Баннику, наконец, разрешили посетителей.

Спецклиника в Филях и внешне, и внутри смотрелась солидно, внушительно. Правда, в палату Баринова не пустили. В просторный пустынный холл на втором этаже Банника в кресле вывез Шишков. Еще раз предупредил, что всего на полчаса и без всяких раздражающих разговоров, и тактично отошел, сел в кресло в дальнем углу под развесистым толстоствольным фикусом.

Банник выглядел вполне прилично, тем более, что вместо больничной пижамы на нем был синий спортивный костюм. На вид — даже посвежевший, помолодевший, улыбающийся.

Поздоровались сдержано, однако вполне дружески, по-свойски.

— Как дела? — поглядывая в сторону Шишкова, негромко спросил Банник. И подмигнул: — В шарики играешь?

— Сыграл один раз. В тот же день.

— И как? — жадно спросил Банник. — Успешно?

— «Два — ноль», — лаконично ответил Баринов. — В мою пользу. Если считать то, что ты видел — «три — ноль». Стараюсь пока воздерживаться, жду тебя.

— Боюсь, ждать придется долго, — помрачнел Банник. — Эти заразы ничего не говорят, но я тоже кое-что кумекаю. Вон, видал? — и он похлопал рукой по подлокотнику кресла на колесах.

— Ладно тебе, — утешать да успокаивать Баринов не стал. — Ты, главное, не геройствуй понапрасну. В этом деле, понимаешь, лучше перебдеть, чем недобдеть.

— А со статьей здорово получилось, — неожиданно сказал Банник. И на удивленный взгляд Баринова кивнул в сторону Шишкова: — Мне Сергей газетку в тот же вечер принес. Он лучше эскулапов понимает, что я от ничегонеделания быстрее дубу дам. Информирует помаленьку.

— А-а, так ты в курсе, — несколько разочарованно сказал Баринов и распахнул пиджак, показав торчащую из внутреннего кармана газету. — Я вон тоже прихватил для тебя.

— Спасибо, ребята, — растроганно сказал Банник. — Вы одни знаете, что надо человеку... Ты, Павел Филиппович, вот что. В моем сейфе, Сергей покажет где, возьми малиновую папку с материалами по методам и результатам моих личных поисков «сонников». Думаю, пригодится... Мне удалось найти лишь одного, астраханского Ивашку-дурачка. Пусть вам повезет больше. Невод ты закинул знатный, как будешь сортировать рыбку? Наверное, уже все распланировал...

Опасливо поглядывая на Шишкова, Баринов принялся кратко пересказывать то, что все эти дни старался изложить в инструкции и методичках.

Шишков не реагировал, демонстративно скучающе разглядывал фикус, лишь изредка бросал взгляд вдоль больничного коридора... Видимо, действительно лучше врачей понимая, что сейчас Баннику важнее и целительнее.

— Ну что ж, толково, толково, — Банник одобрительно покивал головой. — Грамотно. Однако ж папочку все же почитай. Там кое-какая конкретика имеется. И еще кое о чем предупредить хочу. В нашем деле как у Маяковского: в грамм — добыча, в год — труды... А уж сколько придется людской шелухи отсеять! Тут тебе и контактеры с внеземными цивилизациями, и спириты с медиумами, и переводчики с дельфиньего языка, и прямые потомки атлантов... уж не говорю об откровенных и явных шизофрениках и параноиках.

Баринов пожал плечами.

— Можешь не излагать. Я сам этой публики насмотрелся предостаточно.

— И то верно, — легко согласился Банник. — Ты только пожестче контролируй свой «эскадрон гусар летучий». Особенно явные и понятные случаи. Для них понятные и явные, а для нас с тобой они-то и могут оказаться козырными... Ладно, ученого учить — только портить.