Михаил, Сэм и Иван переступили порог гостиной.

– Что случилось? – Михаил был встревожен. – Мы как раз подлетали к вам и заметили полицейский шар. Зависли повыше, не стали спускаться, пока он не улетел. Что полицейские тут делали?

– Да так, – ответила Миранда, – ничего серьезного, разбирались, кто из нас круче! Эрнесто сдуру полетел к Кэтрин-старшей в Шотландию, наследил там своей ДНК, вот «осы» и переполошились.

– Эрнесто, в чем дело?! – Михаил строго посмотрел на него. – Ты мог сорвать всю операцию!

– Капитан, я больше не ваш подчиненный, не нужно мне указывать! – в шутку огрызнулся Эрнесто и тут же широко улыбнулся, показывая Михаилу, что не стоит на него за это обижаться, но и командовать над собой он больше не позволит.

– Почему «осы» не обнаружили Эрнесто и Кэтрин? – спросил Иван, пытаясь перевести разговор в более мирное русло. – У полицейских роботов высокочувствительные тепловизоры, они даже муравья засекут!

– Иван, – Эрнесто хмыкнул, – не только у твоего отца есть бункер! Сейчас я вам покажу свой. Но мне больше нравится называть его подземельем.

Они зашли в комнату с люком. Эрнесто нажал кнопку за комодом, люк отъехал в сторону. Присутствующие с любопытством поглядывали вниз на медленно выдвигающуюся тонкую металлическая лестницу.

– Можно идти, – сказал Эрнесто, жестом приглашая друзей следовать за ним.

– А что, миленькая квартира! – сказал Михаил, оглядываясь.

– Я бы даже сказал штаб-квартира, – скаламбурил Эрнесто. – Капитан, с вашим бункером, конечно, не сравнить. Когда вы переместили нас от шатров Ноя прямо туда, я был впечатлен. Этакая антикварная недвижимость.

– Ну, я же капитан, а не какой-то второй Инженер. Мне быть круче по статусу положено, – в свою очередь отшутился Михаил.

Эрнесто и Кэтрин провели друзьям небольшую экскурсию. Михаил и Иван задержались у большого круглого стола с пультом управления.

– Полагаю, это мозг Сопротивления? – спросил Михаил.

– Так точно, капитан!

– Это отсюда ты взламывал все СИС-браслеты землян?

– Да, было дело, – кивнул Эрнесто.

– Мне как Инженеру всегда было интересно, как ты это проворачивал?

Эрнесто несколько минут объяснял Михаилу и Ивану свой способ взлома. Он создал специальную программу, которая обходит защиту полицейских роботов. Но ему всегда не хватало времени: полицейский робот улавливал чужой сигнал и выбрасывал его из эфира. Тогда Эрнесто заметил, что пеленгатор роботов выставлен на определенное время, то есть взлом засекается в течение десяти секунд, поэтому смена кодов должна происходить раньше, например, через девять. Конечно, тогда изображение и звук будут не такими чистыми и непрерывными, но смысл послания донести можно.

– Что это за огоньки? – поинтересовался Иван.

– Местонахождение шаров членов Сопротивления.

– Они знают о том, что ты наблюдаешь за ними? – спросил Михаил.

– Обижаете, капитан, конечно нет. Постойте, – Эрнесто наклонился ближе к пульту, – Гера и Гермес до сих пор вместе. Мы еще полчаса назад заметили их, когда прятались от «ос».

– Да, – подтвердила Кэтрин, – Эрнесто предположил, что у них любовь.

– Ты сказал Гера и Гермес? – спросил Сэм. Он только что закончил осматривать андроидов-аватаров и подошел к пульту. – Кэтрин-старшая говорила про них. Они устроили на последнем очном собрании такую грызню, что члены организации проголосовали против того, чтобы завладеть «Прометеем».

– Надеюсь, на собрании Кэтрин не называла имя корабля? – обеспокоенно спросил Эрнесто.

– Нет, она же еще не сошла с ума.

Эрнесто включил несколько кнопок на пульте:

– Всё, что происходит в их лётных шарах, можно прослушать. Полагаю, будет интересно.

Тихий шепот мужчины и женщины раздался из колонок над пультом. Эрнесто нажал еще на несколько кнопок, шепот превратился в довольно внятную речь.

– Полетим на двух шарах или на одном? – спросила Гера.

– Давай уже, перебирайся ко мне, – предложил Гермес.

Огонек лётного шара Геры погас. Вероятно, она выключила двигатель и вышла. Эрнесто все внимание сосредоточил на шаре Гермеса. Он взлетел. Вскоре разговор двух людей продолжился.

– Как думаешь, стоит говорить ему о том, что у Сопротивления теперь есть Временной корабль? – спросила Гера.

– Мы не знаем точно, завладели они им или нет. Говорил я тебе, нужно действовать тоньше. А ты устроила на собрании скандал.

– Если бы не устроила, что тогда?

– Мы бы уже всё знали про Временной корабль, – перебил ее Гермес. – А теперь Зевс затаился и еще, наверное, подозревает нас.

– Конечно они захватили Временной корабль. Я сердцем чувствую. Нужно сегодня же об этом рассказать. В прошлый раз нам пообещали за информацию килограмм съедобного золота. Это целое состояние!

– Но учти, если мы дадим ему ложные сведения, он нам голову открутит!

