— Не думаю, — сказала Кензи. — Некоторые сокровища могут сделать массив сильнее, но я не знаю, как это сделать.

— Ладно. Где Теа и Билли? — спросил Зак. — Я слышал, они помогали, пока меня не было. О, и где Тал-Эладар? Я никого из них не видел с момента возвращения.

— Билли и Теа восстанавливаются в особняке рядом с больницей, — сказала Кензи, прежде чем ее лицо скривилось. — Что касается Тал-Эладар.

— Они не пришли, — фыркнул демон. — Я же говорил тебе, что нельзя полагаться на этих хитрых звероводов.

— Это правда? — нахмурившись, спросил Зак, глядя на свою сестру, и ее лицо сказало ему все, что нужно было знать.

— Мы отправили сигнал бедствия, но они откладывали и откладывали, пока наш Массив Телепортации не был заблокирован, — сказала Кензи с некоторым гневом.

Зак знал, что Тал-Эладар остались лишь как бизнес-партнеры, но он все равно был очень зол, что они просто предпочли спрятаться в стороне, когда на их союзника напали таким образом. Это был уже второй раз, когда Верана отказывалась вмешиваться в конфликты на Земле, и стало совершенно ясно, что на них нельзя полагаться в чем-либо важном.

— Ну, я уверен, что они рано или поздно пожалеют о своем выборе, — наконец сказал Зак после короткого молчания, что вызвало понимающее фырканье у Ограса.

— Так что случилось в Башне Вечности? — с некоторым беспокойством спросила Кензи. — Ограс сказал, что ты навел там беспорядок, но все в основном обошлось?

Зак сердито посмотрел на демона, который лишь ухмыльнулся ему в ответ.

— Ну, я добился довольно хорошего результата и завел несколько союзников, но, возможно, также нажил несколько врагов. Мне пришлось внезапно уйти из-за уведомления о вторжении в Порт Этвуд, так что я не знаю о последствиях, — сказал Зак, доставая Секретный Массив Небес. — Что более важно, сможешь ли ты установить эту штуку на мой Узел Нексуса позже, когда у тебя будет время? Это может помочь с моей эволюцией.

— О? — с интересом сказала Кензи, глядя на массив. — Это не займет много времени, я займусь этим прямо сейчас. Я все равно здесь закончила.

Зак кивнул, прежде чем оставить сестру, чтобы навестить двух своих друзей, и две Валькирии немедленно сопровождали его и помогали ему быть в курсе событий по мере их продвижения. Вскоре они достигли особняка, где охранники безмолвно пропустили его с поклоном. Он жестом велел Валькириям оставаться снаружи, когда он вошел, и быстро определил, где двое восстанавливались, с помощью Космического Взгляда.

Несколько быстрых шагов привели его в большую спальню на втором этаже, и он вошел, тихо постучав в дверь.

— Ты вернулся, — сказала Теа слабым голосом со своей кровати, обращенной к окну, выходящему в красивый сад. — Твои данные были неверны. Они начали действовать раньше.

— Я слышал, — вздохнул Зак, садясь рядом с ее кроватью.

Он внутренне облегчился, что Теа казалась в порядке, все ее конечности были целы. Он заметил рану на ее животе, которая светилась миазматическими энергиями. Но она не выглядела так плохо, как та, которую он сам получил от Мхала, и должна была зажить, если она медленно подавляла оставшееся Дао своим собственным.

— Мне очень жаль, — сказал Зак. — И спасибо, что помогала моим людям, пока меня не было. Кто знает, сколько бы погибло, если бы не ты.

— Ну что? Ты со всем разобрался? — сказала Теа, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Зака, ее пронзительные голубые глаза прямо смотрели в его.

Зак молчал несколько секунд, обдумывая. Честно говоря, он мог бы сделать больше, чтобы улучшить свою текущую силу, все еще находясь в ф-Ранге, много нераскрытого потенциала, как назвала бы это Катейя. Но что более важно, в нем горело желание, которое пожирало его заживо.

В его груди тлело желание с событий в долине — желание обрушить беспрецедентный уровень мести на так называемого Короля Личей за то, что он или его подданные сделали с его островом и Алеей. Лицо Зака было бесстрастным, но в его глазах горел огонь, когда он смотрел на Тею.

— Я сейчас эволюционирую и направлюсь к ядру Выжившей Зоны, как только это завершится, — сказал Зак, и он почувствовал, как в его теле нарастает импульс в тот момент, когда он сделал свой выбор. — Вторжение Нежити исчезнет в течение нескольких дней.

Глава 482 Узы Любви

Зак не сразу покинул особняк, а первым делом отдал Тее несколько своих лучших целебных пилюль. Он собирался выйти из её комнаты, чтобы навестить Билли, и Теа, к его удивлению, спрыгнула с кровати и присоединилась к нему. Гиганту, по её словам, было ещё хуже, чем ей.

