Чувствую себя некомфортно, ведь ноги на высоких шпильках так и норовят подвернуться, а колючее от блёсток платье обтянуло меня, словно вторая кожа. Хочется скорее сесть на стул, чтобы дать ногам отдохнуть.

– Добрый вечер, – здороваюсь первой, чтобы скрасить неловкое молчание.

Антонио окидывает меня оценивающим взглядом и расплывается в довольной улыбке. Второй мужчина, сидящий во главе стола, смотрит с нескрываемым любопытством. Я узнала его сразу, как только увидела, ведь это мэр нашего городка и глава семьи Дженарро Кортезо.

В чертах его лица есть что-то до дрожи знакомое, цвет глаз, форма носа и скулы. Как же я не замечала этого раньше? Они с Хосе очень похожи, лишь седые волосы напоминают о том, что сейчас передо мной его отец.

– Так это прелестное юное создание и есть твоя невеста, сынок? – вопрос адресован Тони.

– Да, отец, это моя Катрин, – с гордостью в голосе отвечает оборотень.

Как бы я хотела, чтобы сейчас на его месте оказался Хосе...

Когда я подхожу к столу, Тони сразу же подскакивает с места. Он отодвигает стул и жестом приглашает меня садиться рядом. Сегодня этот мерзавец ведёт себя совсем иначе: слишком сдержанный и вежливый, наверное, красуется перед отцом.

По телу пробежала нервная дрожь, когда подумала о том, что мне предстоит ужинать в компании двух хищников. Жаль, что Хосе рядом нет. Он бы нашёл способ избавить меня от их назойливого внимания. Нужно было сказаться больной и сидеть в своей комнате. И почему эта идея пришла мне в голову только сейчас?

Из беспорядочных мыслей меня вырывает низкий бархатный голос.

– Я, Дженарро, глава клана Кортезо, принимаю тебя, Катрин, в семью и благословляю ваш союз с моим сыном Антонио, – объявляет мужчина, – А теперь, когда все традиции соблюдены, можно приступить к ужину.

– Спасибо, отец! – отвечает Тони за нас двоих и приобнимает меня за талию.

Он довольно улыбается. Теперь всё встало на свои места: дорогая праздничная одежда, вежливый Антонио – весь этот фарс был для того, чтобы получить благословение отца. Кажется, я побледнела... Нужно что-то сказать, нельзя допустить, чтобы этот брак состоялся!

– Но я же не…

Пытаюсь возразить, только Тони одёргивает меня.

– Дорогая, ты ещё не в курсе всех наших обычаев, – он берёт меня за руку и продолжает с нажимом, – Если вожак сказал приступить к еде, значит, нужно это сделать.

– Простите моё невежество, – выдыхаю я, стиснув зубы.

Огреть бы этого наглого оборотня чем-нибудь тяжёлым, чтобы долго в себя приходил! Освобождаю руку из его захвата и беру вилку. Только вот аппетит окончательно пропал. Кладу в рот кусочек мяса и тщательно пережёвываю. Если у оборотней такие порядки, то вставать из-за стола тоже нельзя, пока не разрешат. Придётся кушать или хотя бы сделать вид.

«Кто я такой, чтобы идти против мэра» – в памяти всплывают слова отца.

У Дженарро Кортезо, действительно, есть подавляющая аура. И сегодня я испытала её действие на себе. Вроде ничего особенного он не делает, а все боятся и подчиняются. Ведь не просто так Дженарро стал вожаком, а потом и мэром.

Одним лишь повстанцам всё нипочём. Устраивают забастовки, нападают на здание мэрии. Только вот знают ли они о том, что творится в столице?

Первым из-за стола встаёт Дженарро. Смотрит внимательным, изучающим взглядом на меня, а затем на Тони. Их переглядывания длятся долго. Мне даже кажется, что они мысленно общаются между собой. Жаль, не знаю, о чём этот разговор. Едва заметно кивнув, глава семьи выходит из столовой.

Тони встаёт и протягивает мне руку, помогая подняться. Неужели он теперь всегда будет изображать благородство? Очень сомневаюсь. Зная характер оборотня – надолго его не хватит.

– Я провожу тебя в комнату, Катрин, – он кладёт мою руку себе на локоть.

Если бы я не видела настоящего Тони, то, возможно, даже купилась бы на эти ухаживания и пафосные речи.

– Боишься, что я потеряюсь в доме? – спрашиваю с сарказмом, когда мы поднимаемся по лестнице.

– Нет, – сухо отвечает оборотень.

– Тогда что? – удивляюсь я.

– Мне нужно кое в чём убедиться, – Тони расплывается в улыбке, – Да и каблуки носить ты совсем не умеешь. Не хочу, чтобы моя пара перед свадьбой упала и сломала себе ногу.

В чём же он хочет убедиться?

Поздно понимаю, что попала в ловушку, когда Тони подталкивает меня в комнату и заходит следом, закрывая за собой дверь.

