Городок, в котором жил Робин, был небольшой, поэтому они решили пройтись пешком. В этом году календарная зима Бельграно почти совпадала с календарной зимой Земли. Хотя зим здесь было две, ведь период обращения планеты вокруг своей главной звезды Альфа длился 185 суток.

Светало. Кэтрин никак не могла привыкнуть к тому, что восходов на Бельграно два: первой на горизонте всегда появлялась Бета, приблизительно в пять утра по бельгранскому времени, затем Альфа – около семи. Но каждый день время рассветов немного менялось, потому что планета двигалась вокруг своей главной звезды Альфа по вытянутой орбите.

Сегодня восход Беты был ярче обычного. Маленькое бурое солнце неспешно плыло по чернильному небу – планета находилась в дальней точке орбиты. Медленно проступали силуэты высоких холмов, в тусклом свете казавшиеся безжизненными, несмотря на покрывавшую их бурную растительность.

Затем, словно играя в догонялки, появилось второе солнце – Альфа, по сравнению с Бетой оно казалось огромным. Его яркие оранжевые лучи захватили пространство. Внезапно на планете стало светло, как днем. Небо из темно-синего превратилось в светло-голубое, почти белое, и на земле появились вторые тени – яркие, сочные. Тени же от Беты бледнели с каждой минутой, жить им оставалось недолго: стремительным восходом Альфа уничтожала их, вытесняя с небосвода свою вечную напарницу.

Дом Робина стоял на отшибе. Когда они вошли, резкий запах затхлого, неубранного жилища ударил в нос. Кэтрин с недоумением оглядела гостиную: разбросанные вещи, грязная посуда, обшарпанные стены старого шара, давно не видевшего ремонта, – все это отдавало не просто неряшливостью. Это была настоящая конура, логово одинокого мужчины-отшельника из двадцатого века.

– Отец, сразу видно, что жены у тебя нет, она бы не допустила такого беспорядка. Но где твой андроид?

– Женщинами и роботами я уже сыт по горло, – проворчал Робин.

Кэтрин и Эрнесто переглянулись.

– Ты, Эрнесто, – Робин развернулся к нему, – тоже скоро это поймешь. Пока молодой, те и другие кажутся ангелами, но потом превращаются в сущих чертей.

– Робин, а роботы чем провинились? – Эрнесто еле сдерживал смех. – Они же покорные, исполняют все желания.

– Вот это меня и раздражает, не люблю покорных!

– Да-а, – протянул Эрнесто, – характер у вас такой же, как у Кэтрин!

– Так и есть! Она же моя дочь! – Робин поднял палец вверх. – И ты наверняка любишь ее именно за крутой нрав.

Робин взял в охапку кучу вещей со старого, видавшего виды дивана и бросил их на пол:

– Кидайте свои кости на диван.

Кэтрин и Эрнесто осторожно присели, старые пружины устало скрипнули.

– Отец, сейчас уже есть диваны на воздушной подушке, мы можем заказать тебе с Земли. Ты пожилой человек, может, тебе так будет удобнее?

– Разрази меня Галактика, это я пожилой? – он бросил на нее недовольный взгляд.

– Робин, она хотела помочь, – примирительно сказал Эрнесто, – расскажите, как вы здесь жили? Почему Кэтрин и ее мать ничего не слышали о вас столько лет?

– Перед отправкой на Эридан мы с Эми поссорились, она поставила ультиматум: либо я остаюсь в семье, либо еду на все четыре стороны. Я вспылил и уехал. Вскоре от нее пришли документы о разводе. А через полгода я с товарищами попал в передрягу на шахте, меня долго считали погибшим. Возможно, Эми получила эту информацию и прекратила поиски. Если бы я знал, что у меня есть дочь, сразу бы вернулся на Землю. Пропади пропадом этот Эридан!

– Но почему ты не искал маму?

– Гордость не позволила. Сначала я думал, она остынет, напишет мне сама. Не хотел быть тряпкой в ее глазах – в конце концов это Эми прислала документы о разводе. Но она не написала, несносная гордячка, – Робин скорчил надутую мину. – Шли годы, никто из нас так и не сделал первый шаг. Теперь-то я знаю, она считала меня погибшим.

– Неужели ты не хотел с ней снова встретиться?

– Тогда я был зол на нее. Думаю, она на меня тоже. Мы оба очень упрямые. И ты, Кэтрин, наверное, та еще штучка? Правда, Эрнесто?

Эрнесто покосился на нее и тактично промолчал.

– Ага! Боишься ее? – Робин одобрительно закивал, всем своим видом показывая, что понимает его. – Кэтрин, вытаскивай свой СИС, скорее звони матери! Я хочу говорить с ней немедленно!

Кэтрин поняла, теперь скрывать их тайну бесполезно. Придется рассказать отцу все, как есть. Каким-то особенным женским чутьем она знала, он никогда не предаст ее. Кэтрин виновато посмотрела на Эрнесто, словно ища поддержки. Он кивнул.

– Отец, мы не можем позвонить маме, потому что она не знает обо мне.

– Во дела! Как же ты тогда появилась? – Робин недоуменно уставился на нее.