Он принял на себя основной удар атак, изменив форму на массивную, чтобы потопить корабль, и на этот раз Зака не было рядом, чтобы блокировать атаки с помощью Барьера Природы, как во время охоты. Билли, похоже, сильно обгорел от пламени культистов.

Было легко понять, в какой комнате находится гигант, так как всё помещение сотрясалось от его могучего храпа, но он прекратился, когда Зак вошёл в комнату.

— Ты вернулся! — прогремел Билли, просыпаясь. — Помоги Билли немного! Глупый рогатый парень всё время обманывает Билли, заставляя его забывать, как отсюда выйти! Все рогатые люди кажутся хитрыми, им не помешало бы хорошенько врезать.

— Не дай своим фанатам это услышать, — фыркнула Теа со стороны, тоже входя в комнату, заставив Зака в замешательстве оглянуться.

— У него более тридцати поклонниц среди демонов на этом острове, — с некоторым весельем сказала Теа. — Это немного сюрреалистично.

— Конечно, это суперреально. Билли — самый галантный принц, Мама всегда так говорила, — кивнул Билли с самодовольным выражением. — Но Билли не нравятся рогатые девушки.

— Э-э, тебе бы лучше просто называть их демонами, — кашлянул Зак, гнев в его душе немного рассеялся от выходок гиганта.

Однако он не мог оставаться слишком долго и должен был уйти, убедившись, что у Теи и Билли есть всё необходимое.

— Мне жаль, что всё так вышло. Я недооценил Империю Нежити и слишком сильно доверился словам Ученика Пустоты. Я был уверен, что у меня есть ещё несколько недель, — снова извинился Зак, как только собирался выйти.

— Это и наша вина, — вздохнула Теа, садясь рядом с Билли. — Мы не смогли достаточно быстро адаптироваться к этой новой реальности, переложив всё бремя на твои плечи. Мы играли в политику и боролись за выгоды, когда должны были бороться за свои жизни и своё будущее.

Зак тоже вздохнул, не зная, что ответить, и в молчании покинул особняк.

— Ты действительно эволюционируешь? — сказал голос со стороны, и Зак оглянулся, чтобы увидеть стоящего там Ограса.

— Да, — кивнул Зак, криво усмехнувшись. — Ты знал, что Билли довольно популярен среди женщин-демонов?

— Ну, это логично. Он даже массивнее Абиссальных Демонов, и по острову ходят слухи, что у него есть какая-то мощная родословная, которая ещё больше увеличила его силу, — пожал плечами демон. — Между его конституцией и его потенциалом, он один из лучших холостяков в этом мире, возможно, даже лучше тебя, поскольку ты смертный.

Зак лишь в замешательстве покачал головой, прежде чем вернуться к делу.

— Мне нужно быстро подавить Вторжение Нежити. Как думаешь, я смогу сделать это без эволюции? — спросил Зак, когда они шли к его личному участку.

— Трудно сказать, — произнёс демон после некоторой паузы. — Обычно я бы сказал да, но у нас заканчивается время. Король Личей, судя по тому, что мы видели до сих пор, кажется, искусен в массивах, и он, без сомнения, превратил центральную зону в крепость за последний год. Ему даже не нужно поддерживать щит так долго, всего несколько дней — и он победит.

— Ты действительно думаешь, что его массивы настолько сильны? — скептически спросил Зак. — Я даже смог сломать массивы в Базе.

— Это другое, это были мобильные массивы, питаемые Воинами ф-ранга, — сказал Ограс, покачав головой. — Массив нежити будет питаться сотнями, возможно, тысячами Нечестивых Маяков. Он может даже пожертвовать десятками миллионов Зомби, чтобы усилить оборону, пока перенастройка не будет завершена.

— И всё же, — пробормотал Зак, но он знал, что демон прав.

— Осады могут длиться годами, даже десятилетиями, чтобы медленно сокрушить оборонительные массивы, и это при наличии надлежащего оборудования, которого у нас нет. Тебе нужно быть намного сильнее, чтобы сломать их в одно мгновение, — сказал демон. — Обычный метод заключался бы в том, чтобы мы привели миллионы пушечного мяса, чтобы они наносили удары по щиту, ослабляя его, прежде чем мы предпримемем свой ход. Но на это тоже нет времени.

Зак медленно кивнул. Он в некоторой степени надеялся, что демон переубедит его, но, похоже, ему действительно нужно было получить несколько усилений, чтобы повысить свою уверенность в успехе. Он не был готов ставить будущее Земли на то, что сможет прорваться через оборонительные периметры и уничтожить массив перенастройки за одну неделю без эволюции.

— Где моя сестра? — спросил Зак. — Она установила массив?

— Она всё ещё пытается разобраться с этим, — сказал Ограс. — Но тебе нужно притормозить.

— Что? Ты же знаешь, что у нас заканчивается время, — сказал Зак.

