Это не было чем-то, построенным кем-то в Секторе Зеция. У них просто не было возможности построить что-то подобное. Это также не соответствовало наследиям захватчиков, что напрашивалось на вопрос как, чёрт возьми, эти захватчики узнали, где найти эту штуку? Откуда она взялась? И почему все захватчики были мертвы или безмозглы? И кто был достаточно силён, чтобы повредить эту вещь одной атакой?

Внезапно тишину нарушил гул, когда на одной из башен загорелись руны.

Что-то в этом звуке вызвало первобытный страх, который угрожал сломить дух Галава, и он был не единственным. Некоторые просто упали на колени, в то время как другие отчаянно отводили взгляд. Это было не то, во что они могли быть вовлечены.

— Бегите! — крикнул кто-то, но было слишком поздно.

Уникальные преимущества, такие как Жизненные Узлы, Конституции, Особые Ядра, Настроенные Души и другие виды улучшений, были ограничены в Мире Ором, но не запечатаны полностью. Даже те, у кого были менее уникальные Родословные, чем у него, могли в некоторой степени извлекать выгоду из своих способностей, и те, у кого было много таких накопленных преимуществ, обычно лучше справлялись в Диких Землях.

Вот почему он хотел открыть ещё один Жизненный Узел перед входом в Дикие Земли. И наоборот, Атрибутные Фрукты в его Космическом Мешке дадут только Пункты Вклада, но не настоящую силу.

Зак технически мог взять семя в любом месте и в любое время, но он понятия не имел, как работают Родословные Драугров. У них могли быть уникальные требования, как у его Родословной Императора Пустоты, поэтому Зак решил посетить, чтобы увеличить свои шансы на успех. В конце концов, он увидел возвышающийся пик сквозь миазматическую дымку, что означало, что он достиг своей цели.

Это была Гора Чернильных Чернил, уникальный ресурс культивации в нескольких днях пути от Края Сансары.

В зонах, настроенных на смерть было два места, которые предоставляли особые возможности, и одним из них была Гора Чернильных Чернил. Одинокий пик был высотой в тысячи метров и содержал 242 усиленные Пещеры Культивации вместе с одним Поместьем на вершине. Поместье было доступно только Изумрудным Значкам, а восемь Пещер пикового качества могли быть забронированы только Нефритовыми Аттендантами и выше. Но остальные были доступны для аренды.

Что отличало Гору Чернильных Чернил от самих зон, так это удивительная плотность Миазмы и Дао в Пещерах. Даже худшие из Пещер у подножия горы намного превосходили плотность, которую можно было получить в центре любой зоны. Конечно, ничто хорошее не доставалось даром, и вам приходилось платить Очки Покупки, чтобы арендовать эти Пещеры.

Зак вскоре прибыл к подножию горы, где было построено несколько десятков домов. Это было не настоящее поселение, а скорее место для ожидания, если нужная Пещера была занята. К счастью, немногие люди были готовы платить за длительное пребывание на этой горе, тратя деньги только тогда, когда были готовы к прорыву.

— Добро пожаловать, — сказал скучающий клерк, когда Зак вошёл в небольшой офис. — Вы здесь, чтобы арендовать?

— Какова заполняемость на данный момент? — спросил Зак. — Я ищу пещеру низшего уровня.

— Вы пришли в нужное время. Сейчас мало Пещер занято, но это, вероятно, изменится через несколько месяцев, — сказал клерк, когда он влил немного энергии в массив, что привело к тому, что почти сотня маленьких кристаллов поднялась из ближайшей коробки. — Это все Пещеры низшего уровня. Дайте мне знать, какая вам интересна, и я проверю её доступность.

Зак кивнул в знак благодарности и подошёл к кристаллам. Это были не Миазма-Кристаллы, а скорее небольшие массивы, судя по всему. Зак влил поток ментальной энергии в два случайных кристалла, и сразу же почувствовал два небольших всплеска энергии. Зак кивнул в знак понимания, и из его сознания вылилось девять потоков, каждый из которых перемещался от одного кристалла к другому.

После нескольких месяцев тренировок он в основном привык к своей преображённой душе. Он даже набрал ещё 800 Пунктов Вклада, просто стабилизировав и укрепив свою душу с помощью сокровищ. В общей сложности он уже набрал более 15 000 Пунктов Вклада, даже не пытаясь, поэтому он вообще мог позволить себе комнату.

— Что-то не так? — спросил клерк с недоумением, когда Зак вернулся всего через несколько секунд.

— Мне, пожалуйста, Пещеру 183, — сказал Зак.

— О, хорошо, — сказал клерк. — Пещера № 183, к счастью, доступна, её стоимость составляет 1000 Очков Покупки за 12 часов. Как долго вы будете оставаться?

— Одного дня достаточно. Я могу продлить пребывание, если понадобится, не так ли? — спросил Зак.

