Даже Леандра, казалось, была удивлена ситуацией, хотя и не подала виду. Как и Кензи, Леандра, вероятно, думала, что Система отвернётся после первоначального наказания, которое уничтожило их клан. Однако Система становилась всё менее склонной принимать её существование с каждым её шагом. Достижение Гегемонии стало переломным моментом, когда она активно начала охотиться на неё.

Таким образом, был запущен план. Если Природные Дао были причиной её разоблачения, то Природные Дао должны были измениться. И с случайным включением Кензи ветра в качестве элемента, Леандра придумала решение, которое не требовало бы от неё сброса Культивации. Такое предприятие было бы невероятно трудным, даже с помощью Дживса. Кензи даже боялась, что Леандра сократит свои потери и извлечёт Дживса, если дело дойдёт до этого.

Решение можно было найти в родственных Пиках Небес и Земли. Почти забытый Земной Пик был одним из самых редких направлений Культивации, не только потому, что он ещё не полностью реформировался. Его было трудно понять, и его сильные стороны не были очевидны. Его иногда называли Пиком Инверсии из-за его способности трансформировать другие Дао, и он был доминирующей силой в Нижних Планах.

Многие считали, что неполные Измерения Нижних Планов необходимы для поддержания Первичных Реалий, но они не видели особого другого применения для Земного Пика. Даже призыватели и маги, использующие Скрытые Планы для усиления своих Навыков или призыва фамильяров, обычно Культивировали соответствующее Дао Плана, с которым они были связаны. Напротив, у Небесного Пика было довольно много последователей, благодаря тому, что он охватывал Дао Ветра и Молнии.

Система не разделяла безразличия мира Культивации к Земному Пику. Небесный Пик представлял Систему больше, чем любой другой, о чём свидетельствовали его цель и Грозовая Молния. Даже Апостат Порядка лишь помог упростить его методы. Поскольку Пики Небес и Земли можно было считать частями одной монеты, Небеса не могли достичь совершенства, пока Земля не будет восстановлена.

Таким образом, это был ещё один сломанный пик, который Система была больше всего заинтересована в исправлении. Бесчисленные годы усилий принесли результаты, и пики приближались к завершению значительно раньше срока. Но всё ещё не совсем. Включив эти два пика в свою Культивацию, Кензи ослабила бы связь с Природным Пиком и заставила бы Систему дважды подумать, прежде чем нанести ей удар.

В конце концов, у неё был небольшой шанс преуспеть там, где потерпел неудачу Апостат Милосердия.

Порыв, уже являющийся частью Небесного Пика, заимствовал бы из Земного Пика. Сегодня её настроенная на ветер Ветвь Дао стала Ветвью Обратного Ветра — Небеса принимали аспекты Земли. Чтобы сбалансировать это, её Дао на основе Земли было перенесено из Природного Пика в Земной Пик, принимая аспект Небес, становясь Ветвью Горы Печати.

Следующим шагом было соединение двух оставшихся Природных Дао. Ветвь Инферно теперь была Ветвью Реформаторской Реки, комбинацией Огня и Земли. Наконец, она влила истины Молнии в своё настроенное на воду Дао, сформировав Ветвь Моря Испытаний.

Было бы совершенно невозможно для кого-либо ещё совершить такой резкий сдвиг после того, как он уже вошёл в Гегемонию. Это был не просто вопрос Сродства; каждый аспект её Культивации переписывался таким образом, который не должен был быть возможным. Навыки, Классы, Конституция, Душа, Космическое Ядро; всё должно было быть обновлено, чтобы приспособиться к её новому направлению.

Только Дживс мог совершить что-то подобное. И даже ему требовалось много помощи.

Кензи всё ещё не знала, как Леандре удалось убедить Небесный Дворец Империи Шести Глубин подарить им такую ​​большую часть Иммемориального Царства. Её личности как Основного Ученика Скрытой Секты, конечно, было недостаточно для такого обращения, равно как и статуса Леандры как приглашённого лектора по Формациям. Щедрость ощущалась скорее как кинжал в спину, чем что-либо ещё.

Что она могла сделать, кроме как принять? Она не хотела быть уничтоженной Небесами. Сегодня весь Регион был превращён в её личную среду для Культивации, роскошь, которой могли наслаждаться только Мудрец и несколько Автократов Дворца. Кензи могла лишь держаться и отчаянно учиться, чтобы убедиться, что она понимает детали своей трансформации и своих новых Дао. Она не выходила из своего уединения десять лет, даже когда Дживс был вынужден отключиться.

Отчасти причиной было то, что цена невежества была выгравирована в её костях. Она не забудет болезненный урок, когда её забрали с Земли. Другой причиной был страх. Страх, что однажды её сочтут излишней, что одного Дживса будет достаточно для Леандры, чтобы достичь своих целей. Если этот день когда-нибудь наступит, ей нужно быть готовой. Ей нужен был полный контроль над каждым аспектом своей Культивации, хотя бы для того, чтобы убедиться, что она может держать его в заложниках.

