— Почему именно 1368 год? — не удержался от вопроса Клейн.

Лука Брустер покачал головой:

— Я не знаю. Так сказано в пророчестве Бога.

Понимая, что он всего лишь на 4-й Последовательности и в случае конца света мало что сможет сделать, Клейн благоразумно завершил эту тему и сказал Луке, святому из Церкви Знаний:

— На этом всё.

Он понимал, что на те вопросы, которые его действительно волновали — что такое осквернение из Звёздного неба, сможет ли Розель вернуться и в каком состоянии, — тот, скорее всего, не ответит.

Лука Брустер кивнул:

— Если в будущем понадобится помощь, можете найти меня через Эдвину.

Он помнил, что сделку по продаже оружия Дуэйном Дантесом Месайесу организовала Эдвина Эдвардс.

Эдвина… та самая вице-адмирал Айсберг? — Одри на секунду замерла, а затем, всё поняв, с любопытством искоса взглянула на стоявшего рядом господина Мира.

Она помнила, что как-то видела в газете серийную статью об истории Германа Спэрроу и трёх женщин-пиратских адмиралов.

— Хорошо, — Клейн никогда не считал, что помощников может быть слишком много.

Кивнув на прощание Справедливости Одри, фигура Луки Брустера быстро стала прозрачной, словно сливаясь с Миром Духов.

А затем он просто исчез.

Посмотрев на место, где только что стоял Лука Брустер, а затем на зал, в котором больше не было золота, Клейн мысленно «хмыкнул» и помолчал пару секунд.

Он заставил свою марионетку посмотреть на стоящую рядом Справедливость Одри и сказал:

— Я думал, будет сложнее.

— Это тот святой вовремя спас себя и был готов мне довериться, позволив внедрить психологическую установку, — с лёгкой улыбкой ответила Одри, стараясь выглядеть искренней и скромной.

Дуэйн Дантес кивнул:

— Это будет зачтено в твой вклад. Возвращайся скорее, здесь опасно.

Видя, что даже полубог едва не потерял контроль, Одри нисколько не сомневалась в словах господина Мира об опасности. Она немедленно использовала Ползучий Голод и через Мир Духов телепортировалась обратно на Северный континент.

Когда она принесла в жертву господину Шуту ту перчатку из человеческой кожи и уладила оставшиеся дела, граф Холл и его старший сын Хиберт как раз вернулись домой.

Одри уже собиралась выйти, чтобы встретить отца и перекинуться с ним парой слов, как услышала в холле голос своей матери, графини Кейтлин:

— Что-то ещё случилось? Вы сегодня вернулись намного позже обычного.

Граф Холл вздохнул:

— Фейнепоттер вторгся в Ленбург.

— Экстренный выпуск! Экстренный выпуск! Фейнепоттер вероломно вторгся в Ленбург!

Леонард в красной перчатке вышел из кареты, собираясь войти в Собор Святого Самуила, и увидел газетчика, который, размахивая газетой, бежал по улице и площади.

Он остановил мальчика, достал монету в 1 пенни, купил газету и, просматривая её, понизил голос:

— Возможно, скоро и юг станет полем битвы.

— Да, — раздался в голове Леонарда слегка старческий голос Паллеза Зороаста.

— Но почему меня всё ещё держат в Баклунде… — с недоумением «пробормотал» Леонард.

После продвижения до Духовного Медиума он стал капитаном отряда Красных Перчаток, в который вошли члены из других команд, включая его знакомых Синди и Боба.

С началом войны Леонард ожидал, что его отряд, как и отряд Соэста, переведут в Священный Собор для участия в боях в горах Амманда, но вместо этого их назначили мобильной силой баклундской епархии.

А в этом мегаполисе, из-за введения ночного комендантского часа и других мер военного времени, сейчас было спокойно, Потусторонние не нарушали порядок, даже любящие убийства «демоны» не создавали хаоса. В итоге у Леонарда было довольно много свободного времени, даже больше, чем в мирное время.

Тут Паллез Зороаст усмехнулся:

— У меня есть догадка.

— Какая? — поспешно спросил Леонард.

— Сейчас не скажу, — неторопливо ответил Паллез.

— … — Леонард ничего не сказал, поправил воротник, вошёл в Собор Святого Самуила, переговорил с архиепископом и пять минут помолился.

Затем он спустился в подземелье и толкнул дверь временного кабинета своего отряда Красных Перчаток.

— Доброе утро, капитан, — Боб, Синди и другие члены отряда встали и отдали честь.

Услышав их обращение, Леонард, который, как ему казалось, уже привык, снова почувствовал себя немного не в своей тарелке.

Так незаметно наступил понедельник, вторая половина дня. Леонард раздал своим подчинённым задания, нашёл комнату отдыха и стал ждать начала собрания Клуба Таро.

