После смерти Оноре II на княжеский престол взошел его внук Луи (Лодовико) Гримальди, сын Эркюля Гримальди и его жены Аурелии Спинола.
Неизвестный художник. Портрет Луи (Лодовико) I. 1670-е
Для последней смерть Оноре стала началом периода относительного спокойствия. В 1666 году Аурелия восстановила свой статус и свою землю, наладила свои дела, но с 1667 года она начала страдать от болей в животе. В поисках облегчения она отправилась в долгое путешествие в Прованс, Монпелье, Марсель и Монако, и везде ее встречали очень тепло. Она ненадолго остановилась в Экс-ан-Провансе, после чего вернулась в Геную для управления делами, а затем вновь отправилась в Экс. Она была окружена друзьями и продолжала лечение. Несмотря на боли, она посещала мессы, церемонии, концерты для скрипки и органа.
Аурелия Спинола умерла в собственном доме в Экс-ан-Провансе 29 сентября 1670 года.
Ее сыну Луи (Лодовико), наследнику Оноре II, не было и двадцати лет, когда он сменил своего деда на троне. Воспитанный в Монако, он внезапно оказался брошенным в самую блестящую, но в то же время и самую непростую среду французского двора, с его интригами, тайнами и бесконечными скандалами. Близость маршала де Грамона к Мазарини укрепила связь его дочери с племянницами кардинала. Красота и остроумие Шарлотты де Грамон сразу же обеспечили ей особое место среди молодых женщин, жаждущих удовольствий. Она вышла замуж (кстати, против своей воли) за неопытного молодого человека, незнакомого по своему воспитанию с придворными нравами, да еще и моложе ее на три года, и с самого начала было легко понять, что этот союз вскоре подвергнется многочисленным испытаниям и глубоким разногласиям.
Осенью 1660 года Луи вернулся в Монако в одиночестве. Но его поездка была недолгой: ожидаемое рождение первого ребенка вскоре вернуло его в Париж. Антуан родился 25 января 1661 года, и в этом году произошло еще очень много разных событий. 9 марта умер Джулио Мазарини, а за этим последовала свадьба «Месье» (Филиппа Орлеанского, брата короля) с Генриеттой Стюарт, и эта юная принцесса внесла новый элемент активности в водоворот вечеринок, который тогда охватил двор. «Месье» питал особую привязанность к семье маршала де Грамона, и Шарлотта де Грамон была ему особенно симпатична. Эта склонность, разделяемая «Мадам» (Генриеттой Стюарт), вскоре уступила место чувству тесной дружбы.
Жан Нокрет. Портрет Шарлотты де Грамон.
XVII век
С тех пор Шарлотта стала избранной, и ее имя оказалось замешанным в инцидентах, которые тогда вызвали наибольший резонанс. Однако вскоре произошло одно из тех событий, которое поставило под угрозу положение Шарлотты де Грамон при дворе. Ее брат, романтичный граф де Гиш, был влюблен в «Мадам» безрассудно и нескромно. Поэтому король вынудил графа покинуть страну, и, хотя его сестра, похоже, никоим образом не участвовала в этой интриге и даже активно выступала против нее, сочли целесообразным убрать и ее.
Луи Гримальди с готовностью воспользовался этой возможностью, чтобы отвлечь жену от обстановки, в которой он сам оказался в столь же затруднительном, сколь и неловком положении. В сентябре 1661 года он отвез ее в Монако.
Смерть Оноре II вынудила Луи и Шарлотту долгое время оставаться в своем государстве: они провели там без перерыва 1662, 1663 и 1664 годы. За это время Шарлотта родила трех дочерей, последняя из которых появилась на свет в июле 1664 года.
Это длительное проживание, во время которого князь и княгиня делили свое время между Монако и Ментоной, ознаменовалось основанием монастыря, инициатором которого выступила Шарлотта де Грамон. В соответствии с соглашением, заключенным между Луи I и кардиналом Гримальди, архиепископом Эксским, пять монахинь и одна новообращенная из монастыря Нотр-Дам-де-ла-Визион д’Экс переехали в Монако в 1663 году. Здания нового монастыря возвышались на восточной части Скалы, совсем рядом с древней церковью Святого Мартина (Шарлотта де Грамон всегда питала большую привязанность к этому монастырю и пожелала, чтобы после смерти ее сердце было перенесено именно туда).
Монета Монако времен Луи I
Монетный двор, уже активно действовавший во времена правления Оноре II, при Луи I получил еще более значительное развитие. Первые его чеканные монеты отличались от тех, что были приняты при Оноре II.
Неизвестный художник. Групповой портрет участников русского посольства 1662 г. в Англию.
