Высокие планы бытия

Мара была опустошена и разгневана. Ее вновь использовали, как тряпку, вытирая о нее грязь чужих амбиций. Младшая из трех сестер, она дарила людям радость и утешение. Она приносила в мир Милосердие. Если отдать смертных в руки Нарны и Иехиль, мир превратится в огромную тюрьму, где каждый вздох будет под надзором. Строгие порядки Нарны и жестокость Иехиль угрожали людям смертью, которую они сеяли без жалости. Мара не позволяла сестрам превратить мир в концлагерь. Она даровала людям право на ошибки и чувства, хотя боги часто ошибались сами.

Обе сестры сыграли на ее молодости и наивности. Она слушала их, как младшая слушает старших, выполняя все поручения. Нарна убедила ее лечь с князем демонов, чтобы завоевать его расположение. Ей было интересно, и она не понимала, к чему это приведет. Мара упивалась своей силой и властью, но демон оставил в ее душе темный след. Она все чаще пускалась в безумные загулы, а потом корила себя за слабость.

Сейчас она стояла обнаженная, чувствуя презрение в глазах дракона, который, не поддавшись чарам мази, отвернулся и улетел. Она хотела поиграть с ним, но все пошло не так. Корила она не Артема, дракона-человека, а себя и Нарну, жестокую и расчетливую тварь.

– Тварь! Тварь! – выкрикнула она, накинув на себя одежду. Она осталась в пещере с источником вечной жизни, который Нарна добыла, притащив в мир демонов. Источник наполнял богов божественной силой, отбирая ее у тех, кого приводили сюда. Драконов. Магические потоки перенаправлялись, и дракон, плененный женскими чарами, теряя силу и волю, становился игрушкой в руках Нарны. Она отправляла его в небытие, жаждая обрести его мощь. Сестра мечтала стать драконом, именно для этого был притащен из другого мира источник.

Мара разрывалась между желанием обрести силу дракона, как обещала Нарна, и долгом хранительницы. Она уже совершила ошибку, доверившись сестре, и была погребена на тысячу лет в трясину. Теперь, когда Артем вернул ее к жизни, она хотела найти покой и служить, как ей было предначертано. Но Нарна вновь плела свои интриги, толкая ее в пропасть.

«И что мне делать? Нарна враждует и со мной, и с Иехиль», – думала Мара. Эта коварная тварь не даст ей стать драконом. Она сама им станет или уйдет в небытие. И заберет ее с собой. Что-то нужно было предпринять. Но что? У кого спросить совета? У Марселона? Он не враждует с драконами, хотя и груб. Он умный и осмотрительный, несмотря на свою воинственность. Но он самец, что покрывает всех, до кого дотянется. «Ну и пусть», – решила Мара. Она иногда заглядывает к нему, как и Иехиль. Мара мстительно улыбнулась, поднялась с дивана и растворилась в подземелье хозяйки гор…

Иль пристально наблюдал за Озерами, словно цепной пес, охраняющий свои владения. Его самолюбие терзало его, как острый клинок. Сестры, эти коварные женщины, использовали его, как марионетку, не посвящая в свои замыслы, а лишь отдавая приказы: узнать то, поговорить с этим. Его влияние на Озерах таяло, как лед под весенним солнцем. Тифлинги, оставшиеся с ним, приносили тревожные вести. На Озерах начала зарождаться смута, пока еще тайная, но ядовитая, как дым от сожженного леса. Тифлинги сестер проникали в умы князей и старейшин, нашептывая им о несправедливости, о том, что великий князь обделил их землями, что они достойны большего. И князья, жившие у предгорий на востоке, начинали задумываться, терзаемые сомнениями и обидой.

Иль осознавал: если смута вспыхнет, его власть исчезнет, как утренний туман. Он не мог смириться с этим. Вновь он призвал бабку Агнессы и, сидя на старой завалинке, посмотрел на нее сурово, как на врага.

Они молчали, словно два старых воина, готовых к битве. Наконец, Иль заговорил, его голос был тих, но полон решимости:

– Ты права. Я должен помириться с Артемом и вернуть власть над Озерами. Артем может помочь мне в этом.

Тифлинг подняла взгляд, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на понимание. Она посмотрела на хранителя как на человека, который готов рискнуть всем ради своей цели. В нем даже промелькнуло нечто похожее на уважение.

– Ты направишься к Артаму и скажешь ему, что я готов помогать ему и Артему и прошу прощения за свои недальновидные поступки. Расскажешь, что племена рипов и румов, а может, и крейсы готовы предать союз Озерных княжеств, а хойду готовят нападение на Озерную жемчужину изнутри. Два отряда подойдут к Озерам одновременно. С гор подойдут дружины горцев, они должны отвлечь на себя силы ополчения и подойти к землям бывшего племени хойду. Пираты осадят Озерную жемчужину. Хойдрым придет якобы на помощь и откроет ворота города. Затем его должны будут избрать великим князем, а Артема убьют. Так боги хотят ослабить Артема. Ты поняла? – Он сурово посмотрел на тифлинга. Та ответила прямым взглядом и ответила совсем без страха:

– Поняла, Иль. И рада, что ты взялся за ум.

У Иля перехватило дыхание.

– Что ты о себе возомнила, тварь? – прошипел он, а Надежда лишь усмехнулась:

– Иль, ты лишь тень бывшего хранителя. Без Артема ты ничто, пустое место, и снова уйдешь в небытие. А без меня ты не сможешь наладить отношения с братьями. Подумай, прежде чем плеваться ругательствами. Твои тифлинги это видят и уходят от тебя. Они уходят к Арингилу, ангелу Земли. Понимаешь, он дает всем свободу, силу и будущее. А что даешь им ты?.. – Она не стала продолжать. Посмотрела с легкой усмешкой на замершего хранителя и произнесла: – Я пошла, Иль. Жди ответ.