Глава 1100: Целый том

Над бескрайним серо-белым туманом, в древнем дворце, подобном обители богов.

По обе стороны от длинного бронзового стола взметнулись столпы тёмно-красного света, застывая в виде размытых фигур.

Справедливость Одри тут же встала, приподняла подол юбки и поклонилась в сторону верхнего края стола:

— Добрый день, господин Шут.

Её настроение не было подавленным, но после всех недавних событий она не могла произнести приветствие с былой лёгкостью в голосе.

Когда все члены клуба закончили приветствовать и расселись, Одри, окинув всех взглядом, по привычке начала наблюдение.

Почти мгновенно она заметила, что ментальное состояние и язык тела госпожи Отшельник указывали на то, что её что-то беспокоит.

Это связано с Королевой Мистик? Или какая-то другая проблема? А может, и то, и другое? — с лёгким удивлением и любопытством размышляла Справедливость Одри.

За все эти собрания Клуба Таро она уже составила «психологический портрет» госпожи Отшельник, считая её весьма противоречивым Потусторонним: с одной стороны, опытная, эрудированная, спокойная и деловитая, с другой — в чём-то смелая и безрассудная, словно несовершеннолетняя девушка.

Учитывая её отношения с Королевой Мистик, Одри объясняла это тем, что, хотя госпожа Отшельник и многое пережила, во многих случаях она успешно справлялась с проблемами благодаря покровительству и помощи той самой королевы. В глубине души в ней всё ещё жила маленькая девочка, жаждущая заботы и опеки.

И именно из-за этого скрытого состояния Одри смело предположила, что госпожа Отшельник, сталкиваясь с людьми «покинутыми», но не совершившими серьёзных ошибок, будет невольно жалеть их, сочувствовать и помогать.

В то же время, основываясь на информации — женщина, действующая на море, силой достигшая 5-й Последовательности, обладающая множеством магических предметов, богатым опытом и знаниями, носящая толстые очки и имеющая связи с Германом Спэрроу, — Одри считала, что, просто пролистав объявления о розыске пиратов и газеты, она без труда сможет установить личность госпожи Отшельник. Впрочем, она специально этого не делала, ограничиваясь лишь общими догадками.

Нет, госпожа Отшельник сейчас, должно быть, уже полубог 4-й Последовательности. Вещей, которые могли бы её так беспокоить, не так много… Это точно не из-за начала войны, морской разбойник не станет из-за этого слишком переживать… — мысли метались, но из-за нехватки информации, кроме как в сторону Королевы Мистик, у Справедливости Одри не было других версий.

А в это время в голове у Отшельницы Каттлеи крутились две мысли:

«Почему королева вдруг прислала столько дневников? Если бы я не стала Мистикологом и не овладела определёнными техниками, я бы за такое короткое время ни за что не смогла всё это запомнить… Что же случилось? Неужели королева попала в беду?

Этот Фрэнк, он же хотел принять зелье и продвинуться без ритуала! Хорошо, что я его остановила. Впрочем, ритуал для Друида для него — сущий пустяк. Знание повадок, строения тела множества обычных животных и трёх сверхъестественных существ — это то, что безумный „биолог“, занимающийся гибридизацией растений и животных, уже давно сделал. На следующей неделе, нет, уже на днях он сможет стать Друидом. Всё, что ему нужно, — это записать накопленные знания и опыт как часть ритуала…»

Собравшись с мыслями, Каттлея подавила беспокойство, повернулась к верхнему краю бронзового стола, склонила голову и почтительно произнесла:

— Великий господин Шут, на этот раз я собрала целый том дневника Розеля.

Целый том… — услышав слова госпожи Отшельник, все присутствующие, включая Повешенного Элджера, заметно замерли. Это выходило за рамки их понимания.

Обычно они получали по две-три, одной-две страницы, а на этот раз — целый том!

Что-то случилось? — даже Солнце Деррик, которого меньше всего волновали подобные вещи, почувствовал что-то неладное.

Все они знали, что Королева Мистик Бернадетт — старшая дочь императора Розеля, и то, что она может предоставить целый том дневника, было нормально. Ненормальным был сам факт того, что она предоставила его весь и сразу!

Отшельница Каттлея, не обращая внимания на взгляды остальных, продолжила:

— Эти записи не идут по порядку, но все они относятся к последним годам жизни императора Розеля.

— Очень хорошо, — Шут Клейн слегка кивнул, давая понять Отшельнице, что та может материализовать дневник.

Одна за другой стали появляться слегка пожелтевшие страницы, быстро складываясь в книгу.

Получив её, Клейн небрежно пролистал, не вчитываясь, отложил и, посмотрев на Отшельницу Каттлею, сказал:

— Можешь задавать вопросы. С учётом предыдущего раза, у тебя их десять.

