Музыка гремит так, что Хелен с Питером, пробираясь сквозь потную пляшущую толпу, не слышат друг друга. Они ловят взгляды на себе – типичные представители среднего класса среднего возраста в безликой одежде из модных каталогов и магазинов «Маркс и Спенсер».

Но это не имеет значения. Это даже забавно. Питер усмехается, и Хелен ухмыляется в ответ, разделяя его веселье.

Толпа разделяет их, но Хелен, ничего не заметив, продолжает идти по указателям к гардеробу.

Какая-то девушка хлопает Питера по плечу.

Ошеломительно красивая, зеленоглазая, с тонкими темными косичками. Она улыбается, показывая клыки и высовывая кончик языка. Потом она наклоняется к нему и что-то говорит, но музыка заглушает ее голос.

– Простите? – переспрашивает Питер.

Она улыбается. Касается его затылка. Он замечает татуировку на ее шее. Два слова: ТОЧКА УКУСА.

– Я хочу тебя, – говорит она. – Пойдем наверх, проскользнем за занавес.

Питер вдруг осознает, что о подобном он фантазировал последние двадцать лет. Но теперь, когда он понял, что Хелен любит его, девушка его даже не заводит.

– Я с женой, – отвечает он и быстро уходит, пока у вампирши не появились новые идеи.

Он догоняет Хелен возле лестницы, и тут диджей включает песню, знакомую ему еще с давних времен. Толпа начинает бесноваться, как бесновалась под этот мотив еще в восьмидесятых.

– Ты уверена? – спрашивает Питер погромче, чтобы жена услышала.

Она кивает:

– Уверена.

Повернув за угол, они оказываются лицом к лицу с тщедушным гардеробщиком, который с подозрением таращится на них похожими на жучков глазенками.

– Это здесь продают вампирскую кровь? – спрашивает Хелен. – ВК?

Ей приходится повторить вопрос, чтобы гардеробщик расслышал. Наконец он кивает.

– Нам пять бутылок! – она улыбается и показывает пять пальцев. – Пять!