***

Озерное княжество

Артам стоял на полуострове, в лагере гоплитов, и ждал вестей от Гросвара. Тот должен был как можно быстрее и незаметнее предупредить надежных князей Озер и передать приказ отправить дружины на защиту от горцев. Артам размышлял о походе в Мертвый город, чтобы окончательно очистить его от нежити и демонов. Он даже подумал попросить у Артема святую воду, которая, как он узнал из книги «Сокровенных знаний», должна была действовать и на демонов, и на нежить. Пока он планировал эту поездку, перед ним появилась брюнетка. Она обаятельно улыбнулась, заметив его хмурый взгляд, и села рядом.

– Привет, Артам.

– И тебе не хворать, Надежда, что снова тебя привело ко мне?

– Послание от твоего хранителя Иля.

Артем, услышав имя хранителя отверженных, не сдержался и поморщился.

– Понимаю, – произнесла Надежда, – но теперь я с хорошими новостями. Иль поумнел.

– А мне-то что с того, что хранитель Озер стал умнее? Это настораживает. По мне лучше, если он не включает свои мозги. – Артам повторил однажды услышанную фразу от Артема, он так обращался к нему, к Артаму, и говорил: «Ну включи мозги, Артам».

Тифлинг, услышав слова Артама, рассмеялась.

– Смешно, – покачала она головой. – Но теперь это хорошо. Он понял, что сестры богини его уничтожают, и решил помириться с Артемом и помогать ему, а заодно и тебе. Вот послушай, что он сообщил мне о планах сестер…

И тифлинг передала ему информацию, услышанную от Иля.

Артам слушал, нахмурив брови, и не перебивал женщину. После того как она замолчала, он спросил:

– Насколько я могу доверять словам Иля?

– Полностью. Я поговорила с его тифлингами. Они сейчас находятся в смятении, их покровитель слаб, и они постепенно покидают его. Некоторые переходят к Арингилу и просят прощения. Так что можешь полностью доверять моим словам и строить свои планы с учетом этой информации. Я передам его слова и Артему. Если ты хочешь что-то передать ему, скажи мне.

Артам подумал и кивнул.

– Хорошо, я приму к сведению твои слова, Надежда. А если увидишь Артема, передай, что мне нужна святая вода для очистки города Мертвых, пары бочек хватит.

– Это все? – спросила тифлинг.

– Да, остальное все по плану. Иди, мне подумать надо.

– Хороших мыслей, Артам, – прощебетала брюнетка и исчезла.

Артам задумался и стал сверять полученную информацию с тем, что знал или догадывался, и пришел к выводу, что Надежда не соврала, все было именно так, и это его сильно удручило. Видеть изменников среди тех, кого Артем наделил властью и положением, ему было тяжело. Ведь нужно будет принимать против этих племен суровые меры. Как же боги находят путь к сердцам недовольных? И чем племена недовольны? Им оставили земли и дали еще. Они этого не имели до того, как стали князьями, и им все равно мало. Почему? Ответа Артам внутри себя не нашел.

Артем не зря выбрал шамана Гросвара начальником тайной службы – главой контрразведки. Новый князь грованов знал, на кого можно положиться из князей, а кого нужно остерегаться. Не все князья были довольны своим положением. Слишком круто Артем под видом Артама изменил их жизнь, их уклад и лишил вольностей. Поэтому Гросвар отправил своих посланников к пяти князьям с приказом привести свои дружины на болото и сделать это тайно. И еще три дружины пришли с полуострова.

Артем и Артам не зря предположили, что набег на Озерные княжества будет совершен по двум маршрутам. По льду пойдут пираты, а вот мятежные князья гор двинутся своим излюбленным маршрутом – через земли восточных князей. Вот они-то не очень любили власть нового великого князя. Он лишил их дружин, подчинив походным вождям, которые были преданы Артаму.

До Гросвара доходили сведения, что к ним зачастили гости с гор. Можно было предположить, что это просто торговцы, которые решили вызнать о торговле. Но Гросвар не был наивным человеком, и поэтому его разведчики перехватили пару таких посланников по дороге обратно. Они-то и рассказали, что князья гор прощупывали почву и настроения среди князей. Они посулами склоняли трех князей к предательству. Князья не дали ответ, но и не спешили сообщить о том, что к ним приходили шпионы мятежных князей.

Через семь дней на болотах собралось восемь дружин, одетых в броню воинов, в количестве шестисот человек. Казаки, которых нанял Гросвар, ушли на перевал, на разведку. А на болото прибыл Артам. Все было сделано втайне, под покровом ночи. Там, на островке, где раньше сдались князья гор, он устроил военный совет.

Первым выступил Гросвар.

– Братья, – начал он свою речь, – времена нынче сложные. Мы только обрели силу и свободу, наказали извечных наших врагов – горцев, усмирили их, подчинив Великому Озерному княжеству. Но их чести хватило лишь на несколько месяцев, и они вновь решили испытать крепость наших топоров и силу духа. Тут собралось восемь походных вождей, остальные княжества я не оповещал о том, что враг готовится напасть на нас. Они ненадежны, и это не радует. Нет единства среди властителей Озер. Некоторые смотрят в прошлое, забыв, как горцы наводили страх и ужас на их поселения. Гордость и глупость руководят этими князьями. Им вторят старейшины, и это печально. Мы не можем полагаться на их дружины. – Он замолчал.

Встал со своего места Артам.

– Князь Гросвар все верно рассудил. Мы еще очень мало существуем как княжество. И те, кто силой был привлечен в союз, не смирились с потерей своей вольницы. Они имеют сношения с нашими врагами, и этого мы не забудем, и спросим с них, когда беда минует. Основные силы княжества – гоплиты и орден паладинов – будут сдерживать натиск пиратов на реке. Нам нужно быстро разгромить горцев и выйти по горам в тыл пиратам. Разгромив их, мы огнем и мечом пройдемся по угодьям мятежников и покажем им, что они ошиблись, считая нас слабыми.

Огонь большого костра освещал хмурые лица командиров. Они задумались над словами Артама, и один из них спросил:

– А почему не сказать все это прямо в глаза тем, кто не хочет подчиняться законам Озер?

