Он даже активировал Ярость Дровосека, пока собирал энергию для своего ультимативного удара, Кара Природы. Но Салвейшен внезапно был поглощен серебряным штормом, и у Зака не было шанса высвободить свою ультимативную атаку, поскольку он больше не мог определить его истинную форму.

Чувство опасности в голове Зака сходило с ума, и Зак безрассудно наполнил фрактал в своей руке Космической Энергией, глядя на происходящее. Серебряный шторм создал огромное облако в воздухе, и внутри него назревало что-то зловещее.

Внезапно из серебряных облаков открылись два огромных глаза, которые, казалось, хотели судить мир. Они имели тот же серебряный блеск, которым сияли глаза Салвейшена до его исчезновения, но Зак не чувствовал, что эти огромные глаза были аватаром Салвейшена.

Глаза Салвейшена сияли безумием, но огромные сферы в небе смотрели на горную вершину, как бог, взирающий на жалкого муравья. В них также присутствовала безграничная надменность и презрение, но Зак не был уверен, был ли это настоящий человек, так как глаза были совершенно неподвижны и не мигали.

Давление от одного только взгляда было огромным, и в следующий момент из облака появилось гигантское лицо, еще больше усиливая давление. Лицо было по меньшей мере пятьдесят метров в поперечнике, огромное чудовище, которое закрывало большую часть поля зрения Зака.

Лицо принадлежало молодому человеку, и Зак его не узнавал. Его лицо было чрезвычайно красивым, за исключением снисходительных глаз. На его лбу также был чрезвычайно замысловатый фрактал, который излучал огромную силу, и просто взглянув на него, Зак почувствовал, что его душа вот-вот вылетит из тела.

Лицо не оставалось в облаках, но вскоре оно начало спускаться к вершине размеренным темпом. Брови Зака поднялись в тревоге, когда он взглянул на бледную Теа, стоявшую на некотором расстоянии.

— Уходи с вершины, я справлюсь! — закричал он, продолжая наполнять свою руку Космической Энергией.

Давление на Зака росло по мере того, как огромная фигура спускалась, и его инстинкты велели ему пасть на колени в подчинении. Но он проигнорировал эти голоса, стиснув зубы, и поднял правую руку вверх. Пространство над ним треснуло, и знакомая огромная рука поднялась, чтобы встретить приближающееся лицо.

Гнев бога столкнулся с Карой Природы, и встреча двух сил вызвала такую ударную волну, что барьер, защищавший дворец, был полностью уничтожен, а ударные волны разорвали дворец в клочья, когда его сбросило с горы.

Зак чувствовал, будто все его тело разваливается от столкновения, но он стойко продолжал давить, выделяя часть энергии на призыв Барьера Природы, чтобы укрыть себя хотя бы от части блуждающих энергий, которые разрывали всю вершину на части.

Рука была едва пять метров в поперечнике, и она почти выглядела как ребенок, пытающийся оттолкнуть взрослого, когда давила на огромный фрактал, украшавший лоб гигантской головы.

Однако внутри этой, казалось бы, маленькой руки, содержалась безграничная сила. Она обладала всем, что Зак мог использовать, от его Дао Деревьев до вливания Ярости Дровосека; ее сила была непревзойденной даже по сравнению с тем, что могли собрать большинство развитых Воинов е-ранга.

В течение нескольких секунд две силы находились в тупике, ни лицо, ни рука не уступали, но вскоре по горе разнесся резкий треск. Большая трещина внезапно появилась на фрактале огромной головы, когда пальцы деревянной руки вонзились в лоб.

В тот момент, когда фрактал треснул, казалось, что сила, которая удерживала сотни серебряных трупов вместе, распалась. Голова начала источать обильные серебряные облака, и казалось, будто она горит от огромного столба, поднимавшегося из нее.

Обычно Зак уже деактивировал бы руку, но он стойко продолжал питать ее всем, что у него было, даже своей Жизненной Силой. Он не отступит, пока лицо не будет полностью уничтожено, чтобы он мог сокрушить Салвейшена.

Зак был не единственным, у кого заканчивалась энергия, так как лицо теперь было почти полупрозрачным, а серебряные облака распространились достаточно далеко, чтобы достичь даже соседних гор. Наконец, голова раскололась на бесчисленные части, и последние энергии распались.

Изуродованное тело с воплем упало с небес и оставило большой кратер, когда врезалось в землю на другой стороне вершины. Но Зак знал, что он жив, так как несколько оставшихся капель жидкой реки укрыли падение в последний момент. Все тело Зака горело, но он не собирался упускать эту возможность.

У него уже не было Космической Энергии, но он напряг свое тело, чтобы снова активировать Дао Ходячий, устремившись к изуродованному телу Салвейшена. Но он нахмурился, когда увидел, как Салвейшен дрожащей рукой раздавил свой токен. Тем не менее, не все было потеряно, поскольку все еще оставался шанс убить этого безумца, прежде чем его отправят прочь.

