Алекс Тейлор отводит глаза.

– Если честно, последние годы я просто не думал о том, чтобы вернуться. У меня и цели такой не было. Я чувствовал себя нужным здесь.

– Понятно, – цежу я. – А Майе ты, значит, был не нужен? Она выхаживала тебя после заражения, ушла за тобой из Академии, а ты принял решение за неё. Это эгоизм, Алекс Тейлор.

Его передёргивает. Некоторое время он молчит.

– Ты не была на моём месте, – наконец, сухо отвечает Тейлор.

– На каком именно?

– Остаться без магии – это наполовину умереть. Я уходил из пустоты в неизвестность. И ты считаешь, я должен был позвать её с собой? Вот это было бы эгоизмом.

Уверенности у меня поубавилось, но полностью согласиться с ним не могу.

– А почему бы и нет? Если бы она отказалась, это был бы её выбор.

– Она была молода и красива. Ты очень на неё похожа, Мели, – говорит он с тоской.

И у меня слёзы подступают к глазам.

– Я надеялся, что Майя найдёт мне более удачную замену и будет счастлива, – продолжает Тейлор.

Возможно, так и случилось. Тот, кого она любила, ушёл, а я оказалась лишней в её новой жизни.

– А о тебе, – заканчивает Алекс, – о том, что ты должна появиться на свет, я не знал.

Смаргиваю слезинку. Очень надеюсь, что он не заметил моей слабости.

– А ты остался бы?

– Не знаю, – неуверенно начинает мой несостоявшийся отец, но уже в следующий момент поднимает глаза и смотрит прямо на меня. – Нет. Скорее всего, нет. Без магии я стал тенью самого себя.

Ну что ж, по крайней мере честно.

– Я стал другим, почти потерял разум, – продолжает объяснять Алекс. – Майя всё равно со временем разочаровалась бы во мне и ушла. А если бы осталась, была бы несчастной.

Он замолкает.

«А если бы она последовала за тобой по доброй воле?» – хочу сказать я, но что-то останавливает меня. Откуда мне знать, как поступила бы неизвестная мне женщина?

Тут в себе бы разобраться. Как в таком случае поступила бы я?

Если бы Кестер потерял магию и изменился до неузнаваемости, я бы его бросила? Нет. В этом я уверена. И тем более я уверена в том, что, если бы Кес вот так исчез в разломе, а у меня остался ребёнок, я бы не отнесла его в приют. Может, это потому, что я понимаю, как тяжело расти с мыслью, что от тебя отказались? Но откуда знать об этом аристократам? У одного героическая великая цель, у другой – возможно, новое семейное счастье.

И всё же, что если Майя не отказывалась от меня, а с ней случилось что-то ужасное?

Какой вариант из этих двух мне было бы легче принять?

– Я ничего о ней не знаю, – с горечью признаю я. – Я не могу предположить, как она поступила бы.

Алекс кивает.

Всё это я тысячу раз уже пережила и выплакала в подушку ещё в детстве. Так почему же опять больно? Может, потому что сейчас вижу перед собой человека, который мог поступить и по-другому? Мог или нет? Как это – жить без магии?

Больно становится так, что дыхание перехватывает. Я принимаюсь растирать ладонью грудь и натыкаюсь на колье. Бездумно избавляюсь от него и от серёг, складываю на стоящий у дивана столик. Это не моё. Вся эта роскошная жизнь не для меня.

Знаю, как поступила бы я. Но знаю ли я Кестера? Одно дело – красиво одеть девушку…

Эй, Мели… Вот сейчас ты точно не о том думаешь. Кес не раздумывая бросился на защиту там, в карете. И последнее, что я помню, перед тем как Сажик открыл разлом, – это рывок Кестера ко мне.

– Ладно, – хрипло говорю я. – Нет смысла гадать, что и как могло быть. Сажик может снова отправиться в наш мир?

– Может, но не в ближайшее время. Твой напарник понял, куда ты исчезла?

Пожимаю плечами.

– Всё случилось внезапно. Но Кестер знает о Сажике и знает о моих видениях. Если послать на ту сторону кота, то, думаю, он и магистры разберутся.

– Прямо сейчас не получится. Тот, кто заселился в Сажика, потратил весь свой ресурс на то, чтобы открыть портал для тебя. Ему нужно восстановиться, либо же нам придётся ждать естественного открытия разлома.

– А кто в нём, в Сажике? – с тревогой спрашиваю я.

Поворачиваюсь в поисках Клыкастика и ахаю. Куда делся мой кот? Из тёмного угла выступает громадина размером с пантеру.