Дни проходили, когда одна нить безупречного Дао за другой извлекалась из Массивов. Затем они разделялись, часто на элементы настолько мелкие, что Кензи едва могла их почувствовать, прежде чем ИИ с экспертной точностью имплантировал их. Некоторые входили в её ядро, другие — в её клетки, Пути или даже в её Душу. Паттерн появлялся без всякой логики, но Кензи знала, что Дживс следовал тщательно продуманному плану.

Внезапный грохот остановил процесс, и Кензи с облегчением открыла глаза. Она не стала пытаться связаться с Дживсом — пройдёт несколько дней, прежде чем ИИ снова активируется после предупреждения. Момент передышки, когда она могла попытаться догнать своего неутомимого спутника.

— Три месяца. Всё ещё приемлемо, — тихий голос эхом разнёсся по камере, заставив Кензи вздрогнуть. Прошло довольно много времени с тех пор, как Леандра разговаривала с ней лично.

Потребовалось всего шесть месяцев, чтобы гармоничный фасад дал трещины. Кензи просто не могла больше поддерживать этот фарс. Отчаянное лицо Зака всплывало в её сознании каждый раз, когда она улыбалась Леандре, и Кензи немного умирала внутри каждый раз. Кроме того, она подозревала, что Леандра на самом деле знала, что Дживс поделился событиями, но, казалось, это её не беспокоило.

Леандра по-прежнему помогала ей в Культивации со всей преданностью, но их отношения охладели за пределами этого. Их динамика больше напоминала отношения учителя и ученика, чем матери и дочери, и ни одна из них не пыталась это изменить. Если уж на то пошло, это казалось слишком. Кензи ненавидела тот факт, что она всё ещё полностью зависела от Леандры.

После реформирования своей Конституции и возобновления Культивации она надеялась, что найдёт возможность вырваться на свободу. Но с годами Леандра становилась всё более неотъемлемой частью её прогресса. Без компьютеров Леандры Дживс не смог бы рассчитать дальнейший Путь. Без связей Леандры трансформация навсегда осталась бы теорией.

Более того, Кензи ненавидела, что она всё ещё не осмеливалась высказать свои опасения. Она написала сотни речей в своей голове, едкие обличительные речи, но они оставались невысказанными. Каждый раз, когда она смотрела в жутко спокойные глаза Леандры, слова замирали у неё в горле. Потому что в этих глазах была непоколебимая убеждённость фанатика, который сделает всё, чтобы достичь своих целей.

Кензи мгновение колебалась, прежде чем выйти из своей камеры, обнаружив Леандру сидящей за столом в саду.

— Первая ветвь скоро вернётся к Позднему Мастерству, — прокомментировала Леандра, получив в ответ резкий кивок.

— Это работает, но эффект ограничен, — сказала Кензи. — Рано или поздно вмешательства Сломанных Пиков будет недостаточно. Возможно, тебе придётся запечатать меня.

— Ты права, но мы ещё не достигли этой точки. Ты должна быть в состоянии сформировать Земные Дао и достичь Пика д-ранга с помощью текущих мер, — сказала Леандра, её глаза переместились на мерцающее небо. — И как по счастливой случайности, я нашла постоянное решение.

Кензи медленно кивнула, чувствуя скорее замешательство, чем облегчение. Не находиться под постоянной угрозой уничтожения было бы неплохо, но что это был за проблеск эмоций в глазах Леандры только что?

Глава 1063 — Связанные

Сердце Зака бешено колотилось, когда он смотрел в улыбающиеся глаза Духа Мира. Значит, Сендор знал. Знал ли он всё это время? Расследовал ли он его дело, или его прорыв что-то раскрыл? Была ли у него информация о Кензи? Его разум погрузился в хаос от имени, которое он слышал только из уст своей матери.

— Как? — наконец произнёс Зак.

— Как я узнал? — усмехнулся Сендор. — Ну, не узнал. До сих пор, то есть.

Зак злобно посмотрел на ненадёжного Верховного. Не может быть, чтобы его догадка была пальцем в небо.

— Ладно, это имело смысл, поэтому я сделал несколько осторожных запросов. Объединив это со своими уникальными отношениями с Системой, я смог собрать воедино улики.

— В каком смысле имело смысл? — надавил Зак.

— Итак, мы договорились? — парировал Сендор.

Зак глубоко вздохнул, прежде чем медленно кивнуть. Он знал, что оказался в ловушке в тот момент, когда услышал название клана своей матери. К тому же, раз Сендор уже обо всём догадался, его секреты уже не были столь ценными.

— При условии, что ты не расскажешь мне общеизвестные обрывки, а потом скажешь, что больше ничего не можешь сообщить по той или иной причине.