Они уже подтвердили, что сила человека определяла задержку перед его возвращением, и такой, как Салвейшен, должен был занимать не менее десяти секунд. Он не мог позволить этому человеку вернуться в Колыбель Бога. Кто знал, сколько Серебряных Стражей у него там было, чтобы усилить себя.

Он немедленно двинулся, чтобы преодолеть оставшееся расстояние, его топор уже опускался с фатальной решимостью.

— Лорд Искупитель, пожалуйста, спаси меня! — закричал он в отчаянии, и в следующий момент рядом с ним действительно появился человек.

Зак сначала планировал проигнорировать его, чтобы нанести последний удар, но ужасающая аура внезапно вырвалась из человека, затмевая все, что Зак когда-либо чувствовал.

Каждая клетка его тела говорила ему, что если он сделает хоть один шаг ближе, то без сомнения умрет, и он без колебаний прекратил свое нападение, отпрыгнув на несколько шагов назад. Зак не мог не взглянуть на фигуру, молча стоявшую рядом с кратером, с Салвейшеном все еще внутри.

А человек, который посмотрел на него в ответ, был не кто иной, как обладатель лица в облаках.

Глава 229 Великий Искупитель

Человек, стоявший рядом с кратером, явно был тем же, что и тот, кто ранее был в небе, хотя и с некоторыми незначительными отличиями. Человек обычного размера казался более живым, тогда как огромный Аватар, который пытался раздавить всю вершину, вполне мог быть маской или статуей.

Таинственный человек на мгновение внимательно осмотрел окрестности, пока его глаза не встретились с глазами Зака. Когда их взгляды сошлись, Зака пронзила молния, и ему действительно казалось, что он погибнет, если продолжит смотреть.

Он быстро отвёл взгляд, и мысли о бегстве быстро заполнили его разум. Но что-то остановило его. Аура, которую излучал этот человек, была того же уровня, что и у Величайшего, и если он действительно был здесь, Зак ничего не мог поделать. Его жизнь и смерть больше не были в его руках.

Но в то же время они находились в замкнутом пространстве для организованной Системой охоты за сокровищами. Он не верил, что даже люди такого уровня силы смогут проникнуть в такое место. Правила мистического царства, санкционированного Системой, были нерушимы.

Если действовали ограничители атрибутов или рангов, то ничего нельзя было поделать. Даже А-ранговый старый монстр не смог бы проникнуть, насколько понимал Зак. Это означало, что человек перед ним мог быть всего лишь бессильной иллюзией, а внушительная аура — просто пустым бахвальством. Это также объясняло, почему он просто стоял. Зак стиснул зубы от решимости.

Огромный фрактальный край обрушился прямо на Салвейшена, который в страхе поднял глаза на край, поспешно собирая последние остатки своих серебряных энергий, чтобы создать слабую защиту. Но Зак знал, что эта небольшая защита не остановит его атаку, поскольку его удар был подпитан Дао Остроты и его жизненной силой.

Но вдруг человек просто указал пальцем на приближающуюся атаку, и Заку показалось, будто вся жизнь вытекла из его тела, когда фрактальный край распался от какой-то невидимой силы.

— Дерзость, — сказал человек мелодичным голосом, и Зак не смог удержаться от кашля кровью, падая назад, не в силах снова встать.

— Это правда. Меня здесь нет лично, я всего лишь отпечаток. Но моего самого существования достаточно, чтобы отпугнуть некоторых начинающих культиваторов, — продолжил человек, глядя на Зака с презрением в глазах.

Однако было ясно, что человек не присутствовал по-настоящему, так как всё, что он сделал, чтобы остановить приближение Зака, истощило отпечаток настолько, что тот стал прозрачным. Зак знал, что, возможно, сможет остановить ещё одну атаку, но его тело не слушалось, когда он пытался приказать ему двигаться.

— Ты мой наследник? Разочаровывающе. Это моё единственное вмешательство, — вздохнул человек, глядя на скрюченное тело Салвейшена, но в следующее мгновение он перевёл взгляд на пространство напротив кратера.

Он ничего не сказал, лишь презрительно фыркнул, но сразу после этого бледнолицая Теа появилась из ниоткуда, кашляя кровью, со стройным мечом в руке. Казалось, она пыталась незаметно убить Салвейшена, но не смогла избежать взгляда его защитника.

— Этот недостойный благодарит вас, Великий Лорд! — слабо закашлял Салвейшен, сжимая в руке свой Космический Мешок. — Я продолжу выполнять ваше поручение.

В следующее мгновение он начал исчезать, но Зак не желал уступать отпечатку. Он собрал силу, о существовании которой не подозревал, и с рёвом бросил Укус Веруна в Салвейшена. У него не осталось энергии, чтобы призвать какое-либо умение, и он мог лишь возлагать свои надежды на не магические средства.

