В городе Чандрапура, которым правил раджа Викрама-сана, жил купец Харидатга с женой Шрингарсундари и сыном Мадан Винодом, женатым на купеческой дочери Прабхавати. Мадан Винод был дурным сыном — он пил, картежничал, бегал за женщинами, ездил с друзьями на охоту, а о торговле и слышать не желал. Родители сильно горевали. Видя, как они убиваются, знакомый брахмин Тривикрама подарил им мудрого попугая и говорящую майну.

— Обращайтесь с ними, как с собственными детьми, — сказал Тривикрама, — и они помогут вам избавиться от всех напастей.

В старые времена люди были доверчивы: Харидатта поверил Тривикраму и поручил ходить за птицами сыну своему Мадан Виноду. Тому сразу полюбился попугай, он посадил его в золоченую клетку, а клетку поставил в свою спальню.

И вот однажды вечером, когда Мадан Винод был в спальне один, попугай обратился к нему:

— Ах, друг мой, вы сильно огорчаете родителей! Не обратилось бы ваше поведение вашей собственной бедой, как было с Дев Шармой?

— Кто таков этот Дев Шарма и что случилось с ним? Попугай начал повествование.

В городе Панчапура жил брахмин Статья Шарма с женой по имени Дхарамшила. Был у них сын, которого звали Дев Шарма. Родители дали ему образование, а он, выучившись, без их позволения ушел в отшельники. Ушел и поселился на берегу Ганга, проводя время в молитвах.

Сидел он как-то на берегу в сосредоточенном размышлении, а пролетавшая птица капнула прямо ему на голову. Дев Шарма вскинулся в такой ярости, что взглядом испепелил несчастную.

Позднее отправился он в дом брахмина Нараяна за милостыней и пришел как раз в ту минуту, когда супруга брахмина подавала ему обед. Дев Шарме пришлось ждать, и он опять рассердился. Супруга брахмина мимоходом бросила на него взгляд и сказала:

— Напрасно злишься, я тебе не птица!

Потрясенный тем, что женщине известно о его дурном поступке, Дев Шарма попытался было расспросить ее, но она велела ему отправиться в Бенарес к мяснику по имени Дхарам Вьядх.

Дев Шарма нашел мясника на бенаресском базаре, где тот окровавленными руками переворашивал перед покупателями куски свежего мяса. Увидев Дев Шарму, мясник вежливо осведомился о его здоровье и пригласил в свой дом. Дома мясник сначала подал обед родителям, а потом уж гостю. За едой Дев Шарма робко спросил, каким образом мясник и супруга брахмина достигли всеведения.

— Знание открывается тому, кто не становится рабом своих желаний, не поддается соблазнам, кто чтит родителей, кто следует закону веры. Ты же, — добавил мясник, — бросил родителей, так что, не будь ты моим гостем, я не стал бы даже разговаривать с тобой.

В раскаянии склонился Дев Шарма к стопам мясника и, испросив его благословения, поспешил в родительский дом.

— Так и вы, мой друг, — заключил попугай, — должны исполнить долг по отношению к родителям и продолжить труд, которым занимаются всю жизнь они.

После рассказа попугая Мадан изменил образ жизни, занялся делами, и торговый дом отца начал процветать.

Вскорости потребовалось ему отправиться в далекое путешествие. Жена его Прабхавати, не зная, чем занять себя, стала от скуки проводить время в обществе легкомысленных подружек, а те уговорили ее познакомиться с молодыми, привлекательными! мужчинами.

— Пока жив человек, — говорили подруги, — у него есть и родители и семья, которых он должен любить. А нет человека — нет и любви. Твой муж в отъезде, молодость быстротечна, красота быстро вянет, отчего и не вкусить плодов удовольствия, пока есть возможность?

Прабхавати дала себя уговорить и как-то вечером, нарядившись, собралась в гости к молодому человеку по имени Гунчандра.

Говорящая майна рассердилась на Прабхавати, стала грозиться, что расскажет мужу, когда он вернется, но Прабхавати прогнала птицу и решительно отворила дверь.

Видя, что Прабхавати вот-вот покинет дом, попугай поспешил обратиться к ней:

— Желаю вам приятно провести время! Не могу ли я узнать, куда идет моя прекрасная хозяйка?

Прабхавати понравилась любезность попугая, и она ответила с улыбкой:

— О, попугайший из попугаев, я иду в гости к приятному молодому человеку!

