Тео

Как погодка в Чикаго, Ханна?

Я застыла. Не может быть. Как он узнал, где я?

И только сейчас заметила, что вместе со статьёй улетела и геолокация моего отеля. Ну как можно быть такой глупой?

Я быстро убрала геолокацию из общего доступа и схватила ноутбук, телефон и куртку.

Бежать, снова бежать.

Сердце стучало в груди так громко, что я еле услышала, как смартфон ожил вновь. На этот раз звонила Кейт.

– Боже, Ханна, что ты натворила? – с ходу начала она, её голос был испуганным и нервным.

– Я просто написала правду, Кейт, как ты меня и учила.

– Я сказала ему, где ты, – вдруг заявила она, и я чуть не выронила телефон из рук.

– Что ты сделала?!

– Прости, Ханна. Он был очень настойчив и выглядел так… плохо. Я не могла ему отказать.

– Твою мать, Кейт, да ты издеваешься надо мной! – взревела я. – Поговорим позже. Мне нужно идти, – не дожидаясь ответа, я отключила связь и бросила телефон в сумку.

Найдя карту от номера, я рванула к двери. В голове теперь звучал только один вопрос: успею ли я уйти до того, как он меня найдёт?

Когда я распахнула дверь, из моего горла вырвался беззвучный крик. Тео собственной персоной стоял напротив меня – промокший, с опущенными плечами и потухшим взглядом. В руках он держал свой смартфон, и я отчётливо видела, что было на экране – моя статья.

Я сглотнула и сделала шаг назад. Какой смысл бежать? Он меня уже поймал.

«Радуйся, Ханна, ты привлекла его внимание, как и хотела», – злобно захихикало гадкое подсознание.

Не ожидала, что карма настигнет меня так скоро.

– Привет, Птичка.

– Что ты здесь делаешь, Маршалл? – спросила я, стараясь не выдать того, как тяжело мне даётся каждый вдох.

– А ты?

– Не твоё дело.

Злость помогала не поддаваться его магнетизму. Я решила выйти, но не успела – его рука перекрыла мне путь, впечатавшись в косяк прямо перед моим лицом.

– Опять сбегаешь, Ханна? – вкрадчивый хриплый голос пробрал меня до костей.

Я ударила Маршалла по предплечью, вновь попыталась обойти, но он ловко перехватил меня и прижал к себе.

– Пусти, или я закричу! – задёргалась я. – Убирайся к чёрту!

– Ты хотела поговорить со мной. Вот теперь мы поговорим.

Он завёл меня обратно в номер, захлопнул за собой дверь и только тогда отпустил меня.

– Я не хочу с тобой разговаривать! – заорала я, швыряя сумку на пол. – Ни видеть тебя, ни слышать больше не желаю! Ты грёбаный лжец! Всё это время использовал меня! Хотел вернуть свою бывшую, с которой встречался шесть лет, а я тебе просто скрасила одиночество, да? Мог бы сразу сказать, трус!

Он молчал и просто хмуро смотрел на меня на протяжении пяти минут, пока я орала, как сумасшедшая, выплёскивая на него всю свою желчь.

И когда я, выдохшись, уже собиралась влепить ему смачную гневную пощёчину, он перехватил мою руку и рявкнул:

– Хватит! А теперь успокойся и выслушай меня!

– Не хочу я слушать тебя, – процедила я, выворачивая руку, но Тео развернул меня и прижал спиной к своей груди.

– Я не отпущу тебя, пока мы не поговорим, Птичка, – прошептал он мне на ухо, и я почувствовала, как наши сердца бешено колотятся в унисон, а его запах проникает в ноздри и обволакивает меня с головой, невольно успокаивая. – Дай мне пять минут, и я постараюсь всё тебе объяснить.

– У тебя был шанс – больше его нет.

Я вновь дёрнулась, и он отпустил меня. Я отступила от него, потирая запястья, и налила себе воды, так как горло ужасно пересохло и болело после криков.

– И всё же я скажу. – Тео опёрся спиной о дверь, видимо, чтобы я не сбежала. – То, что ты написала про меня в своей статье – правда?

Я с шумом проглотила воду и молча кивнула, хотя на самом деле в моей груди была пустота. Статья помогла мне выплеснуть негатив, но облегчения не принесла.

Всё, что она принесла мне – это Маршалла на порог.

– Что, неприятно стало? Ты сам во всём виноват, – съязвила я. – Оттолкнул меня, не объяснив НИЧЕГО. Не разговаривал со мной неделю, а сегодня я увидела, как ты сидишь в ресторане и обнимаешься с бывшей. Или уже с настоящей? Понравилось ей кольцо?

Он вдруг вытащил из внутреннего кармана пиджака синий футляр. Тот самый, который я видела на столе. Внутри было красивое золотое кольцо с рубином.