– Не пугайся, Мели, на этой стороне Альфин всегда так выглядит. Он тут дома.

Ага, не пугайся. Я невольно вжимаюсь в спинку дивана. Клыки у Сажика тоже подросли.

– Альфин – это кто?

– В прошлом один из магов этого мира.

– Что? То есть это взрослый мужчина, а я получается при нём…

– Переодевалась?

– Да он спал у меня на подушке! – возмущённо восклицаю я.

– Мели, о каких глупостях ты сейчас думаешь. – Алекс закатывает глаза. – Он давно не человек. Погиб двадцать лет назад.

Так, спокойно, Мели. Он ещё и мёртвый к тому же. Ледяная волна прокатывается по спине.

– Ты не того сейчас пугаешься, девочка моя, в этом мире есть опасности куда более серьёзные, чем душа мага, защищавшего этот мир. Давай я сейчас налью чай из местных трав и всё постепенно расскажу? Прорыва сегодня не должно быть. Так что время у нас есть.

– Прорыва в наш мир? – оживляюсь я.

– Нет, Мели, прорыва в этот мир из Бездны.

Пользуясь моим молчанием, Тейлор отходит к круглому мраморному столику в углу комнаты, на котором стоит стеклянный кувшин с водой, чашки и какие-то банки.

А я смотрю ему в спину, пытаясь осмыслить и объединить всё, что я уже знаю, в нечто разумное и понятное.

– Ты говорил Арону, что тёмные сущности сбегают в наш мир, чтобы спастись.

– Это тоже из твоих видений? – спрашивает Алекс.

– Конечно. Так что здесь происходит? И… кто живёт в этом мире?

– Люди, – просто отвечает Тейлор.

Ну да, я и сама могла бы уже догадаться. Окидываю комнату изучающим взглядом. Вполне обычная, если не считать, что потолки очень высокие и от стен веет холодом. Ощущение, что мы в замке. Аскетичная обстановка, но всё необходимое есть. Мебель простая: шкаф, кровать, столик, возле которого сейчас стоит Алекс, и прямоугольный письменный стол рядом с окном. На столе высятся аккуратные стопки книг. Само окно широкое, вверху закругляется в форме арки. На полу ковёр, жёсткий даже на взгляд, скорее всего для того, чтобы сохранять тепло. Однако полностью от промозглого холода он не спасает. Стены тоже закрыты чем-то наподобие гобеленов или ковров, но без рисунка. Однотонный сливочный цвет.

В общем, всё как у людей.

– Что здесь не так, как у нас?

– Магия, – коротко говорит Тейлор.

Он заканчивает свои манипуляции с водой и травами, и я слышу звук льющейся жидкости. По комнате распространяется душистый аромат. Узнаю чабрец и мяту. Есть и незнакомая нотка, но тоже приятная.

– Готово.

Алекс направляется ко мне с двумя чашками в руках. Передав одну мне, он устраивается в кресле напротив кровати, на которой по-прежнему сижу я, скрестив для удобства ноги. Широкий подол платья это позволяет.

Беру чашку обеими ладонями и только сейчас чувствую, что замёрзла. Грею руки и осторожно делаю первый глоток. Горячо, но терпимо. И, главное, не приторно. В рот попадает листик мяты и крупная ягода. Раздавливаю её языком о нёбо. Приятная кислинка растекается во рту. На пару мгновений появляется иллюзия, что я в своём мире.

– Теперь слушай, – начинает Алекс. – Здесь, как и у нас, есть обычные люди, а есть маги. Только здешняя магия серая по сравнению с нашей светлой.

– Ты хотел сказать «тёмная», – перебиваю я.

– Нет, Мели, я хотел сказать «серая».

– Погоди, – упрямо продолжаю я, опуская чашку. – Я видела, как от заражённого отделился чёрный сгусток. Именно он переселился в Сажика.

– Ты просто не видела настоящей тьмы.

Это сказано так сурово, что я больше не перебиваю. Я здесь не больше часа, а он – около двадцати лет. Смотрю на складку, залёгшую у него между бровями. Пожалуй, ему тут было несладко. Может, я не очень справедлива к нему со своими детскими обидами?

Много времени рассказ Алекса не занимает.

Тьма, приходящая из Бездны, питается здешней магией. У души погибшего мага есть два пути: позволить мраку поглотить себя и этим сделать врага сильнее или сбежать через разлом в наш мир и там искать приют. Если учесть, что у разломов дежурят светлые маги, то шанс выжить почти отсутствует.