— Нет ничего дурного в том, что женщина из благородной семьи весело проводит время, если только она умеет избежать унизительных положений. А то ведь всегда могут найтись нехорошие люди, которые не то чтобы помочь, еще и злорадствовать будут. Как эта распутница Пурна, когда купеческой жене пришлось тащить мужа за волосы домой.

— А что произошло? — залюбопытствовала Прабхавати.

— Ведь вы торопитесь, моя красавица! Вас, должно быть, уже заждались. Вот вернетесь домой после встречи с возлюбленным, я вам расскажу эту историю.

— А я хочу выслушать ее сейчас! — заупрямилась Прабхавати.

Попугай начал повествование.

В городе Чандравати жил купец Мохан, у которого был сын по имени Суднак. Суднак по уши влюбился в прекрасную Лакшми, но Лакшми была замужем за богатым купцом Харидаттой и не обращала на юношу внимания. Изнемогая от любви, Суднак подкупил известную своим распутством Пурну, чтобы она устроила ему свидание с Лакшми.

Пурна вошла в доверие к купеческой жене и так расписала ей достоинства умирающего от любви юноши, что Лакшми не без охоты согласилась повидаться с ним.

Пурна помогла ей нарядиться и сама препроводила в дом, где должен быть дожидаться ее Суднак. Увы, злосчастный Суднак не смог явиться на любовное свидание — отец отослал его из города по срочному делу!

Лакшми так рассердилась, что сказала Пурне:

— Раз так, пригласи кого хочешь!

Пурна бросилась на поиски и возвратилась не с кем иным, как с купцом Харидаттой, мужем Лакшми!

Тут попугай прервал свое повествование и обратился к Прабхавати:

— Как поступили бы вы, черноокая, окажись вы в подобном затруднении?

Прабхавати не пожелала отвечать на вопрос, но требовала досказать ей занимательную историю. Попугай согласился, но лишь при условии, что Прабхавати не пойдет в гости.

— Никуда я не пойду, рассказывай! — вскричала Прабхавати.

Лакшми обмерла, увидев собственного мужа, продолжил попугай, но быстро нашлась и вцепилась ему в волосы.

— Ах, вот как, — воскликнула Лакшми, — уверяешь, что любишь только меня, а сам бегаешь на свидания! Теперь я все увидела своими глазами, теперь я все знаю!

Муж насилу успокоил разгневанную Лакшми и, твердя, что никого, кроме нее, не любит, увел жену домой.

Выслушав повествование попугая, Прабхавати задумалась.

На другой день Прабхавати попросила у попугая позволения сходить в гости к молодому человеку. Попугай сказал:

— Лучше подождать, посоветоваться. Даже малый ребенок может иной раз дать полезный совет. А когда один неумный брахмин пренебрег советом умудренных опытом людей и женился на этой Вишканье, так не вышло из семейной жизни добра.

— Какая еще Вишканья? И кто этот брахмин, что взял ее в жены? — спросила Прабхавати.

Попугай начал повествование.

В деревне Сомпрабх жил брахмин Сом Шарма, всеми уважаемый ученый человек. Дочь его Вишканья была так хороша собой и так учена, что трудно было подыскать для нее подходящего супруга. В поисках жениха добрался отец красавицы до деревни Джанстхан, а там некто Говинда, наслышанный о достоинствах Вишканьи, уговорил-таки Сом Шарму выдать за него замуж дочь. Говорили Говинду деревенские старики, что Вишканья ему не пара, но он и слышать ни о чем не хотел.

Вишканья скучала с простоватым мужем.

Больно бывает видеть молодую пылкую женщину замужем за увальнем, юного возлюбленного стареющей распутницы и ученого человека, задавленного нуждой.

Тяжело проводить время летних дождей в разлуке с любимой, тяжело быть бедным в молодости, тяжело терять дорогих людей.

Неприятно слушать стихи, читаемые не к месту, мелодию, исполняемую человеком без слуха, ласкать женщину, которой это не по душе.

Однажды сказала Вишканья мужу:

— Мне хочется погостить в родительском доме, но одна я не поеду, отвези меня к отцу!

На пути им встретился брахмин по имени Вишну. Был он молод, отважен и обходителен. При виде Вишканьи любовь сразу запылала в его сердце, а по глазам красавицы он понял, что и ее сердце не камень. Но хитрый Вишну притворился, будто и не смотрит на нее, стал занимать беседой ее увальня мужа, взял вожжи из его рук, а потом, столкнув с повозки, хлестнул коней и умчался с Вишканьей.