– Пока рано, – ответил Артам. – Нельзя допустить утечки сведений, что мы знаем о нападении, и я не хотел бы, чтобы их дружины ударили нам в спину.

– Неужели все так тревожно? И в княжестве созрели плоды предательства? – воскликнул другой вождь.

– Может, и нет, и все как-нибудь обойдется, и они притихнут, когда мы разобьем врагов, но ситуация напряженная, друзья, – ответил Артам. – Им помогают боги, которые проснулись и не хотят, чтобы наше княжество укрепилось. Это самое опасное, что сейчас есть.

– Пожечь храмы этих богов, и все, – раздались голоса с мест.

– Нельзя, у них слуги – тифлинги, они поднимут народ Озер против нас, и мы окажемся в гражданской войне.

– А что этим богам надо? – спросил один из вождей. – Почему они против княжества враждуют?

– Они враждуют между собой за власть и считают, что мы мешаем им в их войне. Помните, как жгли храмы Иля-хранителя? Это их происки.

– Да уж, – проворчал один из самых старых походных вождей из племени грованов. – Жили без них, не тужили…

– Ты не прав, Гродмир, без Иля мы бы не объединили племена. Он помогал нам в борьбе с горцами, и покровительство богов важно. Надо только быть осторожными и не лезть в их разборки друг с другом.

Артам сказал не всю правду. Он считал, что воинам не следует знать, что вся эта возня богов и их вражда не с Озерным княжеством, а с ним, Артамом, из-за того, что он поддерживает дракона Артема. Но и он сам, и Артем хотят укрепить новое княжество и выжить, дать возможность безопасно жить всем в горах и на Озерах. Но сейчас эти суровые воины не были готовы принять правду.

– Какой план? – спросил один из командиров.

– Его надо еще выработать, друзья, – ответил Артам. – Можно встретить горцев на перевале и напасть из засады, но тогда мы не выясним, кто из князей стал предателем. А можно выждать и посмотреть, кто присоединится к горцам. Их цель – Озерная жемчужина, а до нее короткий путь через земли рипов, румов, и хойду. Рипы и румы понесли большие потери во время набегов горцев и недовольны своим положением…

– Но если все эти племена объединятся с горцами, нам не выстоять, – тревожно озвучил свои и общие мысли Гродмир. Его поддержали остальные.

Гросвар покачал головой, не вставая с места.

– У нас есть сведения, что только хойду готовы присоединиться к горцам, и то тайно. Остальные могут пропустить горцев, а если не пустят, мы придем им на помощь.

– Хойду? – удивились командиры. – Но Хойдрым – твой друг, князь Артам.

– Был другом, но после смерти сестры перестал со мной общаться. Он считает, что я виновен в ее смерти.

– Какие глупости! – воскликнули разом несколько походных вождей. – Мужчина не должен следовать за своей женщиной и умолять ее вернуться, если она ушла. Это все знают.

– Знают все, – согласился Гросвар, – но не все готовы это принять. Хойдрым считает себя обесчещенным, это он мне рассказал при личной встрече. Надо решать, как будем действовать.

– Надо ждать, – рубанул рукой Гродмир. – Пусть те, кто хочет предать союз, себя покажут. Отсюда, с болота, мы можем быстро добраться до любого места в княжестве. Корабли Венцариота надо расположить во внутренних озерах. С их помощью мы быстро проскочим мятежные племена и окажемся в тылу горцев и их приспешников. А там мы зададим им жару.

Его поддержали остальные. Артам переглянулся с Гросваром и, соглашаясь, кивнул.

– Быть посему, друзья, – подвел он итог совещанию командиров. Теперь он более полно понимал задумку Артема – отделить князей от их дружин. Походные вожди, назначенные Артемом, прошли с ним бок о бок боевой путь, сплотились и были преданы не князьям, а лично ему. Ну а теперь Артаму, как Великому озерному князю.

Заречные горы. Замок дракона

Артем замер, ощущая, как неведомая сила проникает в его душу. Вместе с ней пришли чужие знания и чувства – горечь обманутой любви, отчаяние, пронзающее сердце. Он словно оказался в эпицентре чужого несчастья, видя, как гибнет дракон, некогда хранитель этого мира. Чужая боль и безысходность были такими сильными, что сковали его, лишив способности двигаться.

Перед его внутренним взором пронеслась сцена трагедии: дракон, некогда могущественный и властный, пал жертвой предательства. Его сердце, вырванное из груди, пылало, оставляя огненные следы в виде фресок на стенах замка. И в этот момент в его сознании прозвучала чужая мысль: «Не повторяй мои ошибки, собрат».

Когда наваждение рассеялось, Артем очнулся, пошатываясь, вытер потное лицо…

Из сумки выглянул Свад и с тревогой в голосе спросил:

– Что с тобой, брат? Ты стал камнем? Попался в ловушку?

– Нет, Свад, – ответил Артем, стряхивая остатки чужых эмоций. – Я нашел печать дракона и его сердце.

– Да быть не может! – воскликнул гремлун, присвистнув. – Покажи!

Артем протянул ему рубин. Гремлун с изумлением уставился на него:

– Это же сердце дракона, измененное гремлунами! Ты и правда везунчик. Но зачем тебе еще одно? Твое тело не вместит больше двух сердец.

– Я понимаю, – задумчиво произнес Артем, разглядывая кристалл.

– Может, вытащим твое человеческое сердце и заменим его драконьим? – предложил Свад, сверкнув глазами.

– Нет, – твердо отказался Артем, отступая от саркофага. – Я не стану бездушным чудовищем. Лучше сохранить в себе человечность, чем превратиться в жестокого дракона.

– Тогда сохрани его. Если ты умрешь, то его можно будет поместить вместо того, что тебе вырвут.

– Кто вырвет? – опешил Артем.

– Так эти, боги. Они в этом деле поднаторели, а ты, человек, слаб против их козней. Так что давай поменяем твое слабое сердце человека на рубиновое сердце дракона. Тогда ты будешь иметь две драконьи ипостаси: дракона льда и огненного дракона в одном лице.