– Понимаешь, я не Кэтрин Дуглас, вернее, не совсем она.

– Что ты мне зубы заговариваешь, я видел твой ДНК-паспорт. Так прямо и скажи, что Эми не будет со мной говорить.

– Настоящая Кэтрин сейчас на Земле, а я ее биологическая копия, и мама не должна узнать, что нас двое.

Робин внимательно выслушал их рассказ, изредка задавая вопросы то Кэтрин, то Эрнесто.

– Теперь я понимаю, почему ты так хорошо выглядишь, больше двадцати пяти тебе не дашь. А твоему оригиналу, должно быть, сорок?

– Скоро сорок, – поправила его Кэтрин.

– Так вы говорите, что вы из Сопротивления?

– Да, отец.

– Какую-то Дуглас из Сопротивления осудили и отправили в Девон лет десять назад.

– Двенадцать. Это была я.

– Теперь я припоминаю… Точно! Смотрел трансляцию, но мне и в голову не пришло, что на голограмме моя дочь. Я тогда подумал: эта Дуглас – моя однофамилица, и гордился, что она тоже из шотландцев.

– Отец, мы прибыли сюда с благородной целью – предупредить жителей Бельграно о скором уничтожении планеты и подготовить их к оборонительным действиям.

– Тогда вы пришли по адресу, у нас здесь тоже есть свое Сопротивление.

– Робин, ты знаешь, кто руководитель? Познакомишь? – попросил Эрнесто.

– Он перед вами!

Кэтрин кинулась ему на шею:

– Папа, ты не представляешь, как мы ждали этого момента!

Робин неуклюже обнял дочь, пару раз робко погладил ее по голове.

– Сколько человек в вашей организации? – спросил Эрнесто.

– Несколько тысяч, есть и сочувствующие, Президент Бельграно например.

– Да ну! Как же вы его завербовали?

– Это мой друг. Мы, когда были молодыми, вместе начинали в шахте. Он выбился в люди, вся планета его любит и уважает. Не то, что я, никчемная биологическая единица, каждый день напиваюсь в «Притяжении» до чертиков.

– Отец, мы не маленькие и уже поняли, зачем ты ходишь в этот клуб. Для отвода глаз, изображаешь из себя пьянчужку, чтобы никто не догадался, чем ты на самом деле занимаешься.

Робин хмыкнул:

– В «Притяжении» много наших бывает, мы там даже специальную связь наладили. А у вас есть связь с кем-то из Сопротивления на Земле?

– Нет, это слишком опасно, сообщения могут перехватить, – ответил Эрнесто. – Но на Земле от нас ждет новостей Михаил, мой бывший капитан. Это он придумал план уничтожения супероружия на орбите Бельграно.

– Тогда вам нужно вернуться на Землю и переговорить с ним. Расскажите ему обо мне. Наладьте тайную связь. Когда Михаил будет на орбите Бельграно, связь нам очень понадобится.

– Прямо завтра и отправимся, – пообещал Эрнесто.

– Нет, я останусь здесь, – категорично заявила Кэтрин. – Хочу побыть с отцом.

– Да, зятек, уверен, ты справишься и один. А я покажу дочке Бельграно и все организую: предупрежу своих, и мы начнем собирать Временные корабли и оружие. Эти аргентинцы не дадут спуску Земной эскадре!

* * *

Люк «Прометея» открылся, проложив узкую полоску света в темном гараже старого бункера.

«Как мрачно, – поежился Эрнесто, – не могу привыкнуть к этому месту. Как здесь люди находились столько лет? Хотя, захочешь выжить, и под водой себе дом устроишь, – усмехнулся он про себя. – Сейчас свет включу, будет повеселее».

Эрнесто повернул старый рубильник. Тот громко скрипнул, заявляя о своем почтенном возрасте. Яркий искусственный свет залил помещение гаража.

«Видимо, Михаил еще не подошел, – предположил он, – иначе бы оставил свет в гараже включенным».

Эрнесто дожидался капитана в бункере несколько дней. Пищевой принтер «Прометея» улучшал его настроение, а книги помогали коротать время. Видимо, один из погибших владельцев бункера изучал испанский язык – Эрнесто нашел несколько томиков.

Наконец, Михаил и Иван появились в проеме люка, ведущего в гостиную.

– Что случилось, куда вы пропали? – взволнованно спросил Эрнесто.

– Мы были на испытаниях нового оружия, – ответил Михаил. – Честно говоря, я под впечатлением.

– Представляешь? – глаза Ивана возбужденно блестели. – Несколько планет вместе с их звездой просто растворились в вакууме.

– Что это за оружие?

– Адмиралы называют его «Инфлатон». Оно основано на применении пространственной бомбы – технологии, задействующей темную энергию. Об этой энергии много писали фантасты прошлого, но до сих человечеству не удавалось подчинить ее себе.

– Так значит, теперь удалось?

