— Это. — начал Зак, но остановился на полуслове, почувствовав колющее Убивающее Намерение прямо за спиной, почти как иголка, воткнувшаяся в затылок.

Ни малейшей задержки или колебания. Укус Веруна появился в его руке, и три руны уже загорелись, когда Зак нанес исполинский удар по всему, что было позади. Топор ударил по плоти, но Зак почувствовал, что кости в его руке сломаются, так как ощущение, что его лезвие пробивает себе путь сквозь врага, полностью отсутствовало. Вместо этого произошел колоссальный отскок, и Зак понял, что имеет дело с чем-то чрезвычайно опасным. Его опасения подтвердились мгновение спустя, когда он смог рассмотреть то, что он только что атаковал.

Лицо.

Оно было таким же большим, как сам Зак, и принадлежало существу, которое было больше в обхвате, чем в высоту. Его зеленоватое лицо было покрыто такой густой бородой и кустистыми бровями, что Зак заподозрил в его предках кровь зверолюдей. На самом деле, оно было больше похоже на некоего демонического тролля. Его огромный нос был шире лица Зака, и у него было четыре блестящих рога, покрытых архаичными рунами.

Его глаза были еще больше, каждый размером с крышку люка, и Зак чувствовал себя крайне уязвимым, когда они смотрели на него в упор. Особенно учитывая, что его топор застрял, пытаясь без особого успеха проникнуть в его левый глаз. Никакие барьеры или Космическая Энергия не сдерживали кроваво-красное лезвие Укуса Веруна. Зак мог сказать, что его топор на самом деле попадал в зрачок чудовища, но именно топор получил повреждения. Трещины покрыли лезвие Веруна, и Зак почувствовал в своем разуме смесь боли и страха от Духа Инструмента. Зак срочно отпрыгнул на несколько метров, активируя редко используемую третью руну на своем топоре, заставляя топор начать линять и регенерировать.

К счастью, тролль не двинулся следом, и ощущение надвигающейся погибели полностью исчезло. Оно просто стояло, на коротких толстых ногах, каждая из которых была толщиной с дерево, с трехметровым посохом в руке. На его теле была надета ряса землистых тонов, которая выглядела невероятно странно на таком непропорциональном существе.

— Как и ожидалось, ты выбрал насилие, — рассмеялся тролль, постучав посохом по земле, заставляя странные волны распространяться по площади. — Конфликт, несомненно. Довольно острые чувства, хотя тебе потребовалось несколько секунд, чтобы заметить меня.

Зак тупо уставился на огромное существо. Неужели эта штука стояла прямо за его спиной несколько секунд, а он даже не заметил?

— Лорд Энго! — воскликнул Нуль.

— Что? Кто? — прошептал Зак.

— Лорд Энго — один из старейших учеников босса. Он на пороге Верховности.

Зак с удивлением посмотрел на странного гуманоида. Он знал, что тот силен, но Пиковый Автократ? Такие существа были не так уж редки, как Верховности, но и не так уж далеко от них. Это также доказывало, насколько могущественной была Многолетняя Безграничность, если у нее были такие сильные ученики.

— У Иммемориального Царства есть ученики? — пробормотал Зак с удивлением.

— Мы все равны перед лицом Дао, — улыбнулся Энго. По крайней мере, Зак так думал. Было трудно сказать, так как пасть тролля представляла собой двухметровый водоворот зубов и ужаса. — Происхождение ничего не значит на вершине. Только твой путь и твоя цель.

Зак кивнул после некоторых раздумий. То, что сказал тролль, было правдой. В Ором Мире были такие люди, как Убо. Изначально он был просто обычным камнем, оказавшимся в особенно насыщенной Дао среде, что случайно породило искру разумности. У самого Зака был осколок души, вероятно, мертвого культиватора, в качестве учителя. Не было ничего странного в том, что могущественное царство принимало своих собственных учеников.

— Не нервничай так, — расхохотался Энго. — Я был неподалеку и почувствовал, как собирается судьба, поэтому подошел посмотреть, что происходит. Нечасто увидишь такие ветры Судьбы от людей, которые еще не сбросили цепи смертности.

— Прошу прощения, — кашлянул Зак.

— Хочешь знать? — ухмыльнулся Энго. — О том, что ты спрашивал.

Зак собирался сказать да, но не ответил сразу. Он солгал бы, если бы сказал, что ему не любопытно, но это казалось делом, далеко выходящим за рамки возможностей такого, как он. Просто знание об этом могло бы впутать его неожиданными способами, как Реликвии, казалось, влияли на его путь в своем желании слиться со своими собратьями. Тем не менее, он слышал термины Девять Печатей, Восемь Столпов и Единая Судьба во время своего первого видения Ультома. Незнание того, с чем они столкнутся, могло бы подвергнуть его и его последователей опасности после того, как они войдут в наследие.