– Это кольцо ты видела?

– Я не видела кольцо, видела только футляр.

– Этот?

– Вроде этот. Я не всматривалась.

Тео тяжело вздохнул и убрал кольцо обратно.

– Это фамильное кольцо моей бабушки по маминой линии. Семейная реликвия. Мама попросила меня забрать его у Сары, поэтому я и встретился с ней. Если ты была там, почему не подошла ко мне? На твоём месте я бы молчать не стал.

– Потому что я не психопатка, как ты, – огрызнулась я, хотя в свете последних событий чувствовала себя именно так.

Тео кивнул, его лицо вдруг помрачнело.

– Я встретился с ней ещё и для того, чтобы узнать, почему она изменила мне.

Мои брови невольно взлетели вверх.

– Она изменила тебе?

– Да, год назад. Спустя шесть лет отношений.

– Почему ты никогда не рассказывал мне об этом?

– Потому что я был слишком горд, чтобы признать, что мне больно. Не хотел, чтобы ты считала меня слабым.

– Я бы никогда не посчитала тебя слабым из-за этого. Боль – это не слабость. Ты мог быть со мной честным.

– Теперь я это понимаю. И мне жаль.

Моё сердце ёкнуло от его искренности, но я встряхнула головой. Не время для сентиментальных размышлений. Мне нужны ответы.

– И что, узнал, почему она изменила тебе?

Тео горько усмехнулся.

– В этом изначально и крылась причина моего решения… порвать с тобой, Ханна, – признался он, и я от неожиданности села на кровать.

– В каком смысле?

Он сделал осторожный шаг ко мне, словно боялся меня спугнуть. Я не пошевелилась, и тогда он сел на корточки рядом со мной, на расстоянии вытянутой руки.

– Мой отец был тираном, помешанным на власти и контроле. После его смерти я встал во главе компании и сам не заметил, как стал таким же – бесчувственным ублюдком, подавляющим вокруг всё живое. Сара сказала, что жила со мной, как в клетке, и изменила мне специально, зная, что я не прощу предательства – иначе я бы её не отпустил. Поэтому я оттолкнул тебя. Не хотел повторения. Я знаю, как со мной может быть тяжело.

Слова вырвались сами собой:

– Но ты изменился, Тео…

– Нет, я был точно таким же, когда познакомился с тобой. Вспомни, как я угрожал тебе на второй день нашего знакомства. Как ты сама хотела уйти от меня.

– Ты изменился, Тео, – упрямо повторила я.

Он покачал головой и поднял на меня тяжёлый взгляд чёрных глаз. Я сглотнула.

– Это не вся правда, Ханна, – сказал Тео тихо, и под ложечкой неприятно засосало. – Убийство Оскара заказал я.

Моё тело будто окаменело и потеряло способность дышать. Мысли превратились в вязкую кашу, но из горла всё же вырвалось хриплое:

– Ч-что?..

Тео пожал плечами. Так, будто речь шла не о чьей-то смерти, а о подписке на Netflix.

– Кто-то дарит своим женщинам бриллианты, а кто-то – головы их обидчиков.

Он приблизился ко мне почти вплотную и мягко обхватил мои икры. Я еле удержалась от того, чтобы не отползти на другой конец кровати.

В ушах застучало так сильно, что я перестала что-либо слышать. Только свой пульс и голос Тео, прозвучавший где-то внутри:

«А если бы можно было сделать больше?.. Навсегда убрать его из жизни…»

Мурашки пробежали по спине.

Я вспомнила, как тогда не придала значения его словам. В тот момент я просто обняла его, успокаивала, уговаривала не идти в темноту. И теперь эта фраза звенела в голове, как выстрел.

«Ты что, планируешь… убить его?»

«Нет, конечно нет. Просто спросил».

Просто спросил. Слишком спокойно, слишком уверенно. Как будто он уже всё решил. Уже сделал.

Я не заметила подвоха в его голосе, но и правды… я не почувствовала.

Нет, он не мог… Я не верю.

– Ты… ты серьёзно? Ты убил его?

– Я был тем, кто отдал приказ.

– Когда?

– 1 ноября.

– Как? Но ты же спросил меня… хочу ли я… – Слова давались с трудом, но Тео сразу понял, о чём я.

Не отрывая от меня внимательного взгляда, он ровно произнёс:

– Когда я спросил тебя, я уже заказал его.

– Зачем тогда ты спрашивал, если уже всё решил? – вскрикнула я и прикрыла рот рукой. Затем еле слышно прошептала в ладонь: – Зачем ты сделал это, Тео?

– Я сделал это ради тебя, – ответил он, и я затрясла головой.

