Она пушистой девочкой была,

Ещё носила маковый венок.

Важнейший этап девичьих испытаний обозначен падением в тёмный колодец, однако этому предшествовало тайное событие, обозначенное в сказках как «случайная кровь», «аленький цветочек» или «красные башмачки».

В русских сказках девушка, уколов пальчик, пачкала веретёнце кровью. В попытках омыть «веретёнце», юница роняет его в колодец и, понуждаемая злой наставницей, прыгает в его глубину.

Этот мотив по-разному обыгрывается в сказках, иногда он выглядит, как добровольная жертва. В сказке «Снежная Королева» маленькая Герда добровольно дарит свои красные башмачки Духу Реки, и та уносит её одинокую лодку во владения Старой Женщины.

В русской сказке «Аленький цветочек» цвет лепестков служит сигналом для замаскированного сватовства и приводит девушку прямиком к будущему жениху.

На Руси алый цвет растения — редкость. Разве что мак? Алый маковый цвет глубоко символичен: это цвет крови и молодой зари. Мак — цветок Элевсинских мистерий и празднеств Цереры; в силу этого он связан с мирами бессознательного и обрядами Посвящения. Его слабо наркотическое и галлюциногенное действия известны с глубокой древности.

Настойчивые просьбы Настеньки о заветном цветике, краше которого нет на белом свете, по сути, являются интуитивным поиском Вещего Знания, завершающим шагом женской инициации.

Алый (красный) цвет означает и решающую возрастную ступень в жизни девушки — наступление первых месячных. Во многих традиционных культурах женщина в этот период удаляется в добровольное изгнание и проводит несколько дней в особом жилище.

Спуск в сказочный колодец, падение в поддонный мир, одинокая жизнь в лесном дворце или опасное путешествие вниз по реке — память о такой ритуальной изоляции. Но даже вынужденное уединение — прямой путь к сосредоточенной внутренней жизни, к собственной памяти и к опыту предков.

Чтобы победить Природу, нужно проявить полное послушание её законам… Общение с духами Природы, с тотемными животными и лесными отшельниками, добровольная аскеза, и напряжённый труд оставляли неизгладимый след в юной душе.

Находясь вдали от людей, девушка принимала заботы и наставления мудрой матроны, специально избранной для этой цели. Часто для усиления ритуальной отверженности девушки её лицо и одежда пачкались землёй, золой и пеплом. Сказочный цикл, условно названный «Золушка» рассказывает о подобном девичьем испытании.

В европейском сказочном фольклоре следы этой темы оказались старательно подчищены, единственная известная нам сказка Г. Х. Андерсена «Красные башмачки» оказалась переписана набело в христианском духе. Однако хрустальные туфельки Золушки по-прежнему предполагают наличие ещё одной пары — Красных Башмачков!

В инициатическом поле сказки красное, страстное, чересчур земное должно преобразиться в чистейший хрусталь, а девушка-замарашка — обрести королевскую корону — завершённое посвящение. Её преподносит девушке Прекрасный принц — идеальный возлюбленный, но он, скорее, Ангел-Хранитель, чем земной супруг, да и ледяная красота хрусталя не создана для жизни, она — лишь символ некого духовного полюса.

Отметим, что в сказке особая роль уделена дворцовым часам. Они начинают звонить ровно в полночь, когда стрелки сходятся на «северном полюсе» циферблата, и все волшебные превращения Золушки совершаются в полночь, в особый час души и ночи, не значащийся на часах.

В полночной тьме является к Золушке её Крёстная, добрая Фея; в более архаичных вариантах она одета в плащ из мышиных шкурок, а на её голове — коровьи рога. Нет сомнений, что в истоке сказки, волшебная покровительница и вовсе представлена Коровой.

На нашем руническом календаре «полночь года» обозначена руной Инг. Это зимние врата женских Посвящений. Именно там, на дне года, в царстве тьмы и холода Девушку поджидает мудрое существо из Прежнего мира — Древняя Мать, рогатая Вила, сказочная Морозка, фрау Холда или Баба-Яга. Она хранит неугасимый свет в чаше черепа в ожидании той, которая придёт храбро перенять древний огонь.