Кристаллы были довольно интересным решением. Гора Чернильных Чернил содержала чрезвычайно сложный массив, и большинство Пещер фактически содержали различные Дао. Конечно, все они содержали Дао Смерти, но только треть Пещер были Путь Чистой Смерти.

Другие Пещеры были заполнены путями смешанного значения, в основном теми, которые были популярны в Империи Нежити. Зак даже почувствовал пару кристаллов, которые несли отпечаток Смерти-Конфликта. В конце концов, Зак выбрал одну из Пещер чистого значения. Что касается того, почему Зак выбрал №183, он не мог точно сказать. Хотя её отпечаток был чрезвычайно похож на десятки других, по какой-то причине он просто чувствовал себя более комфортно.

Он решил, что она лучше всего соответствует его Драугрской половине.

— Вы можете продлить своё пребывание, не выходя, если только никакой внешний клиент не забронировал ту же Пещеру. Ваш Токен сообщит вам, когда ваше время истечёт, — кивнул клерк, протягивая небольшую плакетку. — Ваш ключ. Он укажет путь.

Зак поблагодарил мужчину и исчез, направляясь вверх по горе, следуя сигналу в ключе. Ему потребовалось всего тридцать минут, чтобы достичь своей цели — вырытой Пещеры, вход которой был покрыт замысловатыми рунами. Зак не мог сказать, были ли руны частью массива, но они казались своего рода слиянием смерти и узоров, которые он видел вокруг пространственных врат, используемых Оромом.

Их значение было слишком эзотерическим, чтобы Зак мог его расшифровать, независимо от того, полагался ли он на Переводчика или на любое из своих накопленных знаний. Не было никаких признаков того, что внутри ждёт пристанище культивации, поэтому Зак с любопытством переступил порог. В тот момент, когда он вошёл в Пещеру, за ним активировался барьер, подавляя все звуки и впечатления извне. Ему снова показалось, что он вошёл в запечатанное измерение, где был только он сам и Дао.

Тем не менее, Зак был немного сбит с толку, так как вокруг него не было особо впечатляющих уровней энергии, поэтому он углубился в гору. Довольно скоро он достиг плотно выгравированной двери и открыл её, чтобы добраться до Ядра Культивационной Пещеры.

Стена чистой смерти немедленно врезалась в него с такой яростью, что его отбросило на несколько шагов назад, и глаза Зака на мгновение остекленели. Смерть. Он открыл дверь без возврата, пересёк реку забвения в вечное царство неподвижности. Смерть всегда была там, ожидая, принимая всех, хотели они того или нет. Это было ничто, это было освобождение.

Зак вздрогнул, придя в себя, но всё же с некоторой опаской вошёл в Пещеру. Сначала он задавался вопросом, не был ли он слишком скуп, не потратившись на 12 часов в одной из Пещер среднего уровня. Теперь он скорее задавался вопросом, не переоценил ли он себя, вообще придя на Гору Чернильных Чернил. Эта среда граничила с тем, что было скорее вредным, чем полезным.

Тем не менее, плата была внесена, и Зак отказался отступать сейчас. Это был не только вопрос стоимости. Он не хотел терять чувство импульса, которое он приобрёл, наблюдая, как многие доблестные Воины демонстрируют свои навыки. Он хотел использовать этот прилив адреналина и жажду власти, чтобы подпитывать свой прорыв. Не было времени искать другое место, чтобы обосноваться.

Поэтому он позволил вратам закрыться за ним, окутав его полной темнотой. Зак постоянно подвергался воздействию впечатлений, поскольку его тело наполнялось Миазмой, но, приветствуя энергию, он отвергал истины. Зак знал, что, вероятно, сможет превратить свой Фрагмент Гроба в Ветвь Дао, если останется в этом месте на неделю.

Однако такой прорыв был бы похож на первые, которые он пережил на Земле, когда ему имплантировали внешние концепции.

Он не хотел Ветвь Дао, основанную на Дао, подаваемых в Пещеру каким-то массивом. Он хотел Ветвь Дао, которая была бы только его, ветвь, настроенную на его боевой стиль, его класс и его путь. Поскольку Зак всё ещё не нашёл всех ответов, которые искал в этом отношении, он не мог позволить себе поддаться влиянию отобранных истин, которые скрывались в горе.

Вместо этого он достал чёрную коробку и взял небольшое семя внутри. Оно было не больше миндаля, но казалось, что он держит в руке маленькую планету. Внутренняя Пещера не пропускала ни единого лучика света, но семя было почему-то темнее чёрного, что выделяло его в темноте.

Зак с удивлением посмотрел на Природное Сокровище, но чувство длилось лишь мгновение, прежде чем он проглотил его. Эффект был немедленным, и Зак почувствовал, что он стал чёрной дырой с маленьким семенем в качестве ядра. Однако на этот раз он не втягивал материю или энергию в своё тело, а скорее темноту.