– Свад, – рассердился Артем, – ты говоришь ерунду. Я подумаю, что сделать с этим сердцем. Запас никогда не помешает.

– Это ты верно говоришь, – довольно произнес гремлун, – вижу, что ты многому у меня научился. А где печать, покажи?

– Она проникла внутрь меня и исчезла, – ответил Артем, несколько обескураженный этим. – Теперь не знаю, как ей пользоваться.

– А как она выглядела? – спросил гремлун и сдвинул на затылок шестерню.

– Как кольцо с печатью. Простенькое такое, но оно горело.

– Как это горело?

– Ну, светилось огнем. И оно было надето на палец мумии.

– Мумии? – повторил Свад и почесал лоб. – А почему ты решил, что это именно та печать, что тебе нужна?

– Мне пришло знание.

– Откуда пришло?

– Да почем мне знать, – рассердился Артем, – пришло, и все. Так бывает.

– Так не бывает, – не поверил Артему Свад. – На все должна быть своя причина. Расскажи мне, что ты испытал и какое знание к тебе пришло, – потребовал неугомонный коротышка. – Может, тебя обманули, и это и есть ловушка для таких доверчивых людей, как ты.

– Какая ловушка, Свад? О чем ты? Говорю же, пришло знание от него. От умершего дракона, наверное… Еще были мысли, которые я уловил. «Не совершай мои ошибки, собрат».

– Это кто сказал? – спросил Свад.

– Ну, я думаю, что это сказала мумия.

– Мумия не может говорить.

– Не может, а вот мысли она мне передала и предостерегла. Что за ловушку ты видишь в печати?

– Да разные ловушки могут быть. Может быть, ты сейчас пойдешь к богам, и кольцо, что стало частью тебя, заставит тебя им сдаться.

– Не заставит, – не поверил Артем.

– Тогда почему кольцо было на пальце у мумии, а у тебя оно проникло вовнутрь? А? – не сдавался гремлун.

– Я не знаю, только имею догадки.

– Какие еще догадки, брат? Ты среди врагов, понимаешь? Тут ничего хорошего нас ждать не может.

– Я думаю, Свад, что когда дракон умирает, то его кольцо появляется на пальце.

Гремлун задумался, сдвинул на лоб шестеренку, почесал затылок, вернул шестеренку назад и с сомнением произнес:

– Это, конечно, проверить не мешает, но ты же не дашь себя убить…

– Свад, ты в своем уме? – воскликнул Артем. – Это у тебя тут мозги повредились, а не у меня.

– Значит, не дашь, – словно не слушая Артема, повторил гремлун. – Я так и знал. Будем надеяться на твое везение, раз ума у тебя не хватило подождать, пока я не проверю печать. Что дальше делать будешь?

– Мы пришли сюда убить безликих, вот и будем это делать, – ответил Артем.

– А как мы до них доберемся? Ты знаешь вход в их подземелья? – спросил гремлун.

– Ты же сам мне предложил взорвать стену, – ответил Артем.

– Я-то, может, и предложил, но ты понимаешь, что мы можем устроить обвал, и нас тоже погребет под ним?

– Ты уверен? – осторожно спросил Артем.

– Не уверен, но все может быть. Я видел, какие последствия бывают после подрыва двух мин. Это катастрофа, брат, лучше поискать путь к этим безликим.

– М-да, – недоуменно произнес Артем и задумался. Не придумав ничего, спросил: – А где мы будем искать проход к безликим?

– Ты должен принять образ дракона, и к тебе придут знания от умершего, это он строил тут все. Ты же слышишь его мысли.

– С чего бы это ко мне пришли знания от умершего? – не поверил Артем.

– Я так предполагаю. Я надеюсь не на твой разум, его очень мало, а на везение. Давай принимай образ ледяного дракона и постарайся сконцентрироваться на проблеме.

– Свад, это может быть опасным. Сюда прибегут безликие.

– Вот и хорошо, пришибешь их одной лапой, и бегать за ними не придется.

– А если они приведут с собой орду демонов?

– Если бы у бабушки был сам понимаешь что, это был бы дедушка. Что ты заладил: «если, если»? Давай дело делать. Мы герои или смазливые бабенки? – Свад явно раздухарился и рвался в бой. Из сумки показалась еще одна голова. Огляделась и под изумленным взглядом Артема произнесла:

– Ты такой смелый, господин Сунь Вач Джин…

– Свад, ты отрастил еще одну голову? – рассмеялся Артем. – Но почему женскую?

Гремлун насупился и прикрикнул:

– Брысь! – И женская голова исчезла. – Не думай о ней, – ответил он. – Давай превращайся в дракона.

– Я чувствую тут опасность, Свад, поэтому так говорю и не хочу попасть в ловушку. Этот замок ловит драконов и убивает их.

– У тебя хватит времени принять образ человека, не дрейфь, – настаивал гремлун.

– Ага, тебе-то хорошо, ты в сумке спрячешься, а я куда денусь?

– Я тебя в сумку заберу, не дрейфь, – более решительно произнес гремлун.

Артем, следуя совету друга, принял образ ледяного дракона. Его крылья расправились, а когти, острые как кинжалы, царапнули крышку саркофага. С усилием он поднял тяжелую крышку и накрыл ею каменный гроб, словно заключая в темницу древнее и когда-то могущественное существо. Сейчас представляющее жалкие останки.

«Ничего нет в мире вечного, – философски размышлял Артем, – даже драконы, наводящие ужас и попирающие целые миры, превращаются в прах». Он замер, его руки все еще сжимали крышку, а глаза были закрыты. Внезапно он почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он будто спускался в бездну на невидимом лифте, и стены этого лифта мелькали перед его взором, исчезая и сменяясь новыми видениями.

Сначала он увидел бассейн, наполненный прозрачной водой. Там смеялись и плескались мужчина и женщина, их радость и беззаботность казались далекими и нереальными. Затем он оказался в тронном зале, где люди, одетые в роскошные, но нелепые, по его мнению, одежды, стояли перед высоким троном. Их лица были серьезными, а в глазах читался страх.