— Прошло всего несколько часов с тех пор, как ты вышел из башни. Ты сражался с половиной гениев Сектора, а затем отразил вторжения. Ты даже превратил Алею в проклятое небесами ожерелье. Ты сейчас нестабилен, ты не можешь эволюционировать в своём нынешнем состоянии, — сказал демон. — Честно говоря, если бы ты был отпрыском какого-нибудь клана, тебя, вероятно, заставили бы медитировать в тишине по крайней мере год, чтобы восстановить чувство спокойствия и равновесия.

— Значит, ты просто хочешь, чтобы я сидел без дела? — с недоверием сказал Зак. — Планета умирает, пока мы говорим.

— Мы все умираем, — фыркнул демон. — Не испорти всё сейчас, торопясь. Сядь, исцелись и хотя бы успокой свой разум. Несколько часов, потраченных сейчас, сэкономят тебе много времени в долгосрочной перспективе.

Зак был несколько не расположен, но знал, что демон прав. Он был сейчас не в своём уме, и ему нужно было остыть. Но он всё ещё чувствовал себя ребёнком, которого отправили спать, когда он вернулся в свой двор и сел.

Его мысли крутились вихрем, пока он пытался успокоиться, и его разум постоянно перескакивал между различными вещами, требующими его внимания, каждая из которых была более срочной, чем предыдущая. Но медленное циркулирование Фрагмента Бодхи помогло ему расслабить напряжённые мышцы, и его мысли медленно последовали за этим. Посещение Башни Вечности должно было дать ему передышку, чтобы расслабиться, но всё вышло из-под контроля с Осколком, а затем и с нехваткой времени для завершения подъёма.

Он чувствовал себя более взвинченным, чем когда-либо, особенно после того, что он пережил с Алеей.

Его глаза медленно открылись, и он посмотрел на чёрный 5-сантиметровый гроб, висящий на цепочке у него на шее. Он всё ещё не знал, правильно ли поступил. Что, если он полностью проклял Алею, превратив её во что-то вроде Мечевого Раба, которого он забрал у мечника? Голоса, вторгшиеся в его разум при использовании этой штуки, звучали более чем жалко.

Единственным утешением в его голове было то, что Система сказала, что Инвеститурный Массив был исправлением сожаления.

Если бы Алея умерла у него на глазах вот так, он бы сожалел об этом вечно. Быть слишком поздно, чтобы спасти её не один, а дважды, было бы слишком тяжело. Система была по сути всеведущей, и, возможно, она уже знала, что всё закончится так. Это немного злило его, что Система не предоставила лучшего решения для её спасения, но он предполагал, что Система больше заинтересована в том, чтобы сделать его сильнее, чем в спасении повелительницы яда.

Однако его действия, без сомнения, вызвали некоторые осложнения в его планах. Большая часть его материалов ушла на Инвеститурный Массив в его безумных попытках спасти демоницу. Это также означало, что у него больше не было способа улучшить свой топор, кроме как позволить ему медленно поглощать различные сокровища. Конечно, большинство предметов, предназначенных для Веруна, достались Алеи, но у него хотя бы осталось Ядро Дракона.

Настоящий вопрос заключался в том, какой предмет он создал. Изначально он был сосредоточен только на спасении души Алеи, но массив предназначался для создания идеального Духовного Инструмента. Это стало вдвойне важным, поскольку Вечный был добавлен в смесь, оставив его без чего-либо для активации половины его навыков.

Это могло даже повлиять на его будущий выбор Класса, насколько он знал, поэтому ему нужно было понять, с чем он имеет дело.

Он попытался отправить свой разум в гроб, чтобы понять что-либо, но это было невозможно. У Зака внезапно возникла идея, и он уронил каплю крови на ожерелье, которая немедленно была поглощена.

Поток информации немедленно хлынул в его разум, когда он почувствовал ту же связь, что и со своей мантией и Укусом Веруна. Он не мог не почувствовать горечи, когда понял, что либо Алея, либо Система назвали покрытый цепями гроб Узами Любви.

Активного ответа от демоницы не последовало даже после того, как он связал сокровище своей кровью. Гроб всё ещё находился в пассивном состоянии, как и его мантия, где он мог использовать его, но не чувствовал никакой одухотворённости Духовного Инструмента. Однако это было нормой для Духовного Инструмента е-ранга, так как пробуждение Духовности обычно происходило на более высоких рангах, если вообще происходило.

Однако поток информации расширил его представление о том, что может делать Духовный Инструмент, и ментальная команда заставила две цепи вырваться из отверстий по бокам гроба и прикрепиться к его левой руке, когда гроб быстро увеличился в размерах.

Потребовалась лишь доля секунды, прежде чем гроб стал почти таким же высоким, как сам Зак, сохраняя при этом ширину обычного гроба. Но он был намного тоньше, чем можно было ожидать, с глубиной всего 15 сантиметров. Он фактически превратился в щит.