Один рывок и я прижата к холодной стене тяжёлым телом оборотня. Его руки по обе стороны от меня не позволяют сбежать. Тони жадно впивается в меня губами, подчиняя, заставляя почувствовать, кто сейчас хозяин положения. Пытаюсь вырваться, но он не отпускает, лишь сильнее прижимает меня к стене.

– Отпусти, – делаю рваный вдох и гневно шиплю, – Не трогай меня!

Тони отстраняется, нахмурено смотрит в мои глаза, на которых выступают слёзы от страха и собственного бессилия.

– Так я и думал, – насмешливо говорит он, – Ты уже не такая дерзкая девочка. Никто не защитит тебя сейчас!

– Ты обещал мне неделю, – взываю к его совести, – Время ещё не пришло, отпусти!

Пытаюсь отстраниться. Надеюсь, оборотень сдержит своё слово, хотя от него можно ожидать всего, что угодно.

– Помню, помню, – ухмыляется Тони, убирая руки, – Осталось совсем немного, скоро ты будешь моей!

Протискиваюсь вдоль стены и ухожу вглубь комнаты, подальше от него. Обнимаю себя за плечи, пытаясь унять дрожь. Меня сковывает страх и желание быстрее смыть с себя следы его прикосновений.

Едва Тони уходит, я бросаюсь в ванную. Долго стою под прохладными струями воды. Представляю, что они смывают события этого дня, унося их вместе с собой в сливное отверстие. Выхожу из душа, закручиваю волосы в полотенце и надеваю махровый халат, накрепко завязывая пояс.

Внезапная догадка настигает меня. Выглядываю из комнаты и, не обнаружив никого в коридоре, закрываю плотнее дверь. Подхожу к столу и достаю неофон, листаю справочник. Среди нескольких десятков незнакомых номеров нахожу Хосе.

Мог бы и сам позвонить. Не нравится мне эта конспирация. Они ведь уже выясняли отношения с Тони, значит, от него скрываться не имело смысла. Не могу больше ждать, хочу услышать родной голос, узнать, как прошла встреча с представителями столичной знати.

Набираю номер, но в трубке слышу лишь автоответчик. «Абонент вне зоны действия сети!» – говорит женский металлический голос.

Вот чёрт! Чёрт! Неприятное предчувствие коготками царапает душу. Неужели в столице не ловит связь? Значит, либо Хосе уже возвращается, либо что-то случилось.

Засыпаю я лишь под утро. Мне снится дом. Не та ветхая лачуга, в которой мы с отцом поселились после нашествия оборотней, а двухэтажный дом в центре города с прилегающим к нему садом.

В детстве я просто обожала возиться с цветами на клумбе, играя в садовника. То выкапывала их, то снова незаметно закапывала. Родители потом удивлялись, почему же цветы на клумбе так быстро вянут? Лишь одна я знала, в чём причина.

Вот и в этот раз возвращаюсь домой тихо, чтобы меня не поймали на горячем. Все руки в земле, нужно срочно помыть их, пока родители ничего не заподозрили. Крадучись прохожу на кухню, слышу приглушённые голоса, раздающиеся из комнаты.

– Линда, ты уверена? Это может навредить девочке, – взволнованно говорит отец.

– Ты и правда не понимаешь, Джон? – сердито отвечает ему мама, – Это спасёт ей жизнь!

Просыпаюсь в холодном поту. Они говорили обо мне? Почему мне кажется, что это вовсе не сон? Будто бы такое уже происходило со мной в детстве. Надо же, как я могла всё забыть? Пытаюсь вспомнить ещё хоть что-то из того разговора, но тщетно.

На улице уже светает. Встаю и подхожу к окну, вглядываясь вдаль. Вряд ли Хосе успел вернуться за те недолгие полчаса, что я спала. Достаю из ящика неофон, набираю номер и снова слышу в трубке металлический голос автоответчика.

– Где же ты? Свадьба уже завтра. Вернись! – шепчу сквозь слёзы, но меня никто не слышит.

Примерно через час в комнату заходит служанка.

– Доброе утро, мисс! Вас ожидают в столовой, – сообщает она.

– Спасибо, Тина. Я сейчас спущусь, – вздыхаю и иду собираться.

Надеваю своё синее платье и туфли. Не хочу сегодня выглядеть блестящей розовой куклой в том наряде, что купил мне Тони. Волосы собираю в высокий хвост на затылке. Строго поджимаю губы, глядя на себя в зеркало, и выхожу.

– Детка, неужели тебе не понравился мой подарок? – удивляется Тони, разглядывая меня.

– Ты сам сказал, что не хочешь, чтобы я сломала себе ногу в тех туфлях, – отвечаю ему, – А платье после вчерашнего ужина слегка испачкалось.

Вру и не краснею. Оно мне, действительно, не понравилось.

– Намёк понял, нужно больше платьев, – усмехается Тони.