Но Артем продолжал спускаться, погружаясь все глубже и глубже, пока не оказался перед высоким, широколицым и узкоглазым человеком. Этот человек был на голову выше Артема и гораздо шире в плечах. Его выдающийся живот лишь подчеркивал его богатырскую стать, а лицо с узкими глазами и мощной челюстью напоминало древнего воина.

«Неужто такими были монголы, что напали на Русь?» – промелькнула мысль у Артема. Но прежде чем он успел что-либо сказать, человек протянул руку и приказал:

– Отдай! Печать! Мою печать.

– Тебе она уже не нужна, дракон, – ответил Артем, стараясь сохранить спокойствие. Он сделал шаг назад, но мужчина не отступил.

Воздух вокруг стал густым и тяжелым, наполнился напряжением. Артем почувствовал, как внутри него нарастает тревога. Он знал, что должен что-то предпринять, но не знал, что именно.

– Верни то, что принадлежит мне, – прорычал человек, его голос дрожал от ярости. Артем, не выдержав наглости, сам стал дерзким.

– А может, мне еще и ключ от квартиры, где деньги лежат, тебе отдать? – с насмешкой бросил он.

– Ключи мне не нужны, – холодно ответил человек. – Я заберу свою печать и твое сердце. Я снова восстану и отомщу всем предателям. – Слова его прозвучали как зловещий шепот, но в них было что-то неправильное.

Артем оттолкнул его руку, и она отлетела, словно невесомая.

– Ты мертв, дракон, – произнес он с усмешкой. – Ты потерял свою власть. Спи спокойно, я отомщу за тебя.

Но человек лишь покачал головой, его глаза сверкнули холодной решимостью. Он шагнул ближе, его руки обвились вокруг Артема, словно стальные тиски. В тот же миг тело Артема пронзила странная, леденящая боль, и он почувствовал, как что-то чужое проникает в его душу. Он инстинктивно дернулся, пытаясь вырваться, но силы были неравны.

– Отдай мне свою жизнь, – прошипел человек, его голос стал низким и угрожающим.

– Ага, разбежался, – ответил Артем, собрав всю свою храбрость. – Ты не получишь мою жизнь.

Он суматошно, на грани паники, огляделся и увидел, что находится в человеческом теле, но имеет ауру дракона. Этим и воспользовался неожиданный противник. Все это Артем осознал за долю мгновения. И понял, что надо сделать. Словно древний инстинкт подсказал ему его дальнейшие действия. Монгол стал погружаться в тело Артема, и Артем поспешил вернуть ауру человека.

Неожиданно человек отпрянул, его лицо исказилось от боли. Он закрыл глаза руками и начал всхлипывать.

– Что ты мечешься, – произнес, успокаиваясь, Артем, – иди туда, куда уходят мертвые драконы, в свой драконий рай.

– Я не могу уйти, – прошептал монгол, его голос дрожал. – Цепи демонов держат меня, моя душа заперта в гробу. Освободи меня, ледяной дракон. Если ты не отдашь свою жизнь, я буду вечно страдать.

Артем замер, его сердце сжалось от жалости. Он никогда не думал, что окажется перед таким выбором. Но он знал, что если отдаст свою жизнь, то это будет концом для него. Знать-то знал, но не мог противиться нарастающему желанию пожертвовать собой. Оно усиливалось с каждым мгновением, и он не понимал этого, но готов был отдать свою жизнь этому богатырю. Правая рука заныла от ожога, и Артем встрепенулся. Он отчетливо понял, что это было наваждение, кто-то пытался заставить его пожертвовать собой, навязывал ему эту идею. Это было до того глупо и нелепо, что Артем тряхнул головой и пять раз глубоко вздохнул, обретая покой вновь. Кольцо Розы спасло его жизнь. «Что за чертовщина тут происходит?» – подумал Артем.

– Прости, – сказал он, его голос был полон сожаления. – Я не могу отдать тебе свою жизнь. Я не хочу потерять ее так же, как и ты, бездарно.

Человек открыл глаза, в них вспыхнула ярость. Он бросился на Артема, но тот успел увернуться. В воздухе мелькнула тень, и человек исчез.

Артем остался стоять один, его сердце колотилось от страха и напряжения.

Он огляделся и увидел коридор, уходящий в глухую темноту. Единственный путь вел вниз. Артем поднял голову и увидел ствол колодца. Он находился на его дне. Сверху на него молча смотрел Свад.

– Свад! – окликнул он, но гремлун, казалось, не слышал. Его взгляд был устремлен в пустоту – возможно, он даже не видел Артема.

Артем вздохнул и шагнул в коридор, куда убежал сраженный демонами дракон.

Коридор спиралью уходил вниз, пустынный и мрачный. Артем шел медленно, всматриваясь в темноту перед собой. Она расступалась перед ним, но за спиной смыкалась вновь. Он не обращал на это внимания, шел вперед, надеясь на чудо. На перекрестке он остановился, выбирая путь. Подумал и направился направо. Ему показалось, что коридор плавно уводил наверх, но заканчивался тупиком. В стене виднелась деревянная дверь. Артем потянул за ручку, и дверь со скрипом приоткрылась. Звук резанул по нервам. Артем замер, просунул голову в щель и тут же получил болезненный удар по голове. Он упал на зад. Схватившись за голову и тихо завывая, матерился как грузчик, которому на ногу уронили тяжелую гирю. Из-за двери выглянул Свад и, угрожающе шевеля шестеренкой, прошептал:

– Не торопись. – Дверь закрылась с глухим стуком.

Артем отполз от двери. Не вставая и потирая ушибленный лоб, на котором уже набухала шишка, задумался: «Что это значит? Как гремлун оказался на той стороне? И почему он так странно себя ведет?» Лезть за дверь второй раз было опасно, и Артем повернул назад. Добравшись до перекрестка, выбрал путь налево.