(Иван Желябужский – в центре). 1660-е
Следует также отметить, что в 1663 году корабль русского дипломатического представительства под руководством Ивана Афанасьевича Желябужского, направлявшийся во Флоренцию и Венецию, случайно во время шторма зашел в порт Монако, и таким образом Россия впервые узнала о существовании княжества.
А там княгиня Шарлотта уже внедрила привычки и вкусы французского двора, произвела многочисленные изменения во внутренней планировке и убранстве.
Шарлотта де Грамон вернулась ко двору ближе к концу 1664 года. «Нескромное» поведение графа де Гиша не изменило привязанности «Месье» к Грамонам, и несколько членов этой семьи занимали хорошие должности в доме его жены. По возвращении княгиня Шарлотта нашла у Генриетты Английской благосклонность и привязанность, которые, казалось, лишь усилились за время столь долгой разлуки. Она была назначена суперинтендантом дома «Мадам», причем эта должность была создана именно для нее.
И кто бы сомневался: заговоры, которые были так характерны для предыдущих лет, тут же возобновились. То одна, то другая партии пытались привлечь Шарлотту к участию в попытках охладить страсть короля Людовика XIV к его фаворитке мадемуазель Луизе де Лавальер.
Буквально каждый день приносил новое происшествие, и в какой-то момент княгине даже пришлось просить короля о защите от нападений со стороны Антонена Номпар де Комона, которому вскоре предстояло прославиться под именем герцога де Лозена. Он звался Пюигийемом, был близким родственником Грамонов, и проявил бурную страсть к своей кузине. Так вот по жалобе мадам де Монако его на некоторое время заключили в Бастилию.
В 1666 году Луи I Гримальди поступил на службу в Голландию, которая в то время находилась в состоянии войны с Англией. Он успел принять участие в самом ужасном столкновении, которое когда-либо случалось на море.
Речь идет о четырехдневной морской битве между британским и голландским флотами в Ла-Манше, в которой участвовало по сто кораблей с каждой стороны и десять тысяч орудий.
Луи Гримальди и граф де Гиш попали на корабль капитана Терлона, помощника Михила де Рюйтера. В самый разгар боя огонь охватил их корабль, и им пришлось броситься в воду. В этот момент один из голландских кораблей заметил их, и они смогли взобраться на него и сражаться еще три часа, пока «Малая Голландия», в свою очередь, не была уничтожена. Затем их доставили на корабль Рюйтера, который дал им новую одежду и принял их с большой радостью. Де Гиш получил три ранения. Трое его слуг, а также оруженосец маршала де Грамона были убиты. А вот Луи Гримальди вышел из этой ситуации без единой царапины.
Некоторые историки считают, что эта четырехдневная битва закончилась вничью, так как о своей победе заявили обе стороны. Сразу после боя капитаны принца Рупрехта, командующего британским флотом, обратили внимание на то, что Михил де Рюйтер отступил первым. По тогдашним нормам это означало признание превосходства противника. Голландцы же утверждали, что они разбили английский флот. Британцы потеряли около 20 кораблей (из них половина была захвачена), 5000 человек убитыми и ранеными и 3000 пленными. Голландцы потеряли шесть кораблей (ни одного корабля не было захвачено) и около 2500 человек убитыми и ранеными.
Ромейн де Хоге. Конгресс в Бреде. 1667
За миром, заключенным в Бреде между Соединенными провинциями (Нидерландами) и Англией в следующем, 1667 году, последовала война, объявленная Людовиком XIV Испании. За одну кампанию валлонская Фландрия была завоевана. С самого начала Луи I Гримальди сформировал кавалерийский полк. Он участвовал во взятии Лилля, где его тесть, маршал де Грамон, покрыл себя славой.
Вернувшись из армии, Луи не стал останавливаться при дворе и в ноябре 1667 года отправился прямо в Монако; он вернулся оттуда следующей весной. Его полк был распущен 18 мая 1668 года.
А там его ждал многовековой и так и не разрешенный конфликт между Монако и Ла-Тюрби. Мы уже несколько раз упоминали об этапах этого дела, и в двух словах его можно характеризовать так: с тех пор, как было основано Монако, монегаски всегда стремились расширить свои владения за счет Ла-Тюрби, а тюрбиаски, со своей стороны, не придавали никакого значения решениям магистратов Монако. Тем не менее начиная с XV века постоянно имели место компромиссы, целью которых было создание modus vivendi (способ существования), признающего фактическое положение вещей, не затрагивая сути дела.
Короче говоря, Ла-Тюрби можно было считать спорной территорией, и в 1668 году этот вопрос был поднят снова, и Луи I пришлось призвать к вмешательству Людовика XIV. Дело было передано на рассмотрение кардиналов, но арбитраж не удовлетворил ни одну из сторон (они решили разделить спорную территорию пополам). Ни тюрбиаски, ни монегаски не захотели согласиться с этим решением, и дело снова было приостановлено.