Мне становится холодно. И я уже другими глазами смотрю на кота, растянувшегося на полу. Мы ведь могли его убить. Не кота, конечно, а мага. Хотя тогда и жизнь Сажика стала бы короче.

– И что, он теперь таким и останется? – с содроганием спрашиваю я.

– Увы.

Какой ужас! Превратиться в животное, которое даже слова не может сказать.

И тут мне в голову приходит ещё одна мысль.

– Погоди, а это тот же самый маг, который приходил двадцать лет назад?

Алекс кивает.

– Альфин первым сообразил, что от нашей магии может быть польза. Бездна питается серыми магами, но против светлых она ничего не может сделать. Мы для них сильнейший яд.

– И он тебя убедил отправиться с ним?

– В тот приход он впервые подселился в Сажика. И очень часто появлялся у меня в лазарете. А я в своих снах всё чаще видел этот мир.

– Послушай, а как всё это связано с тем, что у тебя исчезла магия? – продолжаю допытываться я. – И почему она вернулась здесь?

– Если б я знал, – пожимает плечами Алекс. – После того как я… как мы с Майей покинули Академию, магия понемногу начала возвращаться. Очень медленно. А здесь, в этом мире, процесс пошёл быстрее. Возможно, причина в том, что мне в первый же день пришлось вступить в бой. Я впервые за долгое время почувствовал себя нужным. Ну а потом здесь, в Академии, нашлись специалисты, которые ускорили моё восстановление.

– В Академии? – удивлённо переспрашиваю я.

Алекс обводит рукой помещение.

– Это всё Академия. Здесь я живу и преподаю. Но, к сожалению, из тёмных магов светлых не сделать. У наших магий разная природа. Приходится больше внимания уделять боевой тактике и стратегии. Так что я стал деканом боевого факультета. Отсюда мы отправляемся защищать этот мир от тварей Бездны. Тут всё проще и одновременно сложнее, чем у нас. Проще: разлом открывается только в одном месте и всегда в одно и то же время. Сложнее: кроме меня, светлых нет. И поэтому Око Бездны, как его здесь называют, появляется снова и снова. Мы перечитали все трактаты и нашли описание одного древнего ритуала. Место разрыва можно запечатать раз и навсегда, но для этого нужно ещё не менее трёх сильных светлых магов.

– И поэтому ты искал Арона? – понимающе киваю я.

– Надеялся, что он выведет меня в наш мир, а я уже постараюсь там объяснить, в чём проблема. Вот только чтобы провести сюда людей с нашей стороны, им пришлось бы впустить в себя тех, от кого они десятки лет защищали наш мир.

– То есть… – Мой голос начинает садиться от волнения. – Человек без тёмной сущности внутри пройти сюда не сможет?

Понимаю, что до этого момента я подсознательно надеялась, что Кестер поймёт, где я, и придёт за мной.

– Почему не сможет? – удивляется Алекс. – Ты же прошла. Но нужен проводник. Твоим стал Альфин. Любой маг нашего мира, которого коснулась тьма, может пересечь границу и провести с собой других. Вот только идти придётся через стихийный разлом. Открывать портал – это отдельное искусство.

Стук в дверь прерывает рассказ Алекса. Приглашения посетитель не дожидается. На пороге появляется щуплый юноша.

– Магистр Тейлор, – торопливо говорит он. – У нас прорыв…

– Что? – Алекс вскакивает. – Это невозможно.

– Прямо во дворе Академии, – взволнованно уточняет юноша.

Первым в приоткрытую дверь выскальзывает Сажик. Хотя теперь это скорее Сажище, с его-то размерами.

Парень еле успевает отскочить. Ну да, маленького котика он и не заметил, потому что откровенно пялится на меня.

Не привык видеть разряженных девиц в спальне магистра?

Лязг металла за спиной. Поворачиваюсь. Алекс уже держит в руках обратным хватом два меча. Я не успела заметить, откуда он их извлёк.

– Здесь безопасно, – быстро говорит Тейлор, вкладывая мечи в ножны и быстро застёгивая перевязь на поясе. – Если что, ставь обычный щит. Умеешь?

Ну уж нет. Почему-то остаться одной мне кажется страшнее, чем пойти с… отцом? Очень неожиданно для меня самой, но сейчас я ощущаю, что самое безопасное место в этом мире – быть рядом с этим суровым воином. Все мои детские обиды пятятся прочь. И думать об Алексе Тейлоре, как о постороннем, мне становится трудно.

Обдумывать свои новые ощущения сейчас нет времени.