Сделав пару шагов, он очутился в облаке света, прикрыл лицо руками и остановился. Когда глаза привыкли к яркому свету, осторожно убрал руку. Перед ним стояла Иехиль и, улыбаясь, смотрела на него. Непроизвольно у Артема вырвались слова:

– Иехиль? Что вы тут делаете?

– Жду тебя, мой герой.

Эти слова резанули ухо Артему, и он отступил на шаг. Иехиль, чопорная и холодная, никогда не говорила так. Артем отступил еще на шаг, присмотрелся к богине, стоящей в лучах ослепительного света, и заметил, что внутри богини появляется и исчезает темный силуэт. Артем, не задумываясь, шагнул вперед и нанес удар ногой по животу богини. Ее образ тут же растаял, и на ее месте появился монгол с искаженным лицом, он вскрикнул и бросился бежать прочь. Артему ничего не оставалось, как двинуться следом.

И вновь темнота расступалась перед ним и смыкала свои объятия у него за спиной. Коридор стал заметно уже. Артем неожиданно споткнулся, машинально локтем задел стену, и она перед ним расступилась. Артем замер, глянул на еле заметную дверку в стене, которая приоткрылась, и заглянул в темноту. По мере того как он осматривался, комната светлела. Она была пуста, лишь сбоку на высоте глаз находилось небольшое окошко. Он подумал и осторожно сделал шаг в комнату. Ничего не произошло. Постояв, он осмелел и вошел, прикрыл за собой дверь и подошел к окошку. Это было даже не окошко, а ниша в стене, прикрытая створками. Он протянул руку и, остановившись, чтобы не получить по голове, открыл одну из створок. Он подумал, что и из этого окошка может вылезти проказник гремлун. Но Свада с его опасной шестеренкой не было, зато он увидел двух безликих. Один стоял к нему спиной, второй был плохо виден из-за широкого мешковатого балахона, какие носили безликие.

– Ты его привел? – спросил хрипящим свистящим голосом безликий.

– Да, я притворился убитым драконом, и он следует за мной по пятам. Я даже принял образ этой глупой богини смерти, но он не клюнул на приманку. Он идет сюда, потому что ищет выход из лабиринта. Недолго осталось.

– Хорошо, младший брат, ты все сделал правильно. Нам нужен живой дракон, его кровь укрепит наши силы. Он, как и прежний хозяин этого места, наивен и глуп. Позови братьев, и пусть они принесут ловчую сеть.

Артем затаил дыхание. Он, оказывается, шел в ловушку. Но как? Что заставило его идти следом за этим монголом-перевертышем? Он в задумчивости постоял и подумал: «а если все это игра его сознания и там нет никаких безликих? А если это просто ему кажется? И его пугают, чтобы он не смог выйти? Артем совсем растерялся. Он ухватил подбородок и замер. Рядом появился полупрозрачный призрак. Он подплыл к Артему, и тот его увидел. Без страха стал рассматривать.

Это была мумия того несчастного, что лежал в саркофаге.

– Ты все же нашел это место. Я был уверен, что моя память тебе подскажет, – промелькнуло у него в голове. – Ты сейчас никуда не идешь, ты стоишь под заклятием обмана и думаешь, что находишься в подземном лабиринте. Безликие хотят поймать твою заблудшую душу. И чем дальше ты идешь по коридорам, тем сильнее твоя душа отрывается от тела. Я тебе не враг, собрат. Я был наивен, как все люди, и теперь передаю все, что имею, тебе. Живи и соверши то, к чему ты был призван. Эта комната – моя память. Походи, посмотри. Может, что-то тебе и пригодится.

Артем огляделся, комната наполнялась стеллажами с папками. Раньше их не было.

– Это не все, что я знаю, много утрачено за тысячелетие пребывания во сне. Походи, посмотри, может, что найдешь полезное, – вновь повторил он. – А меня отпусти. Печать, что была у меня на пальце, держала мою душу в гробу. Ты ее забрал и теперь должен проводить меня, как ты мыслил, в наш драконий рай.

Артем смотрел на стеллажи и слушал.

– Иди, – прошептал он. – И пусть у тебя не будет помех на твоем пути к бессмертию. – Он сам не знал, почему произнес эти слова, но призрак стал таять, и последнее, что услышал Артем, были слова:

– Спасибо, собрат. Ты исполнил ритуал посмертия…

Артем прошел к окну и прикрыл створку, чтобы безликие случайно не услышали его шаги. Затем подошел к ближайшему стеллажу и взял в руки первую попавшуюся папку в кожаном переплете. Открыл и стал смотреть. Перед его взором побежали беспорядочные картинки, но вскоре они выстроились в упорядоченную систему, и Артем увидел, что смотрит на замок драконов сверху. Он приблизил изображение и с удивлением обнаружил во дворе храм Нарны. Не узнать его было трудно. Во дворе храма стояла искусно вырубленная из камня статуя. Артем не стал задерживаться на храме и направил свой взор внутрь замка. Там Алый дракон наложил свою лапу на трон, и на нем вспыхнул знак дракона.

«Это место силы и власти», – прозвучали слова в его голове. Затем в храм вошли Нарна и Мара, они обняли дракона, и все трое исчезли в стене. Видение задрожало, и Артем услышал смутно знакомый тревожный голос:

– Артем, очнись. Да очнись… Что с тобой? Ты словно окаменел…

Артем вздрогнул, недовольно приоткрыл глаза и увидел гремлуна, что тряс его за руку. Артем повел плечами и понял, что все тело занемело.

Он посмотрел на гремлуна и глухо спросил:

– Ты чего кричишь, Свад?

– Да как же не кричать, если ты стал бледнеть, и у тебя остановилось дыхание. А затем ты стал медленно усыхать, превращаясь в мумию. Ты, брат, так больше меня не пугай… Что с тобой произошло?