К несчастью, Зак был полностью истощён, и его прицел был немного сбит. Топор нёс в себе немалую силу, когда летел к Салвейшену, но летел слишком низко, чтобы поразить что-либо смертельное. Но это всё ещё был бросок от кого-то, обладающего более чем тремя сотнями Силы, и Салвейшен отчаянно закрутился, чтобы избежать приближающегося лезвия.

Приглушённый стон вырвался изо рта Салвейшена, когда топор разорвал запястье мужчины и отрубил его правую руку вместе с Космическим Мешком, который упал на землю. Зак мог лишь разочарованно покачать головой, и в следующее мгновение Салвейшен исчез.

Последнее, что Зак видел от Салвейшена, были два глаза, которые горели безумием и жаждой мести. Мешочек, который только что упал, превратился в сгустки света и влетел в Космический Мешок Зака.

Всё это произошло мгновенно, и Искупитель не смог или не захотел оказать дальнейшую помощь Салвейшену, а вместо этого лишь посмотрел в небо с некоторым предвкушением на лице. Зак знал, что время отпечатка истекает, и надеялся получить хоть какую-то информацию, прежде чем тот исчезнет.

— Кто вы? Вы из Церкви Вечного Дао? — Зак закашлялся.

Слова Зака привлекли внимание быстро исчезающей формы.

— Я не из тех грязных торговцев телами. Их путь к бессмертию — тупик, пустая бездна отчаяния. Я чувствую, что моё истинное тело всё ещё живо, а это значит, что эоны планирования скоро принесут свои плоды. Мы встретимся снова, маленький Бросающий Вызов, — сказал он с лёгкой улыбкой, пока окончательно не превратился в сгустки света.

Зак не смел двигаться несколько секунд даже после исчезновения мужчины, но вскоре он с трудом попытался добраться до Теи. Его зрение расплывалось, но он знал, что они не могут здесь оставаться. Однако его тело было полностью истощено, и он беспомощно лежал на земле. Вместо него встала Теа, испуганно глядя на место, где раньше стоял мужчина, когда она подошла к Заку.

— Кто это, чёрт возьми, был? — пробормотала она, возможно, себе, а возможно, как вопрос Заку.

— Определённо не кто-то с Земли, — нахмурившись, сказал Зак. — Он был, по крайней мере, Могуществом д-Ранга, возможно, выше.

— Я читала, что могущественные люди могут оставлять отпечатки своей сущности на сокровищах. Салвейшен каким-то образом должен был получить такое сокровище. Но я не понимаю, как. Создать такой отпечаток чрезвычайно сложно, потому что нужно отрезать кусок своей души, чтобы оставить его. Это редко делается, — объяснила Теа.

— Обычно их присуждают только прямым ученикам, и это чрезвычайно редкие сокровища. Система их тоже не выдаёт, — продолжила она.

— Салвейшен всё время говорил о каком-то Великом Искупителе, — сказал Зак, пытаясь сосредоточить свой рассеянный разум. — Возможно, это был он. Он мог получить Наследие или что-то в этом роде. Такое сокровище звучит как что-то, что можно оставить Наследнику.

— Это невозможно. Это новый мир, здесь нет Наследий, — сказала Теа, качая головой.

Зак пару секунд почесал лицо, прежде чем закашлялся.

— Ну, это не совсем невозможно. У меня тоже есть парочка, я получил их в качестве награды, — объяснил он, его голос становился всё тише и тише по мере того, как увеличивалась интенсивность взгляда Теи. — И что более важно, этот человек назвал Салвейшена своим Наследником.

Она ничего не сказала, лишь недовольно фыркнула, осматривая окрестности, прежде чем поднять Зака на ноги.

— Думаю, нам нужно идти, — сказала она. — Дворец разрушен, и люди со всех окрестных гор должны были видеть битву. Никто из нас не в состоянии сражаться в новой битве.

Зак собирался согласиться, но вдруг его зрение поплыло. Его затуманенному разуму потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он упал, и тогда он наконец осознал, насколько плохо его состояние. Этот последний удар истощил большую часть его оставшейся жизненной силы, и когда она была уничтожена, стало ещё хуже.

— Не кладите моё тело в Космический Мешок, — это всё, что Зак смог сказать, прежде чем его зрение померкло.

Неизвестное количество времени спустя Зак проснулся с кашлем, его глаза напряжённо приспосабливались к свету, когда он медленно открыл их. Он увидел, что его всё-таки переместили, поскольку он находился внутри того, что выглядело как руины некоторых строений ближе к подножию горы.

Однако он понял, что его опасения были правдивы, поскольку его зрение снова приняло форму Драугра. Его самочувствие только ухудшилось, когда он понял, что связан настолько, что едва мог пошевелиться, и путы были достаточно крепкими, чтобы удерживать его.