– Я с тобой! – Я подскакиваю и чуть не падаю, запутавшись в подоле платья.

– Прямо в этом? – хмыкает он.

– А у тебя есть, во что переодеться? – сердито спрашиваю я, косясь на остолбеневшего юношу.

Вот его штаны и рубашка мне бы больше подошли по размеру. А роскошное платье годится только для того, чтобы красиво вышагивать под ручку с Кестером. Гоню от себя щемящее воспоминание о своём любимом. Потом, всё потом.

Расправляю ткань. Исподлобья смотрю в упор на отца.

– У тебя нет оружия, – тоном, привыкшим повелевать, говорит он уже от двери. – Останешься здесь.

– Ничего, щит поставлю, – огрызаюсь я, и не думая уступать. – Сам сказал, что наша магия для них яд.

Мелькнувшее на миг сомнение «А вдруг здесь моя магия не сработает?» развеиваю, подбросив вверх крохотный огненный шарик.

Охает в дверях щуплый юноша.

– Идём, – сдаётся отец и добавляет для невольного свидетеля: – Это моя дочь.

Мне кажется или в его ворчливом замечании появляются нотки гордости?

Юноша быстро отступает в коридор, пропуская нас. Ну ещё бы, широкие плечи отца занимают весь дверной проём, да и подол моего платья требует пространства.

Семеню вприпрыжку на каблуках вслед за отцом, который несётся по длинному коридору с многочисленными ответвлениями, не обращая больше на меня внимания. С досадой думаю о том, как нелепо я сейчас, должно быть, выгляжу. Ну да чего уж там. Сама вызвалась. Мне бы не отстать. Без него я тут заблужусь.

Коридор, поворот, лестница, тупик. Ан нет, не тупик. Отец прикладывает ладонь к витиеватой руне на стене, и в каменной кладке открывается проём.

– Тут быстрее, – коротко отмечает он.

Да уж, чувствуется, что замок огромен и потеряться здесь чужаку проще простого.

Узкая и крутая лестница вниз. Главное – ногу не подвернуть и не слететь вниз. Впрочем, впереди всё перекрывает мощная фигура отца, а внутри меня крепнет уверенность, что в случае чего он меня поймает. Однако падать, чтобы проверить, необязательно.

Последнее препятствие в виде дубовой двери, которая от толчка руки Алекса Тейлора распахивается, с грохотом ударяясь о стену, и мы оказываемся в огромном дворе, вымощенном гранитными плитами.

Десятка два мужчин стоят широким кольцом и с оружием наготове, а в просвете между их спинами я вижу стоящего с обнажённым мечом…

– Кес!

Я на скорости вклиниваюсь между людьми, бесцеремонно их расталкивая.

– Мели.

Он подхватывает меня одной рукой, не выпуская, однако, меч из другой.

Прижимаюсь к его груди, вдыхаю знакомый запах сандала с терпкой ноткой и… реву.

Ещё мгновение назад я мчалась вслед за отцом, готовая сражаться с монстрами, а сейчас с меня слетает внутреннее напряжение, и растворяется всё выработанное за время жизни в приюте недоверие к людям всех миров.

Я чувствую себя очень слабой и одновременно защищённой. Мой любимый пришёл за мной, хотя это казалось невозможным. А мой отец стоит за моей спиной, и я знаю, что человек, который десятилетиями бился за два мира, очень надёжен.

А всё остальное наносное.

– Адепты, – гремит голос отца. – Р-расходитесь. Тревога ложная. – И через паузу уже негромко: – Убирай своё оружие, парень. Здесь все свои.

Кестер умудряет вложить меч в ножны и обнимает меня уже двумя руками.

– Мели, – шепчет он, зарываясь лицом в мои волосы. – Я так испугался за тебя.

Шмыгаю носом и прижимаюсь к нему ещё сильнее.

– Мне было очень страшно, – тихо говорю я, пытаясь остановить поток слёз.

– Ни на шаг больше не отпущу… Люблю тебя, Мел-ли.

И все мои попытки успокоиться обрушиваются в бездну.

Кестер гладит меня по плечам. Между нами нет пространства. Под щекой перекатываются его литые грудные мышцы. Слышу грохот его сердца. Мой Кес! Только сейчас понимаю, что он мой. Единственный и любимый.

В чувство приводит голос отца, раздающийся неподалёку.

– Господин ректор, надо будет собрать всех магистров и обсудить хорошие новости.

– Да, сегодня же, – отвечает ему незнакомый бас, в котором я чувствую улыбку. – У вас с Альфином всё-таки получилось!