– Свад, ты не поверишь, меня заманивали в ловушку безликие. Они знают, что здесь находится дракон, и использовали демонические чары, чтобы вытащить мое сознание из тела, а тело использовать для жертвы, выпустив кровь дракона. Когда у них это не получилось, они заставляли меня принести себя в жертву. Но при этом я понял, что мне помогали справиться с колдовством упокоенный тут дракон и моя Роза. Покойник открыл мне дверку в свою память, спрятал от безликих… И еще я тебя видел, ты ударил меня своей шестеренкой по голове… Больно, блин, было…

– Так я тебя и ударил, хотел усыпить, – ответил удивленный рассказом Артема гремлун. – Но ты и ухом не повел – как стоял столбом, так и остался стоять, примороженный, словно лед.

– Нет, Свад, ты меня спас от какой-то опасности, и я не стал идти тем путем. В общем, я теперь знаю, как пройти к безликим. Вход к ним находится в храме Нарны. Убиенный дракон поставил ей храм в своем замке, и это было его большой ошибкой. Пошли во двор. – И Артем решительно зашагал прочь из склепа. Неожиданно он вспомнил, что был в теле дракона, когда стал видеть видения, а теперь он шагал в теле человека. Обращение произошло само по себе, и это было странным. – Свад, – спросил он гремлуна, который все время выныривал из сумки, – а когда я принял человеческий образ?

– Когда я тебя по голове шестерней огрел, – ответил гремлун. – Человеком ты стал, но продолжал стоять столбом, пялясь в пол. А что?

– Да вот задумался, как так произошло, что я проснулся в образе человека, а уснул в теле дракона, да еще и аура у меня осталась драконья, ее-то почему не поменяло твое участие?

– Не знаю, – хмуро ответил Свад. – Ты прав, тут много невидимых ловушек, надо быть осторожным.

Артем, шагая по каменному коридору, согласно кивнул.

Артем погрузился в глубокие раздумья, а Свад молчал, не тревожа его. Он молча вертел головой, изучая мрачный туннель, вырубленный в скале, его взгляд скользил по стенам, покрытым древними рубцами и шрамами строителей подземелья. Так они прошли через извилистые коридоры до большой карстовой пещеры, где их путь преградил узкий карниз, ведущий к противоположному выходу.

Они подошли к темной дыре, и Артем, заглянув в нее, увидел, что в глубине пещеры собрались безликие существа, их фигуры сливались в тени. Они обсуждали что-то вполголоса.

– Как их много, – прошептал он, чувствуя, как холод пробежал по его спине.

Гремлун, испытывая непреодолимое любопытство, завозился в сумке, выполз наружу и, цепляясь за руки Артема, пробрался к краю дыры.

– Дай глянуть, – попросил он, его голос дрожал от волнения.

Артем наклонился, подсадил гремлуна, и тот сунул голову в темноту. Внезапно раздался пронзительный крик, и его ноги задергались в воздухе. В тот же миг Свад исчез, поглощенный бездной.

– Артем! – донесся отчаянный крик, полный ужаса. – Спаси меня!

Затем послышалось бульканье, словно гремлун тонул в невидимой пучине. Артем, охваченный паникой, отскочил от дыры и, потеряв равновесие, упал с узкого карниза. Удар о холодные камни был невыносимым: спина и затылок горели от боли, а на затылке вздулась шишка, из которой сочилась кровь, оставляя багряные следы на его руке.

Собравшись с силами, Артем поднялся, голова кружилась, но он не сдавался. С трудом преодолевая боль, он побежал к дыре.

– Свад, я иду! Жди меня! – крикнул он, надеясь, что его голос достигнет того, кто остался в темноте.

Но ответом ему была лишь тишина. Артем не стал медлить, он бросился через пустые кельи, высеченные в скале, и вырвался в тронный зал. Открытый выход на двор замка манил его, но он остановился. Внезапно его охватило странное чувство – желание стать хозяином этого мрачного места.

Он медленно повернулся к трону, обошел его, чувствуя, как его сердце бьется быстрее. Сжав кулаки, он встал на возвышение и, подчиняясь неведомой силе, принял образ ледяного дракона. Его правая лапа покрылась инеем, холод стал невыносимым. Артем поднял лапу и ударил ею по сиденью трона. Лед треснул, осколки брызнули в разные стороны, и на троне возникла голова ледяного дракона, сверкающая холодным светом.

Громко, с вызовом, он произнес:

– Это мое место силы и власти! Я – хозяин гор!

Его крик разорвал ткань реальности, волна ультразвука разлетелась по вселенной. Гора, на которой стоял замок, дрогнула, и ледяной дракон издал торжествующий рев, эхом разнесшийся по всему миру.

Он взмахнул могучими крыльями, низко летя над полом, вылетел из дворца, пролетел над разрушенными от времени постройками и сел возле храма с разбитой фигурой богини Нарны. Крик Артема развалил ее надвое. Не обращая внимания на разруху, Артем принял образ человека, убрал ауру дракона и направился к выбитым дверям храма. Там было запустение, но кости, разбросанные по полу, дали Артему пищу для ума: тут проводились человеческие жертвоприношения. Он прошел мимо разломанных остовов костяков, подошел к жертвеннику. Под ним начиналась лестница вниз, сам жертвенник был опрокинут набок.

Без страха он вошел в притвор и стал спускаться по лестнице. Она закончилась большой комнатой, и Артем вновь принял образ ледяного дракона, хищно раскрыл пасть и издал рык, в котором послышалось: «Ждите, я иду». Достал когтями крыльев две бочки со святой водой и одну опрокинул себе в пасть. Пошел, ковыляя, к большим воротам и лапой выбил их. В зале стояли и держались за руки безликие. Он не уловил их эмоции страха, а все живое трепетало при виде хозяев небес. Он вновь раскрыл пасть и дунул ледяной стужей в сторону безликих. Вода и сосульки с огромной скоростью накрыли все помещение и сцепившихся друг с другом безликих. Они не успели применить свое колдовство, ионизированная вода сбила их магию и разрушила цепи заклятий. Там, куда попали вода и лед, плоть начала дымиться и гореть. Вопли ужаса и боли заполнили пространство комнаты.