– Думаю, нет, – ответил Михаил, – вернее, не совсем. Я не верю, что Инфлатон сотворили наши Инженеры, слишком большой скачок развития. Помните, Сэм говорил: «Все великие изобретения прошлого и, вероятно, будущего были уже созданы»? Пространственная бомба напрямую связана с главной тайной Вселенной – с атомами, из которых все мы состоим. Даже эмблема на ящике, в котором перевозят Инфлатон, говорящая: атомное ядро, окруженное электронами. И это оружие высокотоксично для людей, с ним контактируют только роботы. Меня даже не пустили на погрузку, поэтому я командовал ею удаленно.

Михаил замолчал на несколько секунд, собираясь с мыслями:

– Всё оружие, которым мы владели до сих пор, по сравнению с Инфлатоном, как дротик рядом с ядерной бомбой. Оно обладает невероятной мощью! Представь, что ты запускаешь Большой взрыв в момент рождения Вселенной, и тут же уничтожаешь ее Большим разрывом. Инфлатон делает ровно то же самое: расширяет пространство чудовищными темпами, разрывает атомы и провоцирует «большой разрыв», но только не во всей Вселенной, а в определенном месте, например, в системе Ро Эридана. И это происходит не за миллиарды лет, а мгновенно.

– То есть человек примерил роль Бога? – спросил Эрнесто.

– Почти. Только Богу для этого не нужна высокотоксичная руда, а человеку она помогает достичь определенного разогрева взрывателя – такой штуки, похожей по своим свойствам на звезду. Этот взрыватель взаимодействует с установкой, где находятся инфлатоны[53], и вызывает реакцию.

– Вроде ядерной?

– Если бы я знал! – пожал плечами Михаил. – Мы научились пользоваться инфлатонным оружием, этим демоном смерти, за один миг проглатывающим планеты и звезды, но так до конца и не поняли принципа его работы.

Ужас охватил Эрнесто. Он осознал, что человечество сейчас на пороге Четвертой войны, губительной и беспощадной, которая способна уничтожить все живое.

– Естественно, Инфлатон нельзя использовать без Временных кораблей, – продолжал Михаил. – По плану Мирового Правительства Земная эскадра оставляет оружие на орбите Бельграно, а сама убирается подальше за несколько минут до взрыва.

– Значит, наш план провалился? – спросил Эрнесто.

– Инфлатон будет нести флагманский корабль под моим управлением, поэтому пока все под контролем. А как ваши дела? Нашли Сопротивление на Бельграно?

– Да, нашли! И не только его. Представляете, им управляет отец Кэтрин, которого она считала погибшим!

– Поздравь ее от нас, – Михаил, сидевший до этого с мрачной миной на лице, улыбнулся, – это хороший знак!

– Отец Кэтрин говорит, нам нужно наладить тайную связь, она понадобится, когда Земная эскадра прилетит на Бельграно. Постойте, а зачем целая эскадра, если доставку оружия может осуществить всего один Временной корабль?

– Флагман несет оружие, это секретная информация. По задумке Мирового Правительства, жителям Бельграно знать об этом не полагается. Они будут уверены, что на планету планируется высадка десанта. Увидев на орбите столько кораблей, бельгранцы должны испугаться и сдаться, тогда применение Инфлатона не понадобится. Консулы не глупые люди. Бельграно – единственная планета с рудой, из которой добывают съедобное золото. Они уничтожат ее в крайнем случае, если другого выхода не будет.

– Да, конечно, – кивнул Эрнесто, – оно приносит колоссальные доходы не только Бельграно, но и Мировому Правительству.

– Зачем резать курицу, несущую золотые яйца, – добавил Михаил по-русски.

– Что ты сказал? – спросил Эрнесто.

Михаил перевел фразу на планетарный.

– Это опять из русской сказки?

Михаил кивнул и рассказал ему сказку про курочку Рябу.

– Да уж, непонятные у вас сказки, нелогичные, – покачал головой Эрнесто. – Зачем они такое ценное золотое яйцо хотели разбить?

– А этого уже никто не понимает, даже русские, – усмехнулся Михаил. – Главное, сказка закончилась хорошо, у деда с бабкой остались курица и яйца, правда уже простые, а не золотые.

Эрнесто встал и нервно зашагал по комнате:

– Только в сказке бывает счастливый конец. Бельгранцы, даже увидев эскадру на орбите, ни за что не сдадутся!

– Ты прав, – согласился с ним Михаил, – поэтому у нас есть этот план. Надеюсь, он пройдет успешно. Но вот по поводу связи придется попотеть. Все спутниковые каналы будут прослушиваться.

– Отец, а может попробуем старые радиоканалы с усилителями? Про них уже все забыли, – подсказал Иван.

– Хорошее предложение, но, боюсь, тоже рискованное.

– Тогда нужно использовать древнюю связь – азбуку Морзе. Создадим шифр, будем передавать сообщения по усиленному радиосигналу, его и с орбиты до поверхности планеты дотянет. Для связи можно взять наши старые СИС, они его еще поддерживают. Создадим для них программу, переводящую шифр в планетарный. Каждый, у кого стоит эта программа, сможет их читать как обычные сообщения, но только на своем устройстве, а в эфире они так и останутся зашифрованными. Главное, менять шифр почаще.

– Это идея! – Михаил подскочил с места. – Вот что значит молодая голова. Ваня, займись этим.