– Не нужно, лучше скажи мне где…

Не успеваю договорить, он меня перебивает.

– Мой отец? Уже уехал. Он приезжал, чтобы благословить нас, – говорит он.

– Это я уже поняла. Где твой брат? – спрашиваю прямо.

– В столице, – отвечает Тони, – Почему тебя это волнует?

Как намекнуть ему, что я не дозвонилась до Хосе? Ещё разозлится и отберёт неофон – моё последнее средство связи с внешним миром. Нужно что-то придумать. Делаю отстранённый вид и говорю, словно между делом:

– Мне приснился плохой сон, а они имеют свойство сбываться. Позвони брату, узнай всё ли в порядке.

Тони изучающе смотрит на меня, будто бы видит в первый раз.

– И давно ты стала провидицей, детка? Брата и в самом деле долго нет.

Он набирает номер Хосе, недовольно поглядывая на меня. В трубке снова раздаётся автоответчик. Сердце пропускает удар. Где же Хосе?

– Наверное, уже едет домой, – заключает Тони, – В пути связь может не ловить.

Глупый оборотень. В любом случае я донесла до него то, что хотела. Вот только сдаётся мне, возвращение Хосе не в его интересах. Может быть, позвонить его отцу, но станет ли он меня слушать?

Во время завтрака я сижу как на иголках. Нетерпеливо ёрзаю на стуле, словно готова в любую секунду подскочить и умчаться к себе в комнату. Тони замечает мою нервозность и это выводит его из себя. Он намеренно громко стучит столовыми приборами, а потом и вовсе встаёт из-за стола.

– Если что, я в своей комнате, – бросает он уходя.

– Ты не поедешь на работу? – удивляюсь я.

– Взял отпуск на неделю в честь нашей свадьбы, дорогая! – нагло ухмыляется он.

Мог бы и не напоминать! Что-то мне нехорошо, тошнота подкатывает к горлу. Жду, когда Тони уйдёт, а затем тихонько пробираюсь в свою комнату. Достаю из ящика неофон и делаю то, что велит мне совесть. Нахожу в справочнике номер мэра и нажимаю клавишу вызова. Но в трубке раздаются лишь короткие гудки. Номер занят.

Тошнота становится нестерпимой, и я бегу в душевую. Включаю воду, чтобы не было слышно, как меня выворачивает. Ещё вчера всё было нормально. Что могло вызвать тошноту? Завтрак или повышенная тревожность? Вряд ли. Жадно пью воду прямо из крана, чтобы успокоить раздражённое горло.

Закрываю кран и слышу, что в комнате звонит неофон. Бегу скорее к нему. Неужели мэр заметил звонок из дома и сам перезвонил? Чуть подрагивающими руками снимаю трубку.

– Кто это? – слышу голос Дженарро Кортезо.

– Здравствуйте, это Катрин, – мой голос срывается на хрип, горло невыносимо саднит, – Прошу прощения, что беспокою вас…

– Что-то случилось? – удивляется он.

Как же ему объяснить? Он может неправильно понять. Хотя пусть думает что хочет, лишь бы Хосе вернулся домой целым и невредимым.

– Ваш сын, его долго нет, – взволнованно говорю в трубку.

– Ничего не понимаю. Тони же остался дома с тобой, – уточняет мэр.

– Я говорю о Хосе. Он должен был вернуться вчера вечером, но…

– Милая Катрин, – голос Дженарро становится спокойнее, – Хосе взрослый мальчик и проводит время, как ему заблагорассудится. Не вижу ничего странного в том, что он решил переночевать в столице.

Что он такое говорит? Намекает, что Хосе остался в столице поразвлечься? Нет, не может этого быть! Ведь он обещал вернуться ко мне как можно скорее.

– Вдруг с ним что-то случилось…

– Ни о чём не беспокойся, девочка, – перебивает меня Дженарро тоном, не терпящим возражений, – У тебя завтра важное событие, волнение – это нормально. Подумай лучше о своём наряде, его должны были уже привезти.

– Выслушайте меня, – умоляю в трубку, но слышу лишь короткие гудки.

Вот чёрт! Он решил, что я волнуюсь перед свадьбой. Почему мне никто не верит? Опускаюсь на кровать не в силах сдержать подступившие слёзы.

– Мисс, у вас всё в порядке? – в комнату заходит служанка, – Что с вами?

Как же тяжело, хочется кому-то рассказать о своих переживаниях. Тина не вызывала у меня доверия, но она догадывалась о нас с Хосе и если до сих пор никому не рассказала, то она на нашей стороне.

– Я неважно себя чувствую, – отвечаю ей, – А ещё волнуюсь за Хосе.

– Мисс, вам нужно умыться, – говорит Тина.

Она помогает мне встать с кровати и отводит в душевую. Мудрое решение. Здесь за закрытой дверью под мерный шум воды я могу ей обо всём рассказать, не боясь быть услышанной.