Вишну увез Вишканью, а бедный Говинда заковылял к ближайшей деревне. Отыскав старосту, он рассказал, как у него отняли жену, и попросил о помощи. Староста с молодыми сельчанами пустился в погоню. Настигли беглецов, но те объявили, что они муж и жена, едут по своим делам и знать никакого Говинду не знают.

— Как вы думаете, прекраснейшая из жен, что было сделано, чтобы восстановить справедливость? — обратился попугай к Прабхавати.

Когда Прабхавати призналась, что ей не по силам такая загадка, попугай продолжал повествование.

— Когда вы отправились в путь? — спросил староста беглецов.

— Сразу после завтрака!

Получив этот ответ, староста по очереди отвел в сторонку сначала Говинду, а потом Вишну и спросил, что они ели на завтрак. Всем стало ясно, что Вишну лжет, что Вишканья — супруга Говинды.

Вишну был прогнан с позором, а Говинде староста посоветовал расстаться с женой, которая так бессовестно обманывает его. Но Говинда не стал никого слушать. Он усадил красавицу жену в повозку и собрался было продолжить путь. Однако за лесом его подстерегал Вишну с ножом и руке.

Так погиб неразумный Говинда.

— И такая же судьба ждет всякого, о Прабхавати, кто не внемлет советам мудрых, — закончил эту грустную повесть попугай.

Когда на другой день Прабхавати спросила ученого попугая, можно ли ей сегодня отправиться на свидание, попугай в свою очередь спросил, умеет ли Прабхавати так же ловко выходить из трупных положений, что чудо-девочка, которой пришлось отвечать на вопросы царя и его придворных.

— Я ничего не знаю о чудо-девочке! — воскликнула Прабхавати, и попугай начал повествование.

Удджайном правил великий царь Викрамадитья, нежно любивший свою жену, высокородную Камлилу.

Однажды за обедом царь приказал подать к столу жареную рыбу, царица же, отвернувшись, сказала:

— Ваше величество, я видеть не могу эту рыбу и, уж конечно, не стану ее есть!

При этих словах царицы рыбы разразились таким хохотом, что было слышно за пределами дворца.

Царь кликнул придворных мудрецов и астрологов. Царь потребовал, чтобы ему объяснили, с чего это хохочут рыбы за царским столом. Мудрецы и астрологи в растерянности смотрели друг на друга, не зная, что сказать. Тогда царь послал за главным жрецом-пурохитом и повелел найти объяснение рыбьему смеху.

— Не то, — добавил разгневанный царь, — я изгоню тебя из Удджайна!

Пурохит испросил пять дней сроку и с понурой головой покинул дворец, ибо знал он, что не найти ему ответа на царский вопрос и считаться ему изгнанником.

Попугай обратился к Прабхавати:

— Что было делать несчастному жрецу?

Прабхавати лишь знаком показала, что не знает, и просила попугая продолжить повествование.

Дочь пурохита, увидев отца, сразу поняла, что приключилась беда, и стала его расспрашивать. Баланпандита, так звали ее, была умна не по годам, чем и заслужила в городе прозвище чудо-девочки.

Жрец все поведал дочери.

— Верно, говорят, — горестно заключил он свой рассказ, — не бывает ворона чистюлей, не бывает змея жалостливой, не бывает царь верным другом. Верно, говорят: не доверяйся бурным рекам, диким зверям, вооруженным людям, женщинам и царям! Всю жизнь служил верой и правдой, а теперь мне грозит изгнание, а может, и смерть на чужбине.

— Милый батюшка, — отвечала ему дочь, — и диких зверей укрощает умелый, и царя сможет уговорить тот, кто разумен. Цари привычны к власти, а мудрейшие из людей все же нуждаются в царском покровительстве. Скажи царю, что твоя дочь объяснит ему, отчего хохочут рыбы.

Жрец отправился к царю.

Царь приказал привести чудо-девочку пред свои очи. Низко поклонясь царю, она сказала:

— Ваше величество, вы показали всему двору невежество ваших придворных мудрецов и прорицателей, вы привели в смятение даже моего отца, пурохита, умудренного великим знанием. Между тем, ваше величество, вам известна причина рыбьего смеха.

— Продолжай! — повелел царь.

— Желая удостовериться в целомудрии супруги вашей, вы приказали подать на стол рыб-самцов. Скромность заставила ее отвернуться, а рыбы разразились хохотом. Они смеялись так громко, что теперь весь город знает, что царь подозревал свою супругу в недостойных помыслах, но сам оказался недостоин ее!

Баланпандита снова низко поклонилась и покинула дворец.

— Уже поздно, — сказал попугай, — завтра я расскажу вам, что было дальше.

И Прабхавати отправилась спать.