— В общих чертах, если тебе удобно, — в конце концов сказал Зак.

— В общих чертах, — промычал Энго. — Что ж, покажи мне что-нибудь интересное, и ты узнаешь.

Что это значит? — внутренне спросил Зак, надеясь, что Нуль его услышит.

— Видишь тот пьедестал посередине? — ответил Нуль. — Тебе нужно показать свое планируемое ядро. Не для лорда Энго, а как часть ориентации. В зависимости от того, насколько оно хорошо, ты получишь определенное количество начальной Маны.

Заку было любопытно узнать об этой Мане, но одно за другим.

— Как мне показать свой чертеж? — спросил Зак.

— Как захочешь. Помести на него чертеж. Наполни его своим разумом. Мы все это видели.

— Хорошо, — сказал Зак, взглянув на Автократа, прежде чем подойти к пьедесталу.

Зак положил руку на белый камень и наполнил его Космической Энергией. Затем он запечатлел свой чертеж, точно так же, как он записывал информацию на Информационный Кристалл. Он мог бы поместить две резные фигурки на постамент, но боялся, что это приведет к тому, что массив неправильно поймет его план. Лучше было продемонстрировать точную идею, которая существовала в его сознании.

Процесс занял всего несколько секунд, после чего он оглянулся на Энго, только чтобы обнаружить существо, стоящее прямо рядом с ним. Сердце Зака чуть не выскочило изо рта, но на этот раз он не стал замахиваться на Энго. Что это за здоровяк, который так скрытно передвигается? Ему нравилось пугать людей?

Энго повернулся обратно к пьедесталу, и легкое прикосновение заставило его загореться и отобразить завораживающий шар, состоящий из бесчисленных линий стального серого, золотого и черного цветов. Проницательный глаз также заметил бы невидимые линии, созданные негативным пространством — Пустотой. Однако даже массив не мог идеально воспроизвести ядро. Проекция переключалась между двумя состояниями, точно так же, как это выглядело, когда Зак смотрел на свои резные фигурки под правильным углом. Когда чертеж вращался над записывающим столпом, два из столпов загудели на краю площади. Столпы Хаоса и Конфликта.

— Жизнь и Смерть, соединенные через Пустоту и разжигаемые Конфликтом, — пробормотал Энго, слегка кивнув головой несколько раз, пока ядро вращалось.

Зак внутренне проворчал на такую реакцию. Это было точно так же, как и с сознанием раньше, когда оно едва удостоило его Ядро Двойственности второго взгляда. Неужели им так трудно немного впечатлиться? Это было ядро, невиданное ранее в Мультивселенной. Почему Энго должен был говорить об этом так, будто это обыденное дело?

Всплеск энергии отвлек мысли Зака, и он увидел, как два потока энергии вошли в Нуля на его запястье, каждый из двух столпов, которые снова ожили. На браслете загорелись узоры, прежде чем погрузиться в его глубины. Зак смотрел с удивлением, чувствуя, что Нуль меняется на фундаментальном уровне, чтобы приспособиться к его пути. Через несколько секунд процесс завершился, и сияющий чертеж, парящий в воздухе, исчез. Если бы только процесс Формирования Ядра был так же прост.

— Как интересно. Неудивительно, что Система так пристально следит за тобой. Но я вижу, что твое понимание Пустоты — не твое собственное. Оно несет в себе тень Левого Имперского Дворца и наследия, которым он управляет.

— Не волнуйся. Многолетняя Безграничность не имеет намерений вмешиваться в восхождение Пятого Столпа, ни в конфликт, который оно представляет. У нас нет ни квалификации, ни желания определять направление Эры, — ухмыльнулся тролль. — У всех нас есть свои собственные устремления.

— Тогда, ответ? — осмелился спросить Зак. — Что за древний конфликт? Как это связано с Уль. тем местом?

— Почему Эра заканчивается? — парировал Энго.

— Это. — Зак колебался, озадаченный внезапной сменой темы.

Сам вопрос был интересным. Дао было вечным, и Небеса выпускали и забирали энергию в бесконечном цикле. Почему это не могло продолжаться вечно? Неужели из вселенной утекает энергия или что-то в этом роде? Зак в конце концов покачал головой, показывая, что не знает.

— Достаточно сказать, что Небеса вечны, но они не статичны. Те, кто на вершине, могут влиять на Дао, и Небеса также меняются сами по себе. В Эре есть период быстрого роста, когда она восстанавливается после смерти предыдущей. Затем следует гораздо более долгая эра стабильности, когда Небеса движутся к своему пику. Мы сейчас на этой стадии. В далеком будущем вселенная достигнет своего Зенита. Но Небеса не перестанут меняться в этот момент, и культиваторы не перестанут навязывать свою волю на ткань реальности. Это приведет к тому, что Небеса разойдутся, а Дао станет более диссонирующим. В конце концов, Мультивселенная не сможет функционировать и будет разорвана на части, когда Дао рухнет. Некоторые считают, что этот естественный цикл роста и упадка — еще одно ограничение, которое нужно преодолеть. Культивация — это идти против судьбы, так почему бы не разбить Небеса и не посмотреть, что там? Только так наш потенциал может быть по-настоящему раскрыт. Только так путь культивации может двигаться к истинной Вечности. Небеса — последний привратник на пути к этой древней цели. Троны представляют волю величайших Императоров, тех, кто поднял свои мечи на Терминус.