– Я не просила об этом. Я хотела, чтобы он просто сел в тюрьму. Я не защищаю его, но он ведь… он ведь никого не убивал…

– Он ломал жизни, даже не задумываясь о последствиях, Ханна. Одну из девушек он чуть не довёл до самоубийства. А может, даже не одну.

– Я не знала этого, – прошептала я.

– Я не говорил, чтобы не расстраивать тебя, – холодно сказал Тео и поднялся на ноги. – Его посадили в тюрьму, но такие, как он, обычно выходят раньше и начинают всё сначала. Он бы продолжил ломать жизни, снова и снова, пока кто-нибудь опять не остановил бы его. Или не остановил. Лучше избавиться от гнилого плода, прежде чем он заразит все остальные…

Он продолжал говорить, приводить какие-то аргументы, а я не могла отвести взгляд от его полыхающих глаз.

– Ты сам себя слышишь? – Я не выдержала и вскочила на ноги. – Так нельзя, Тео! Ты не судья и не грёбаный Бог, который может решать, кому жить, а кому умирать!

– Знаю. Но я не мог оставить его в живых после всего, что он сделал с тобой, детка. Это бесчеловечно. Я хотел быть уверен, что он никогда больше никому не навредит, чтобы ты больше не боялась ни его, ни его папаши.

– О боже, его отца ты тоже?..

Он вздохнул и вдруг усмехнулся.

– Нет, я же всё-таки не убийца, Ханна. – Его чёрные глаза впились в мои. – Когда я задал тебе тот вопрос, устраивает ли тебя участь Оскара, я думал, ты поймёшь меня. Но я решил узнать твой ответ тогда, когда уже было слишком поздно что-то менять. Но твоё мнение обо всём этом я услышал. Это ещё одна из причин, почему я оттолкнул тебя – я боялся, что моя слепая ярость однажды навредит и тебе.

Я вздрогнула.

– А ты… можешь? Можешь навредить мне?

Тео покачал головой.

– Нет. Теперь я в этом уверен.

– То убийство… было очень жестоким, – выдавила я, обхватив себя за плечи.

Тео фыркнул.

– Ублюдок заслужил эти мучения…

– Хватит. Замолчи. Хватит!

– Ханна, пойми… – Он шагнул ко мне, но я отступила на два шага назад.

– Не подходи ко мне! Просто уйди!

Он замер. Его взгляд был полон боли – такой, от которой хотелось зажмуриться.

Я отвернулась, не в силах это видеть. До меня только сейчас дошло, что я понятия не имела, кто он на самом деле. Человек, с которым мы когда-то смотрели мультики в моей квартире, и тот, кто хладнокровно заказал убийство – это один и тот же человек.

Как, чёрт возьми, уложить это в голове? Можно ли доверять ему? И самое главное – в безопасности ли я рядом с ним?

– Ты боишься меня? – спросил Тео, словно прочитав мои мысли.

– Не знаю, – выдохнула я, не поднимая головы. – Я вообще теперь не знаю, кто ты, Тео. Пожалуйста, уйди. Оставь меня одну.

В номере повисла звенящая тишина. Тео не двигался, будто что-то держало его на месте.

Наконец, он тихо сказал:

– Хорошо.

Краем глаза я видела, как он хотел шагнуть ко мне, но не решился. Когда он уже был у двери, я сама чуть не сорвалась к нему, но сжала зубы и кулаки.

Нет. Он должен уйти. Я должна остаться одна. Мне нужно всё обдумать.

– Наверное, я правда не тот, кто тебе нужен, Ханна, – сказал Тео, не оборачиваясь. – И твоя статья только подтвердила это. Спасибо за честность.

Его слова были как удар под дых. Я тут же пожалела, что написала её. Там всё было ложью.

– Жизнь со мной – это жизнь на пороховой бочке, – продолжил Тео. – Найди себе хорошего мужчину, Ханна. Какого-нибудь милого голубоглазого ангелочка для разнообразия. Того, кто не будет разрушать и пугать тебя. Кого бы точно одобрил твой отец.

Я вздрогнула, слёзы душили изнутри, и я сжала зубы изо всех сил, чтобы не разреветься. Хотелось сказать ему хоть что-то. Извиниться за эту тупую статью, но язык не слушался, будто онемел.

Когда Тео открыл дверь, он бросил на меня последний взгляд, и я чуть не рухнула – в его глазах блестела влага. А ещё – вина, боль и любовь.

– Не нужно больше убегать, – тихо сказал он и попытался улыбнуться. – Я уеду, больше не потревожу тебя. Ты можешь вернуться в Нью-Йорк. Прощай, Ханна.

Он ушёл, а я так и осталась стоять, глядя на закрытую дверь. От осознания, что я его больше не увижу, слёзы хлынули сами собой, а в груди что-то лопнуло и исчезло.

Наверное, тот самый остаток моего сердца, который Маршалл только что забрал с собой.