1. Марафонцы – господи, может, хватит уже считать себя лучшими людьми на Земле?

Сегодня состоялся Лондонский марафон. Выиграл опять какой-то кениец, о котором никто никогда не слышал, – тот же самый, который выиграл в прошлом году. Я не смотрела.

Ходили с Крейгом в паб обедать с его родителями. Не знаю, как остальные, а я в своей еде обнаружила чей-то лобковый волос. Парень, который резал мясо за стойкой, выглядел довольно чистым, но ведь никогда не знаешь, что там у них за кулисами происходит, правда? Может, он почесал себе яйца как раз перед тем, как нарезать мою ягнятину, но теперь ведь ничего не докажешь.

Потом мы поехали к родителям Крейга на ферму, и там все было как обычно: Джим нудел о том, что «иностранцы отнимают у нас рабочие места» (он вообще-то уже пять лет как на пенсии), а Элейн услаждала нам слух историями об ужасающем местном вандализме (на здании местного дома культуры нарисовали эякулирующий член) и об организованной Женским Институтом поездке в дом Агаты Кристи (какая-то женщина по имени Марджори в автобусе на обратном пути упала в обморок). Вообще-то сегодня мне даже понравилось. Скучно, как всегда, но зато привычно и безопасно. А еще Джим подарил мне одну из своих крошечных моделек кораблей. Даже написал сбоку мое имя волнистыми белыми буквами: Рианнон. Корабль теперь стоит у меня на телевизоре.

Когда мы уезжали, Элейн расплакалась и особенно долго тискала Дзынь: Джим сказал, что она всегда плачет, когда мы уезжаем, просто на этот раз «не повезло, и мы это увидели». Думаю, у женщины серьезные проблемы – и я сейчас не только о ее подшивке журналов «Женский еженедельник».