— Уверен, ты будешь удовлетворён, — засмеялся Сендор. — Тогда ты первый.

— Почему? — с досадой спросил Зак.

— Старшинство.

— Ладно, — вздохнул Зак. — Я, честно говоря, и сам не знаю, что происходит — это не входило в план. Но мы едины. Я контролирую обоих, и оба — это я.

— Я так и знал! — взволнованно произнёс Сендор, его глаза снова излучали огромное давление.

Зак задержал дыхание и держался за своё Дао, пока чувство не прошло. Ему очень не терпелось выбраться из этого места.

— Раньше у тебя в груди было что-то странное. Теперь этого нет. Это то, что сделало это возможным?

Зак не сразу ответил. Он согласился объяснить свою ситуацию, но не было сказано, что он должен раскрывать свои секреты. Например, тот факт, что узел назывался Квантовые Врата, который затем был преобразован в связи. Поэтому Зак просто кивнул в ответ, подтверждая, что Жизненные Узлы были частью причины.

— Я так и знал. Эй, попробуй снова извлечь Миазму из своей человеческой формы.

Зак был раздражён тем, что его используют как подопытного кролика, но он последовал инструкциям. Выяснение деталей его конституции было одной из причин, по которой он хотел этой сделки в любом случае. Ещё раз, леденящие волны смерти распространились по его каналам, прежде чем быть изгнанными естественными защитными силами его тела.

— Твой путь интересен, но довольно неудачен, если учесть эти изменения, — хихикнул Сендор. — Ну, не так уж и плохо. Ты сможешь свободно использовать Миазму в своей человеческой форме к тому времени, когда сформируешь Земное Дао Смерти. Это всё равно будет не очень приятно, и у тебя будет тот уродливый бледный цвет лица, если ты переборщишь, но ты не заболеешь. Продолжим.

Сендор заставил его провести ещё несколько экспериментов, в том числе те, о которых Зак и не думал. Он мог свободно черпать любую энергию из любого тела, но в конечном итоге у него был только один запас. Если человеческий Зак израсходует всю Миазму, то Драугр Зак окажется в плохом состоянии. Тем не менее, он, по сути, удвоил свои энергетические резервы; ему просто нужно было стать немного сильнее, прежде чем он сможет воспользоваться этим фактом.

Он также мог извлекать энергию из обоих ядер в одно тело. Это удваивало его выход, но подвергало его каналы огромной нагрузке. Это было не очень полезно сейчас, но Зак уже представлял себе некоторые возможности. Например, что если он создаст Военные Регалии на основе своего Ненасытного Ядра для своей человеческой стороны?

По сути, он мог бы использовать второй комплект снаряжения бесплатно, при условии, что его сторона Драугра не требовала энергии одновременно.

— Дальше, — сказал Сендор. — Это может быть больно.

— Стой, ч-что.

Зак хотел, чтобы Сендор уточнил, но он внезапно оказался втянутым в вихрь. Его слова превратились в ужасающий крик, когда врата закрылись за ним, и он представил, как связь между его телами насильственно разрывается. Однако боли не последовало, и Зак с любопытством огляделся.

Его человеческая форма стояла на вершине башни, глядя на невероятно огромный город. Он видел сотни дворцов размером с столицы и чуть не рухнул от ужасающих аур, которые внезапно высвободились со всех сторон. Это было ослепляюще, и Зак знал, что не выжил бы, если бы не защитный барьер вокруг башни.

— Думаю, он довольно устойчив.

Только тогда Зак пришёл в себя, осознав, что услышал эти слова от своего тела Драугра. Связь всё ещё существовала, и его зрение было разделено между городом и Горой Озарения. После того как шок утих, Зак сделал несколько интересных открытий. Во-первых, ему было гораздо легче контролировать свои тела, когда они были разделены, без перекрывающихся ощущений, вызывающих путаницу.

Во-вторых, отток энергии из его новых Специализированных Ядер замедлился до струйки. Зак ожидал, что стоимость поддержания связи будет увеличиваться по мере удаления его тел друг от друга, но, похоже, всё было наоборот.

— Что происходит? Где я? — спросил Зак.

— В одном из самых процветающих городов моего домена, — сказал Сендор. — Он находится на противоположной стороне моего тела.

— Как далеко сейчас мои тела друг от друга?

— Дальше, чем простирается устоявшаяся империя, — улыбнулся Сендор.

Глаза Зака расширились от шока. Когда кто-то вроде Сендора говорил об империях, это определённо были монолитные силы Сердцевин Мультивселенной. Сектор Зеция едва ли можно было считать небольшой провинцией в таком месте. Подумать только, он мог свободно использовать свои тела на таком расстоянии без каких-либо негативных последствий. Более того, он чувствовал себя лучше, чем когда-либо.