540 Увеличение 106%. Эффективность 229%

Отсутствие Постоянства Титула означало, что титул Последний Сумрак заменил Вес Греха, агрессивно посредственный титул, полученный им после восхождения на Гору Мемористил. Долгое время простоя также позволило ему заполнить три недавно открытых узла, используя оставшуюся Энергию Убийства от Уоны Ноз’Валадир вместе с некоторыми кристаллами.

Ему повезло извлечь небольшую гору Высших Кристаллов Нексуса незадолго до того, как массивы сферы запечатали его Фракталы Навыков и Пространственные Кольца. Они не помогали против постоянного истощения его запасов энергии, которое держало его ослабленным, но пока он направлял поглощенную энергию прямо в свои узлы, массив высасывания не мог её полностью забрать. Таким образом, ему удалось получить три недостающих уровня со своей человеческой стороны, куда он, как обычно, направил свободные атрибуты в Ловкость.

К сожалению, он не мог использовать энергию от кристаллов для чего-либо ещё. Он тайком попытался активировать Бурлящую Жизненную Силу с помощью Энергии Пустоты, чтобы восстановить свои раны. Это сработало, но сфера начала слегка вибрировать в ответ, заставив Зака поспешно остановиться, прежде чем надзиратель заметил.

Невозможность активировать его навык исцеления не имела большого значения. Большая часть повреждений его тела пришлась на его основы и узлы, чему Бурлящая Жизненная Сила не могла помочь. Его улучшения в этом отношении были медленными, но он определенно был в гораздо лучшей форме по сравнению с моментом захвата.

Его узлы больше не казались находящимися на грани коллапса, хотя, вероятно, потребуется ещё месяц или два отдыха, прежде чем они вернутся в пиковое состояние. Трещины от сотворения ещё одного Видения Хаоса, скорее всего, потребуют ещё больше времени для восстановления, но, судя по всему, событие не повлекло за собой каких-либо тревожных необратимых изменений. Это было не очень хорошо, но Зак знал, что большинству людей потребуются годы, чтобы оправиться от такой ситуации, как его. Если бы не его странная конституция, он, возможно, был бы навсегда искалечен.

Пути на его плечах немного расширились, и образовались несколько новых гравировок, придавая им более сильную ауру Творения и Забвения. Казалось, что каждый раз, когда он создавал хаотический узор, Циклический Удар несколько изменялся в направлении, лучше подходящем для его новой цели. Зак даже с нетерпением ждал, во что он превратится после пятикратного помазания.

Возможно, к тому моменту он смог бы свободно наполнять свои навыки силой реликвий, позволяя им достигать тех же ужасающих уровней силы, что и во время его битвы в Сумеречном Океане. Что касается реликвий, они вообще не просыпались с тех пор, как их затолкали в обновлённую фрактальную тюрьму.

Но фрактал уже снова начал высасывать реликвии, иронично отражая его собственную ситуацию. Как и надеялся Зак, поток очищенной энергии теперь был больше, чем раньше, и больше энергии укрепляло как его душу, так и его конституцию. Это доказало, что его идея работала; что каждый набор реликвий был подобен множителю его скорости культивации для его Метода Укрепления Души и улучшения его родословной.

Риски, очевидно, будут возрастать с каждым собранным набором, но душа Зака значительно улучшилась с тех пор, как он застрял с первым осколком. Он вообще не чувствовал никакой нестабильности в своём ментальном состоянии, хотя знал, что эффект реликвий было чрезвычайно трудно уловить.

Среди других хороших новостей задание, которое Алвод Джондир навязал ему, когда они встретились в Сумрачной Бездне, просто исчезло примерно через неделю после того, как Зака увезли в путешествие. Из его тюрьмы было невозможно сказать, что это означало. Его лучшим предположением было, что Сумеречная Гавань наконец-то рухнула, потеряв свой статус санкционированной столицы и вызвав закрытие всех открытых заданий.

Другими возможностями были смерть Асуры Сумерек или простое аннулирование им задания. В любом случае, это было одной вещью, о которой можно было меньше беспокоиться, хотя Зак не мог не задаться вопросом, не было бы лучше, если бы его поймал Алвод, а не ужасающий зверь вдалеке. В конце концов, для Асуры всё, казалось, обернулось довольно хорошо, и Зак невольно сильно помог его планам.

Зак покачал головой, прежде чем закрыть свой экран Статуса, снова прислонившись спиной к клетке, глядя на бескрайнюю темноту вокруг него. Если бы не его захват, он, вероятно, уже был бы дома. Тем не менее, он оказался здесь, совершенно неспособный помочь своему народу. Он также не получил никакого экрана Статуса Вторжения, что оставляло его в полном неведении о том, как у них обстоят дела.