Зак содрогнулся, вспомнив безграничный гнев Статуэтки в храме Ультома. Или воспоминания Эоза о прародителях, которые оставили свои дары в Бездне. Были ли они частью этой группы? Держась убеждения, что Небеса были тюрьмой, желая сломать пределы возможного. Была ли это печаль достижения вершины? Чувствовали ли они себя незавершенными, что их путь еще не закончился, но Небеса преграждали путь?

— Другие считают, что подобное действие уничтожит путь культивации. Если и существует Вечность, то ее можно найти, только совершенствуя Небеса и сливаясь с ними, а не уничтожая Дао. Зенит Эры — это ключ. Если они смогут запечатать Небеса в этот момент, взяв их под контроль, у них появится шанс на Вечность.

— Безграничный Путь и Путь Небес, — пробормотал Зак.

— Можно и так на это посмотреть, но все редко бывает таким черно-белым, — рассмеялся Энго. — Это грубое упрощение конфликта. В реальности существует столько же убеждений и путей, сколько и культиваторов. Трон не обязательно стремится уничтожить Небеса, а Печать не обязательно стремится их усовершенствовать. Большинство просто желают власти, которую эти титулы представляют, или видят в них ключ к достижению следующей стадии существования.

— Не беспокойся спрашивать меня о том, кто эти люди, — быстро добавил Энго, пресекши следующий вопрос Зака на корню. — Ты видел, как несколько слов могут иметь огромные последствия.

— Почему Девять Печатей и Восемь Тронов?

— Этого я не знаю, — пожал плечами Энго. — По какой-то причине так устроены Небеса. Восемь Столпов поддерживают Небеса, а Девять Печатей держат все под контролем. Если бы не те, кто находится на вершине пищевой цепи и захватили уголки Дао, то каждое Пик Дао представляло бы либо Печать, либо Трон. Так было на протяжении нескольких Эпох. Возможно, присущая природа Небес склоняется к сохранению, а не к разрушению?

Зак нахмурился, глядя на столпы вокруг себя, вспоминая конфликт, упомянутый Пералой Джанодрок. Конфликт из-за направления Эры. Это определенно было связано с этой борьбой. Некоторые фракции хотели захватить Ультом и использовать его, чтобы разбить Небеса, в то время как другие хотели попытаться стать Небесами и запечатать Дао, чтобы предотвратить его расхождение. И как это было связано с Системой и путем Небес? Было ли в Системе что-то большее, чем официальная история о том, что это было тренировочное устройство для войны Безграничной Империи? Вот почему Система так отчаянно хотела его Моты Хаоса? Была ли ее цель — усовершенствовать свое понимание Дао до того, как Небеса достигнут Зенита?

— Не нужно выглядеть таким обеспокоенным, — сказал Энго. — Это дело, в конечном итоге, для тех, кто на вершине. Просто знай, что восхождение следующего Столпа привлечет людей с обеих сторон конфликта, наряду с нейтральными сторонами, просто ищущими власти. А с такими ставками битва будет более чем жестокой.

— Какие стороны на чьей стороне? — спросил Зак.

— Это тебе придется выяснить самому, — фыркнул Энго, глядя в небо. — Мастер, кажется, чувствует, что я уже слишком много говорю. Что ж, это была интересная встреча, так что я немного больше нарушу правила. Тебе стоит посетить Карьер, прежде чем ты начнешь работать над своим ядром.

Было еще много вещей, о которых Зак хотел спросить, например, подробности об Ультоме. Но Зак знал, что это конец, поэтому поклонился в знак благодарности.

— Благодарю за наставление.

Тролль кивнул и мгновение спустя исчез, как будто его никогда там и не было.

— Счастливчик, — сказал Нуль. — Но, полагаю, это логично. Твое ядро очень странное. Было бы странно, если бы ни босс, ни его ученики не проявили никакого интереса к твоей идее.

— Значит, они просто притворялись невозмутимыми и собранными? — улыбнулся Зак.

— Я имею в виду, это все еще просто Космическое Ядро, — хихикнул Нуль. — Лорд Энго миллионы лет, и его заботит только завершение своего Столпа и вознесение. Разве он потеряет самообладание из-за умной идеи мальчишки? Возможно, он пожалел тебя, потому что ты также идешь по чистому пути к сломанной вершине?