, – но она справилась: голову держала высоко, выглядела сногсшибательно и всячески расхваливала мужа, рекламируя его фирму соседям по столу.

Но потом ему вспомнились нотки зависти в ее голосе на обратном пути, ее ответ на вопрос, хотела бы она жить в таком огромном доме, как у Анджелидса.

«Почему нет, если к нему прилагается целый штат прислуги? Рано или поздно мы поселимся в таком. Я в тебя верю».

Тому так и не хватило духу признаться, что им, возможно, придется продать дом и переехать в жилье попроще. Он не знал, как преподнести горькую пилюлю, не хотел видеть боль в ее глазах, а больше всего боялся выставить себя неудачником.

Господи, любимая, где же ты?

Том встал и принялся мерить шагами спальню; внутри у него все похолодело от страха. Без двадцати пять. Мелькнула мысль позвонить родителям Мэнди Моррисон и спросить, благополучно ли та добралась до дома. Впрочем, если бы девочка не вернулась, ему бы уже давно оборвали телефон.

Том с гудящей головой лег на кровать в одежде, прислушиваясь, не раздастся ли за окном шум мотора, однако предрассветное безмолвие нарушал лишь щебет птиц. Минут через пять, наплевав на ранний час, он набрал номер Моррисонов; сонный глава семьи заверил, что Мэнди благополучно доставили домой примерно без четверти два.

Поблагодарив Моррисона, Том позвонил в справочную службу и выяснил номер суссекской областной больницы. Усталый женский голос в отделении неотложной помощи сообщил, что пациентка по имени Келли ночью не поступала.

Узнав через ту же справочную контакты суссекской полиции, Том позвонил туда. Его соединили с отделом дорожно-транспортных происшествий и после недолгого ожидания уведомили, что ни Келли, ни ее автомобиль в ночных сводках не фигурируют.

Что делать дальше, Том не знал.