Лук — что царь, стрелы — что посланнички!

На нашем календаре дни осеннего равноденствия отмечены «стрелой». В рунической письменности это руна «Тюре» — тур с опущенными к земле рогами, или, следуя терминологии Германа Вирта, «свет, опускающий руки», или «безрукий воин», наделённый, тем не менее, чувственной фаллической силой.

Стрелу издревле использовали в мужских возрастных инициациях, её давали в ручку новорождённому мальчику, ею отодвигали фату с лица невесты на славянской свадьбе, стрелой проводили пробор на её распущенных волосах. После жених выстрелом из лука снимал стрелой кольцо для невесты. Стрела и кольцо — исконные символы мужского и женского; этот пласт знаков — самый цельный, глубинный и жизнеутверждающий. Четыре стрелы втыкали по углам свадебных покоев русских князей и вешали на них калачи и шкурки чёрного соболя. Стрелой поутру поднимали одеяло новобрачных.

«Стрела златая, тонко оперённая» звенит в зачине многих славянских сказок, самая известная из них — сказка «Царевна-Лягушка». Эту сказку иногда называют «княжеской», мол, рассказывали её молодым боярам, чтобы набирались ума-разума и сызмальства учились дворцовому этикету, но в дальнейшем такой сословный подход ничем не подтверждается.

Сказка о Царевне Лягушке начинается с символического пускания стрелы, примечательно, что в Древнем Риме прободение участка земли копьём или стрелой входило в ритуал объявления войны как символ доминирования, в том числе, и сексуального.

Обряд пускания стрелы в сказке — троичен. Троекратное совершение колдовских действий в народной магии базируется на уверенности — третий раз волшебный! В сказке три стрелы соответствуют кастовым границам в древнем обществе, установленным в согласии с учением Вед.

Санскритское слово «каста» сродни русскому «качество», и древнеиндийское учение ставит качество человека в прямую зависимость от его варны, то есть происхождения.

Стрела старшего брата попадает в руки боярыни. Боярство связано клятвой служения Царю; согласно индийским Ведам, это кшатрии, благородные витязи, охраняющие земной порядок.

Стрела среднего брата падает на купеческий двор. Купечество, или каста вайшья — некогда подпирала собою две высшие касты: браминов и кшатриев. Согласно Ведам, торговый люд произошёл из рук Брахмы, и в силу этого его кругозор ограничен сферой стяжания и накопления.

Цель Ивана Царевича — выбить десятку (вспомним о десятой «коронованной» букве). В Индии вершина кастовой пирамиды представлена всезнающими брахманами, и задача Ивана-Царевича стать таким Царём-Волхвом, воплотить в себе мудреца, властителя и мага.

Но первый выстрел Ивана Царевича оказался неудачным: он «пустил стрелу в белый свет, как в копеечку». Символ мужества надо вернуть, и герой пускается в неизбежное странствие по годовому кругу на поиски потерянной удачи: погасшего луча, «утраченного мужества»…

В сказках роль гонимого и проходящего испытания обычно достаётся тому, кто обладает наиболее крепкой связью со знающей Природой. Герой, олицетворяющий в себе космическую полноту, предстаёт в осиротевшем, убывающем облике, будто оставшаяся без матери девица, Иван-дурак, защипанный гусёнок, бычок-дристунок или самый хилый конь из табуна бабы-Яги.

Именно свет в его страдающем аспекте даёт движение сказке и происходит восстановление божественного порядка, попранного временной атакой или даже победой тёмных сил. В этом ключ к народному пониманию подвига; через тернии к звёздам, через преодоление к победе, через разлуку к воссоединению.

Известно, что кривую страну Бог правит, и Неведомая судьба уже поджидает незадачливого стрелка посреди кочек и камышей.