Маша
Я сижу на столе. Так получилось. Я начала спускаться, Роман задал мне каверзный вопрос… и я просто села на попу. И зависла. От растерянности.
Что сказать?
Босс точно не одобрит личных отношений между подчиненными. Вон как смотрел на парней, которые пришли мне помочь. По его виду сразу ясно: шуры-муры на работе под запретом.
Бесит его, когда люди отвлекаются от трудового процесса.
С парнями, кстати, вышло забавно. Они приходили один за другим! И каждый раз, когда открывалась дверь, я надеялась, что это Богдан.
Но Роман Андреевич появился раньше.
И зачем он только вспомнил эту кладовку! Это… нечестно. Я только все забыла, закопала в дальнем уголке памяти. Я смотрю на него, как на начальника. А не как на мужчину, который лазил мне под юбку и сумел…
О… он невероятно умелый! Одними только касаниями пальцев довел меня до…
Так! Зачем я сейчас это вспоминаю? Это все босс виноват! Кто его за язык тянул?
Лично мой язык завязан узлом и я не собираюсь рассказывать боссу, что в кладовке мы поджидали Богдана. И что у меня с ним что-то есть. Обойдется!
Если бы Богдан узнал, чем мы с Романом Андреевичем занимались тогда в кладовке – он бы умер от ревности.
Мне нравится, когда он ревнует. Очень. Но та ситуация – точно перебор. Богдану не нужно знать, куда наш босс засовывал свои пальцы…
Которые сейчас лежат на моей коленке. А я смотрю на них и чувствую, что горло пересохло. Настолько, что я не могу говорить.
Мне жарко. То есть холодно. Блин, почему я дрожу?
– Так кого вы собирались кастрировать? – снова спрашивает босс.
А его пальцы рисуют огненные узоры на моем колене. Горячие дорожки мурашек бегут от его пальцев вверх. По бедрам. Прямо туда…
Он слегка надавливает указательным пальцем на коленку. Меня прошибает разрядом тока. У меня четкое ощущение, что он надавил на… И сейчас нежно и аккуратно ласкает…
Боже.
Это полное сумасшествие!
– Мы собирались… Мы хотели… Прекратите! – вскрикиваю я.
– Что?
Его палец замирает. Я шумно вдыхаю. Все это время я забывала дышать!
Я не могу сосредоточиться и придумать более или менее приемлемую версию… Он меня отвлекает! Снова.
– Это вас надо кастрировать! – вырывается у меня.
– Что?
А я внезапно вспоминаю новые подробности наших посиделок в кладовке.
Да, он залез ко мне в трусики.
Но я начала первая! Это я первая стянула с него трусы. И схватила его за… Боже. Я невольно смотрю на его пах. И вижу очертания скрученного удава.
Я помню, какой он! Я держала его в руке и…
Нет, больше я ничего не сделала. Я осознала, что это не принадлежит моему парню. У него все немного не так…
– То есть, это не было ошибкой? – спрашивает босс.
– Не-а, – я мотаю головой.
Пока еще смутно представляя, что буду говорить дальше.
– Но… что я сделал плохого? Я недавно приехал в город. Я никого из вас не знаю!
– Да ничего! Мы просто напились шампанского…
– Ах, вот в чем дело! Я примерно так и предполагал.
– Напились, вспомнили, что все мужики козлы…
Ну все. Меня понесло.
– Прям все? – сомневается Роман.
– Все! А вы… Вы такой…
– Какой?
– Красивый.
– О!
Он приятно удивлен.
– Ага, – киваю я. – Вы такой весь брутальный, к тому же на стиле…
– И что?
– Значит, по-любому козел.
Его глаза распахиваются, а ладонь резко сжимает мое колено. Теперь он не просто удивлен – шокирован. А что? Шок – это по-нашему.
– Л- логика, – бурчит он.
– Это логично! – запальчиво объясняю я. – Красивый, значит, нравитесь девушкам. Значит, разбили не одно сердце. правда же?
– Ну…
– У вас есть девушка?
– Сейчас нет.
– А была?
– Ну конечно.
– Сколько их у вас было?
– А тебе не кажется, что это уже личные вопросы?
– Ну и что. Мы же с вами… друзья?
– В смысле, я твоя подружка? Ты мне рассказываешь про своих загоны, я тебе – про своих бывших?
– А что? Все логично, по-моему.
– Да уж, Маша, с логикой у тебя полный порядок…
Я глупо хихикаю.– Конечно! Мужики – козлы, которых надо кастрировать. Вы – мужик. Значит… доставайте свою сосиску, у нас есть для нее секатор!
Уже чувствую, что меня слишком занесло. Жалею, что ляпнула последнюю фразу. Но слово не воробей…
– Доставать, говоришь?
Он идет к двери.
И – поворачивает ключ в замке.
Мамочки… что он собирается делать?