Но ему нужно было найти способ спасти себя, прежде чем он сможет спасти свой народ.

Его атрибуты взлетели до небес с момента путешествия в Сумеречную Гавань, до такой степени, что его эффективные атрибуты практически утроились. Он вспомнил, что едва превысил 4000 Силы примерно в то время, когда Леандра вернулась на Землю. Теперь у него было более 12 000, в то время как его Эффективность также увеличилась.

Добавьте к этому менее поддающиеся количественной оценке улучшения, такие как разрушительность его эволюционировавших Дао, его улучшенное оружие, его эволюционировавшие навыки и его ещё более пробуждённая родословная, и можно было бы сказать, что он переродился в Сумеречной Гавани. Он даже был уверен, что сможет сразиться с десятью копиями самого себя из прошлого, не вспотев.

Но какое это имело значение для огромного зверя, который тащил его в неизвестное место? Это существо считало Гегемонов вкусными закусками. Зак даже сомневался, что Сфера Аннигиляции прямо в его голове сможет причинить ему вред.

Дни шли, и Зак начал задаваться вопросом, выберется ли он когда-нибудь из этого места. Но, наконец, произошло изменение. Левиафан испустил мощные пространственные ряби, которые были верным признаком того, что он собирается снова войти в другое измерение. Само по себе это не было удивительным, но когда его тюрьма прошла через вихрь, его глаза расширились.

Один Левиафан превратился в трёх, каждый из которых выглядел идентично двум другим. В то же время количество сфер-тюрем почти удвоилось, и Зак с шоком смотрел на эту сцену. Он всё ещё не нашёл никаких полезных улик, но мысленно начал готовиться к последней борьбе.

Что бы ни происходило, тот факт, что эти монстры начали собираться, возможно, означал, что они приближались к месту назначения. Конечно, готовиться было особо не к чему. Он поспешно спрятал свой топор в тот момент, когда решил не убегать, опасаясь, что вооруженность навлечет гнев Левиафана.

Тем временем Узы Любви перестали реагировать с тех пор, как он накормил его таинственным яйцом. Возможно, он смог бы заставить его принять форму щита, но предпочел бы этого не делать, если это не является абсолютно необходимым. Довольно скоро три Левиафана открыли огромные врата и вошли вместе, и сердце Зака затрепетало, когда он почувствовал огромные волны Пространственного Дао с другой стороны.

Мгновение спустя его сфера прошла сквозь врата. Внезапный всплеск сияния заставил Зака на секунду прикрыть глаза, и он понял, что на этот раз они, должно быть, вошли в настоящее измерение. Однако все мысли о их местоположении отступили на задний план, когда он увидел, куда летела река сфер.

Он был наивен. Те маленькие черви, которые тащили его сюда, не годились для того, чтобы называться Левиафанами. Существо перед ним было истинным Левиафаном. Казалось, его разум ломался от попыток оценить, насколько огромным был этот зверь, но одно было ясно; он был не просто размером с планету, как Земля, он даже затмевал некоторые континентальные плиты, составлявшие Сумеречную Гавань.

Оно выглядело довольно похоже на Космическую Рыбу, которая доставила его сюда, но этот предок явно претерпел ряд эволюций родословной по сравнению с поводырём Зака. Разница была не просто как между Вулом, Альфой Баргеста, и его сородичами. Это было как разница между драконом и маленькой ящерицей.

Глядя на Левиафана, он чувствовал, будто смотрит на Законы пространства. Ленивая волна от любого из его бесчисленных щупалец вызывала огромные трещины в пространстве, а парусный плавник на его спине был достаточно массивным, чтобы затмить сами Небеса. Вокруг него клубилась туманность, почти похожая на космические воды.

Его тело также было покрыто огромными письменами, которые, казалось, были живыми. Вместе они образовывали некое природное формирование, намного превосходящее его понимание.

Зак никогда не видел ничего подобного раньше, даже в своих Дао-видениях. Он знал, что в бесконечной Мультивселенной бродят невообразимо огромные звери, но совсем другое дело — оказаться прямо перед одним из них. Что касается его силы, это определенно было не просто эквивалентом Монарха.

Это был настоящий Примордиальный Зверь, который испускал заметно более сильную ауру по сравнению с Автократом Хаварок, которого он видел на днях, хотя он всё ещё не достигал уровня Бе’Зи Шарва’Зи или её мужа. Почему что-то подобное находилось здесь, на границе?

Или он уже покинул границу, утащенный Космической Рыбой в совершенно другой сектор?

Вспышка света вырвала Зака из его мыслей и отвлекла его взгляд от ужасающего существа, к которому он плыл, как раз вовремя, чтобы увидеть, как его поводырь исчез в клубах пространственной энергии. Только тогда он по-настоящему осознал ситуацию, и его сердце опустилось ещё ниже. Его группа пленников была лишь последним прибытием.