Артем шагнул вперед, он взмахнул крыльями, полетел и стал рвать пастью слабые тела стражей третьего круга. Они ничего не могли ему противопоставить, они визжали от боли, бегали, забиваясь в угол, звали своих господ. Но их господа не могли прийти, святая вода очистила помещение от бесов, а без них демоны не могли пробиться в мир. Артем закончил истребление, огляделся. В углу у небольшой дымящейся дыры сидел в клетке и подвывал связанный Свад. Артем подошел к яме и краем сознания понял, что это провал в мир демонов, откуда стражам приходила помощь. Он кинул растерзанное тело одного из стражей в яму и услышал трепещущий голос Свада:

– Артем, кидай останки всех безликих в яму, это проход в мир демонов, не оставляй их тут, они могут ожить.

Артем стал послушно хватать тела и закидывать в провал. Когда закончил, швырнул бочку с водой вниз, подождал, и вскоре раздался гул. Артем, подобрав клетку с гремлуном, отошел на пару шагов от ямы. Гул приближался, и пол, где была яма, вздыбился, затем провал исчез, оставив после себя небольшой бугор.

– Ты закрыл один из пробоев, – благоговейно прошептал Свад. – Как ты додумался использовать бочку со святой водой?

Артем осторожно когтями разломал клетку и вытащил обессиленного гремлуна, затем принял образ человека. Свад тут же нырнул в сумку, высунул голову и спросил:

– Ну расскажи, как?

– Не знаю, – ответил Артем, оглядывая следы кровавого побоища. – Я это место сделал местом своей силы и власти, и дала мне эту возможность печать дракона, Свад. Я заберу у Нарны власть над горами. И посмотрим, как она запоет.

– А она умеет петь? – удивился гремлун.

– Это образное выражение, Свад, – сказал Артем. – Здесь теперь мой замок, и здесь моя власть, поэтому ко мне пришли мысли, как прогнать отсюда демонов и бесов. Святая вода – это мощь. Надо ее еще делать. Работы много предстоит: очистить ближайшие горы от бесов и призвать дикарей к покорности. Мы с тобой совершили первое условие для закрытия пробоя, Свад. – Глаза Артема наполнились слезами. – Я, по правде, не верил, что у нас это получится.

– Ты что, Артем! – воинственно воскликнул гремлун. – Как не верил? Мы же с тобой победители. Мы можем все! – И он громко закричал: – Эгей, трепещите, демоны и боги, идут в бой дракон и я, Сунь Вач Джин, мастер проклятий, и вы еще узнаете мощь моих заклятий!

На Артема навалилась волна ярости и восторга победителя. Он был готов дать бой и демону, и богу, и всем, кто посягнет на его положение. Он набрал в грудь воздух и закричал.

– О-го-го, мы идем… – От этого крика гремлуна сдуло в сумку. Ворота вылетели из помещения и с грохотом разбились о стену. Артем, продолжая испытывать восторг, издал боевой клич драконов… во все уголки вселенной разнося крик предвестника…

Нарна наслаждалась купанием в бассейне вместе с последним из мятежных глав великих родов, борзом Донгранданом. На него у нее были большие планы, и она, не жалея себя, отдавала ему божественные силы. Купаясь в бассейне и предаваясь плотским утехам в постели, она готовилась вырастить из него замену Артему, как царю заречных эхейцев. Он уже обладал властью над остатками отрядов воинов, дружин других глав родов, он объединил их силы под своим началом, и они слушались его беспрекословно.

После гибели двух больших отрядов набеги на земли наместников прекратились, и Нарна берегла этих воинов для наступления на земли царства в нужный момент. У нее было время до того, как Артему придется сражаться с риванганцами, и тогда ее новый ставленник, имени которого она даже не хотела знать, совершит переворот в Эхейском царстве. Совершит с ее божественной силой, силой источника и властью в горах, в которых даже дракону нет места. И пусть она потерпела ряд болезненных поражений, но в главном она всегда преуспевала, у нее был козырь, о котором знала только глупышка Мара. Но Мара – пустышка, которая заглядывает ей в рот, и ее можно не опасаясь использовать в своих целях.

Богиня принимала ласки мужчины, когда подземелье, в котором они находились, потряс громкий, оглушительный крик. Ее выкинуло из басейна на пол и болезненно приложило спиной о пол. Мужчина был отброшен к краю бассейна и упал спиной на его край, он безвольной куклой свалился в воду, и его накрыло с головой. Вода выплеснулась на пол и окатила лежавшую оглушенную богиню. Она полежала минуту-другую, приходя в себя, и с трудом поднялась. Села и огляделась. Часть воды из бассейна разлилась по полу, ее ставленник плавал в воде вниз головой. Нарна подошла к нему, перевернула и посмотрела в безжизненные глаза – от удара у него сломался позвоночник, и он не мог шевелиться. Попав в воду, он захлебнулся.

«Какая нелепая смерть, – отстраненно подумала Нарна, – погибнуть от источника вечной жизни». Она вытащила тело из воды и вышвырнула из пещеры, устало прошла к дивану и буквально упала на него. С нее стекала вода, и к ней постепенно приходило осознание, что она потеряла власть над горами. Но кто мог ее забрать? Марселон? Нет. Сестры? Тоже нет. И тут до нее дошло – это был крик власти дракона, она помнила его. «Артем!» – По нервам ударила боль, которую она не смогла сдержать. Богиня застонала, упала на колени и так осталась сидеть, горько рыдая над своей неприглядной судьбой. Ее опять выкинуло на обочину жизни. Ей снова придется упасть в ноги дракону, который переиграл ее…

Затем она вытерла слезы. Нет, она еще не проиграла, она сможет вернуть себе власть и величие. Дракон – тоже мужчина, а мужчина слаб против женских чар. И он умеет прощать, не то что обиженная женщина, та никогда не простит того, кто ее унизил. Но этого дракону знать не нужно. Умение притворяться в крови женщин, это их сила и способ выживания. Придет ее время. Она будет стоять над поверженным драконом, как это уже было.

Нарна успокоилась, снова обрела свой величественный вид и гордо выпрямилась.