Она появилась из потолка, из стен, из пола под ним. Она затопила его тело через каждую пору, отчаянно зарываясь глубже. Мрак сгущался, превращая его в Бездну, которую он видел раньше только в глазах Бе’Зи. Зак попытался направить её, чтобы направить изменения, которые вызывало Семя Древнего Пробуждения.

Но он терял контроль. Его тело больше не принадлежало ему. Оно становилось единым с Бездной. Даже мерцающие ядра в его Апертуре Души утонули в вездесущем сумраке. Последнее, что он почувствовал, было жжение в венах, прежде чем его сознание угасло.

Глава 806 Совершенство Тьмы

Бездна была его домом и его убежищем, утробой, где время и пространство не имели значения. Он не знал, где заканчивался он и начиналась Бездна, но он знал, что находится в безопасности. Не было никаких ощущений, никакого страдания. Он был един со вселенной, и она была едина с ним.

Но однажды во тьме возникла рябь, изменение в безмолвии. Она звала его.

Он не знал как и почему, но он двинулся к зову, его самое ядро горело от срочности. Он был доволен быть единым с Бездной вечно, наслаждаться своим отсутствием бытия. Но теперь, когда тьма не была одна, его душа жаждала большего.

Её нельзя было увидеть, её нельзя было коснуться. Но её неуловимая природа лишь делала её более осязаемой в этом мире отсутствия. Она была даже реальнее, чем он сам.

Его мучили вопросы. Кто он? Каково его предназначение? Понятия, которые когда-то были чужды, наполнили его разум, одновременно проклиная и освобождая его. Бездна всё ещё была его домом и частью его существа, но он знал, что она не могла ответить на вопросы, которые теперь терзали его. Ему нужно было уйти.

Бездна боролась с его усилиями, подобно родителю, не желающему отпускать своего ребёнка. Но зовы становились всё более настойчивыми, и он продолжал двигаться, заимствуя бесконечную силу Бездны, чтобы бороться с Бездной. В конце концов, как бы они ни были раздельны, они были едины.

Прежде пространство не имело значения, но теперь он начал осознавать, как далеко оно было. С каждым вдохом он преодолевал огромные расстояния, входя в те части Бездны, о существовании которых он не знал. Прежде это никогда не имело значения. Теперь это наполняло его любопытством. Он чувствовал, как таинственные вещи прячутся во тьме, великолепные вещи.

Но они будут там и в будущем, и их зов был не так срочен, как тот, что сверху.

Впервые в жизни он почувствовал истощение. Всё, что он делал, истощало его. Однако его цель всё ещё была так далеко. Когда он не мог черпать достаточно энергии из своего окружения, он углублялся в свою личную Бездну. И Бездна ответила. Прилив силы распространился по его существу, и он почувствовал, как истощение тает.

Его желание давало ему силу, и каждый раз, когда он двигался, он не был так истощён. Он всё ещё чувствовал истощение, но его воля была несокрушима, его стойкость неумолима. Ещё один зов пришёл снизу. Он призывал его отпустить. По ту сторону ждали лишь страдания. Он говорил ему вернуться домой.

Он не послушал, и внезапно тьмы не стало. Бесконечная Бездна уступила место бесконечному небу, и миллионы мерцающих огней приветствовали его прибытие. Бездна олицетворяла совершенство и единство, но мириады цветов, образующих хаотический гобелен, содержали такую же истину. Впервые он глубоко вдохнул, и реальность содрогнулась.

Разбивающиеся волны о древние скалы оплакивали утрату, но он знал, что то, что он приобрёл, перевешивало то, от чего он отказался. Простой мыслью он мог присоединиться к этим мерцающим огням высоко в небе, но вместо этого он ступил на берег. Он был не первым; двое уже стояли там, позволяя новой среде крестить себя, оставляя свой след на небе.

Когда он прибыл, их глаза обратились к нему. В их глазах он увидел дом, своё происхождение. Он увидел бесконечную Бездну, совершенство тьмы.

— Азол, — сказал один из них.

— Мез, — добавил его другой друг.

— Эоз, — ответил он. Он не знал почему, но это было правдой.

Больше ничего не было сказано. Больше ничего не требовалось. Остальные скоро прибудут. А пока Эоз был доволен стоять на берегу, слушая успокаивающие волны дома, пока он смотрел на бесконечное небо.

Зак судорожно вдохнул, очнувшись от видения, но он даже не успел переварить увиденное, прежде чем оказался посреди потока энергий. Казалось, что ихор в его венах был заменён кислотой, но это было ничто по сравнению с жгучей болью в горле.

Стоны вырвались из его уст, но он знал, что должен держаться. Что-то менялось в его теле ценой огромного количества энергии. Пещера предназначалась для Гегемонов ранней и средней стадии, но он высосал её досуха. Даже тогда он знал, что это ничто по сравнению с ужасающим количеством энергии, которое потребил Драугр по имени Эоз в его видении.