Он не стал внимательно читать дневник, потому что на этот раз страниц было слишком много, не меньше тридцати. Чтобы прочитать всё, членам Клуба Таро пришлось бы ждать слишком долго, что повредило бы образу господина Шута. Поэтому он решил просмотреть его после собрания.

Десять… — Отшельница Каттлея почувствовала головную боль, потому что Королева Мистик Бернадетт на этот раз поручила ей задать всего два вопроса.

Она, подумав, сказала:

— Уважаемый господин Шут, можно ли задавать вопросы по частям?

— Можно, — с улыбкой кивнул Клейн.

Это как раз соответствовало его планам. Ответить на десять вопросов за раз было бы непросто даже для господина Шута.

Отшельница Каттлея втайне вздохнула с облегчением:

— На этот раз у меня два вопроса. Первый: почему нужно «остерегаться Зрителей»?

Остерегаться Зрителей? — Справедливость Одри была в полном недоумении. На мгновение она даже не знала, что и предположить, и даже оглядела саму себя.

Остерегаться Зрителей? — Луна Эмлин, Звезда Леонард и другие члены Клуба Таро обратили свои взоры на госпожу Справедливость.

Шут Клейн усмехнулся и неторопливо произнёс:

— Зрители всегда предпочитают скрываться во тьме и манипулировать событиями, что делает их труднозаметными и опасными. Особенно следует остерегаться Ангела Воображения Адама. Его ритуал становления богом заключается в том, чтобы принять зелье в разгар предсказанного им самим хода истории.

— Предсказанного хода истории… Заставить развитие эпохи соответствовать своим ожиданиям? — не удержалась от вопроса Справедливость Одри, обращаясь к господину Шуту.

Клейн слегка кивнул:

— Верно. Война, охватившая весь мир, — это именно то, чего хотел Адам.

Это… — Повешенный Элджер, Отшельница Каттлея и другие члены Клуба Таро были настолько ошеломлены информацией, раскрытой господином Шутом, что на мгновение потеряли способность мыслить.

И ритуал становления богом, и ход истории — всё это касалось таких высоких, недосягаемых для них сфер!

Внезапно они смутно поняли, почему Психологические Алхимики так глубоко ввязались в заговор королевской семьи, а те, кто знал об Ордене Сумеречных Отшельников, ухватили суть того, что значит «поддерживать ход истории».

Только существо уровня господина Шута может знать такие тайны и участвовать в подобных играх… — Повешенный Элджер быстро пришёл в себя и мысленно вздохнул, ощущая ещё более острую потребность стать полубогом.

Он считал, что эта война принесёт много возможностей, вот только сможет ли он ими воспользоваться.

Пока члены Клуба Таро молчали, каждый погружённый в свои мысли, Шут Клейн необъяснимо вздохнул. Такую войну он был не в силах остановить. Если в срыве ритуала Чёрного Императора Георга III у него, если подпрыгнуть и вытянуть руку, был хоть какой-то мизерный шанс, то на эту войну, ставшую «ходом истории», он, даже будучи ангелом, ангелом 1-й Последовательности, не смог бы по-настоящему повлиять. Попытка сделать это силой привела бы лишь к тому, что его перемололи бы неумолимые колёса истории.

Даже Короли Ангелов, за исключением таких, как Адам, которые тысячу или две тысячи лет готовили «сценарий», могли изменить лишь локальную ситуацию, но не могли противостоять общему течению. Только истинные боги 0-й Последовательности могли по-настояшему участвовать в этой игре… Не зря император говорил, что только став богом, можно защитить себя и тех, кого хочешь защитить… Всё, что я могу сейчас сделать, — это помочь повстанцам на Росэйдском архипелаге лучше подготовиться, в надежде, что у них появится шанс сбросить колониальное иго… — Клейн собрался с мыслями, сохраняя на лице улыбку.

Он не был слепым противником всех войн. Образование, полученное им в прошлой жизни, и то, что он видел на море, в Восточном и Западном Баламе, заставляло его поддерживать борьбу за свержение колониального господства.

Проще говоря, он не любил и ненавидел «несправедливые войны».

Почувствовав взгляд господина Шута, Отшельница Каттлея отогнала роящиеся в голове мысли и снова заговорила:

— Второй вопрос: где может находиться ещё не обнаруженная тайная гробница императора Розеля?

Тайная гробница? Ещё не обнаруженная? — Маг Форс сосредоточилась ещё больше, чувствуя, что в этом есть все элементы популярного бестселлера.

Справедливость Одри и Повешенный Элджер по этому вопросу остро почувствовали одно: старшая дочь Розеля, похоже, всё ещё не смирилась с гибелью отца и продолжает искать оставленные им следы в надежде найти ключ к его воскрешению.