Вокруг бегемота было бесчисленное множество сфер. Ещё один вихрь появился вдалеке, и ещё один зверь-поводырь тащил за собой несколько сотен сфер. Как и тот, что доставил его сюда, зверь исчез в пространственной ряби в момент появления, оставляя своих пленников на произвол судьбы.

Жили ли меньшие звери внутри своего родителя? Или они были просто клонами?

Даже без зверя, который бы их направлял, сферы продолжали двигаться упорядоченно. Но ужас Зака только усилился, когда он понял, куда направляется; в зияющую пасть Левиафана. Неудивительно, что меньшие звери больше не ели пленников во время путешествия. Они не смели красть обед своего лидера.

Сердце Зака колотилось, как барабан, пока он лихорадочно искал способ выжить. Он надеялся, что его захватили, чтобы сделать заключенным работником или что-то в этом роде, учитывая, что его оставили в живых. Если бы это было так, у него был бы шанс сбежать, используя свою Энергию Пустоты. Но теперь он знал, что больше не может ждать. Он чувствовал это – если он войдёт в эту невероятно огромную пасть, его шансы на выживание будут практически равны нулю.

Пасть Левиафана была достаточно велика, чтобы проглотить планеты целиком, но его беспокоили не острые клыки. Её пасть была наполнена ужасающим облаком пространственного разрушения, намного превосходящим любые Пространственные Разрывы, которые он когда-либо видел. Ни за что он не выжил бы и секунды в такой среде, но он и другие сферы летели к ней с ослепительной скоростью.

Ужас перекрыл невыносимую боль от использования силы реликвий, когда буря Дао и Ментальной Энергии ворвалась в два пути-магистрали на его плечах, где Топор и Гроб были насильно соединены. К счастью, зверь, охраняющий его сферу, исчез, давая ему небольшое окно возможностей. То немногое Энергии Забвения, что он накопил в своём Ядре Души, было извлечено, действуя как катализатор для Сферы Аннигиляции.

Маленький шар, полный бесконечного разрушения, быстро рос между его руками, и Зак почувствовал, как в его сознании закипел приступ ярости. Шок вместе с повреждениями, оставленными реликвиями, сделал его восприимчивым к шёпоту осколков. Но Зак силой взял под контроль безумие, используя его, чтобы выжать ещё немного энергии из своего измученного разума.

Тем временем он активировал Пронизывающий Взгляд в поисках любого слабого места в своей тюрьме с помощью Энергии Пустоты, игнорируя небольшой дрожь, распространившуюся по клетке. К сожалению, сфера использовала концепции, намного превосходящие его понимание или возможности его навыка для расшифровки, поэтому Зак мог лишь с праведным негодованием обрушить свою атаку на случайное место на стене.

Удовлетворяющая сцена, как его клетка трескается, подобно стеклянному куполу, не появилась. Зак был встревожен, поняв, что между ним и поверхностью его клетки находится скрытый пространственный барьер. Это была всего лишь тонкая плёнка, но ему казалось, что его атака была вынуждена преодолеть сотни миль, чтобы достичь стены.

К тому моменту его энергия была почти полностью исчерпана. Сфера, державшая его в плену, лишь слегка колыхнулась, прежде чем по её поверхности внезапно появилась серия эзотерических узоров, присоединившихся к тем, которые, как подозревал Зак, отвечали за ограничения и истощение энергии. Зак лихорадочно искал другие идеи, но это было бесполезно.

У него всё ещё был доступ к Энергии Пустоты, но это не принесло ему особой пользы. Его оружие было запечатано внутри его пространственного кольца, но он знал, что его навыки в любом случае были бы бесполезны в этой ситуации. Другие выпускали гораздо более мощные атаки, чем его, без всякой удачи. Дао высокого уровня, заключённое в его Сфере Аннигиляции, было его единственной надеждой.

Узы Любви также не принесли бы никакой пользы в этой ситуации. Что ещё важнее, он беспокоился, что активация навыков побудит Левиафана преждевременно напасть на него, судя по новым рунам, покрывавшим его сферу. Его единственной надеждой теперь было, что его клетка сломается в тот момент, когда войдёт в огромную пасть Левиафана, и что он выживет с помощью Зоны Пустоты достаточно долго, чтобы выплыть оттуда.

Однако Зак с недоумением огляделся, когда его собственная сфера внезапно повернула и отклонилась от других. Почти все бесчисленные клетки тащились к пасти зверя, но его собственная присоединилась к нескольким тысячам других, которые вместо этого устремились к огромному плавнику на его спине. Не потребовалось много времени, чтобы понять, чем его сфера отличалась от других; гравировками.