В конце августа 1670 года князь и княгиня отправились в Париж, и их пребывание там продлилось до следующей весны. Они вернулись в апреле 1671 года и до лета 1672 года продолжали проводить время между Монако и Генуей, куда их привлекало родство с крупнейшими домами Италии.
И примерно в это время наметился разрыв между Луи и его женой. Пока князь продолжал оставаться в Монако или Генуе, Шарлотта снова вернулась в Париж. Вскоре после ее возвращения второй брак «месье» вернул ее в положение, аналогичное тому, которое она занимала при первой жене. 29 апреля 1673 года она была назначена первой фрейлиной новой герцогини Орлеанской, но чувства жесткой Елизаветы-Шарлотты Пфальцской никогда не были для нее такими живыми и нежными, какими они были с Генриеттой Английской. Однако она проявила рвение, чем возмутила своих старых подруг, которые думали, что она обладает искренней привязанностью к «первой Мадам».
Князь Луи покидал Монако только для того, чтобы служить в армии, завоевавшей графство Франш-Конте в 1674 году. Затем он присутствовал при капитуляции Безансона, а потом вернулся в княжество. В дальнейшем он покинул его только для того, чтобы остаться в Генуе до зимы 1675–1676 годов.
Якоб Фердинанд Вое. Портрет Гортензии Манчини. 1680-е
Затем князь почти два года отсутствовал в Монако, совершая многочисленные поездки за границу. Одна из них привела его в Лондон, и там он воспылал рыцарской страстью к прекрасной Гортензии Манчини, в то время находившейся при дворе короля Карла II. Мы знаем, как он соперничал в блеске и щедрости с королем Англии. Этот период в жизни Луи Гримальди считают периодом, его наибольшей активности. Он участвовал в кампании 1677 года и был при осаде и взятии Валансьена, а весной 1678 года оказался при взятии Ипра.
А 4 июня 1678 года в Париже скончалась Шарлотта де Грамон, которую князь не видел с 1672 года. Ей было 39 лет.
В это время Луи I Гримальди занимался составлением свода законов Монако, получившего название «Кодекс Луи». Этот Кодекс был обнародован в Монако 23 декабря 1678 года.
Этот законодательный труд разделен на четыре книги, посвященные гражданским вопросам, уголовным вопросам, полиции и сельскому законодательству. «Кодекс» объединил в единое целое и улучшил положения, которые регулировали княжество. Некоторые из содержащихся в Кодексе нововведений, которые в значительной степени являются личной работой Луи I, имеют исключительный опережающий характер по сравнению с преобладавшими тогда правовыми идеями.
В 1688 году княжеский сын Антуан женился на Марии Лотарингской, дочери Луи Лотарингского, графа д’Арманьяка, и Екатерины де Нёвилль, дочери маршала Франции. Антуану в то время шел 28-й год, и он пользовался большим авторитетом при дворе благодаря своему великолепному внешнему виду и совершенно оригинальному складу ума. Из-за высокого роста его прозвали «Голиафом», Луи Лотарингский в буквальном смысле назначил его своим зятем, и этот выбор получил очень бурное одобрение короля.
Луи I был посвящен в рыцари Святого Духа. Брак сына объединил его дом с одной из самых прославленных семей Европы, и он посчитал, что его амбиции реализованы.
Эти браки, от которых Луи I ждал для себя большого удовлетворения, напротив, стали для него источником мучительных страданий. Герцогиня Юзская, очень несчастливая со своим мужем, умерла преждевременно, а союз Антуана и Марии Лотарингской постоянно испытывал сложности. Принц Антуан, пребывавший в очень раздражительном настроении, вскоре поссорился с родителями своей жены. Со своей стороны, Мария Лотарингская, воспитанная отцом и матерью, не выносила и мысли о том, чтобы даже на мгновение оказаться вдали от двора, где она блистала как своим изяществом и умом, так и своим положением.
В 1696 году княжна Анна-Ипполита Гримальди вышла замуж за Жана-Шарля де Крюссоля, герцога Юзского и первого пэра Франции.
Мария Лотарингская считала пребывание в Монако невыносимым изгнанием. Она постоянно прибегала к демонстративным вспышкам гнева, и кончилось все публичным разрывом отношений с мужем и отчимом. Своенравную женщину угомонили, и ей, в конце концов, пришлось капитулировать после длительных переговоров, свидетелем которых стал весь двор. Кажущийся порядок (но точно не мир) снова воцарился, однако князь Луи остался глубоко затронутым этим неприятным происшествием, и это способствовало подрыву его здоровья.
Луи I Гримальди серьезно заболел и скончался 3 января 1701 года в Риме, куда он был направлен Людовиком XIV в качестве посла при Святом престоле. Ему было 59 лет, и его не стало за несколько дней до того, как он вступил бы в 40-й год своего правления.