– Не открутит! Ты всегда всего боишься! – раздраженно сказала Гера.

– Ладно, решено, расскажем ему про Временной корабль и потребуем награду, – уже более уверенно произнес Гермес.

– Пассажирам, занять места в креслах и пристегнуться! – в их беседу вторгся голос компьютера-автопилота.

– Подлетаем, – сказал Гермес.

Два ремня звонко щелкнули. Лётный шар приступил к снижению. Двигатель сбросил скорость и затих, зависнув над местом парковки. Столб воздуха вырвался из дна лётного шара и плавно опустил его на землю.

– Эрнесто, – попросил его Михаил, – увеличь карту, интересно, куда они прилетели.

В помещении погас свет. Голограмма карты местности появилась над пультом.

– Вот они, – Эрнесто ткнул пальцем в небольшой поселок, где проживают довольно известные и состоятельные люди.

– Это же, – Сэм застыл на месте, – это же дом Дэвида!

– Ты его знаешь? – спросил Михаил.

– Конечно, он мой прямой начальник. Я несколько раз был у него.

Сэм стал рассказывать им о Дэвиде: о том, что произошло на аукционе, празднике майя, его приставаниях к Кэтрин, о драке, в которой трусливый Дэвид выглядел не лучшим образом.

– Как раз сегодня этот малодушный завистливый чиновник отомстил мне, закрыл мою шумерскую экспедицию и раскопки на бывших иракских территориях. Ударил по самому больному месту!

Сэм с горечью и тревогой посмотрел на друзей:

– Дэвид может многое. Он крупная величина в Мировом Правительстве. Теперь, после предательства Геры и Гермеса, его шпионы от нас не отстанут, будут везде искать «Прометей».

– И не найдут! – ухмыльнулся Иван. – Отец хорошо его запрятал, под таким слоем бетона ни один сканер его не найдет! А что теперь делать с Герой и Гермесом?

– Будем продолжать следить за ними, – ответил Михаил. – Возможно, они выведут нас на других предателей.

– Очень сомневаюсь, – сказала Кэтрин. – Думаю, сейчас они сольют информацию о Временном корабле Дэвиду, получат свой куш и исчезнут в дальних колониях.

– Кэтрин и Эрнесто тоже не мешало бы поскорее исчезнуть, – сказал Михаил. – Предлагаю завтра же забросить вас на Бельграно.

– Но, капитан, я не успел пообщаться со своим сыном! – запротестовал Эрнесто.

– Ты хочешь, чтобы полиция вас все-таки нашла? – Михаил повысил голос. – После сегодняшних событий считаю ваше пребывание на Земле неоправданным риск ом. Отправляетесь завтра же! Можешь относиться к моим словам как к приказу! Хоть тебе и не нравится, что я до сих пор тобой командую.

– Вы, как всегда, правы, капитан.

– На Бельграно вы обживетесь, – продолжал Михаил, – найдете людей, кому не безразлично то, что сейчас творится в мире. Когда Мировое Правительство отправит мою эскадру к Эридану и отдаст приказ об уничтожении звездной системы, мы откажемся исполнять его. Заминируем боевые корабли, несущие оружие. Затем я организую эвакуацию личного состава на спасательных Временных кораблях. Когда личный состав покинет орбиту Бельграно, мы взорвем корабли с оружием. Безопаснее всего это сделать в космосе. И Четвертая война закончится, так и не начавшись.

– Михаил, но этого недостаточно, – сказала Кэтрин. – Весь мир, все колонии должны узнать о том, как шесть консулов собирались поступить с жителями Бельграно. Иначе наша война будет проиграна. Это я тебе как бывшая журналистка говорю.

– Конечно, – Михаил кивнул, – я буду вести запись всех переговоров с начальством на свой СИС.

– Хороший план, капитан, – согласился Эрнесто. – Теперь давайте рассмотрим наше пребывание на Бельграно подробнее. Колонисты в основном выходцы из Аргентины. Они даже назвали планету в честь своего национального героя – полководца Мануэля Бельграно. Второй язык колонии – испанский, жители сохранили его.

– Это в очередной раз говорит об их самобытности, отличает от серой массы основного населения Земли и колоний, – подчеркнул Михаил.

– Я тоже немного говорю по-испански, родители научили, ведь мама из бывших испанских территорий, отец – из аргентинских. Это поможет нам наладить контакт с местными. Мы предупредим их о надвигающейся угрозе, затем начнем собирать оружие, которое понадобится для второй части нашего плана. Когда адмиралы в Мировом Правительстве поймут, что мы их надули – взорвали на орбите их новое сверхмощное оружие, они заново соберут силы и попытаются напасть на планету, высадив десант. И здесь мы их достойно встретим, потому что будем уже к этому готовы.

– А ты, Сэм, чего молчишь? – спросил Михаил.

Сэм поднялся. Когда философские мысли посещали его, он высказывал их тихо, но при этом четко и кратко. Окружающие замирали, слушая его, будто это не Сэм, а пророк, вещающий истину:

– Триста лет назад на Земле родился человек, Эрнест Хемингуэй, который стал писателем и лауреатом Нобелевской премии. Он пережил Первую мировую войну. Она настолько прожгла его душу, что он создал удивительный роман. Я помню строки из этого романа, они потрясли меня: «Некоторые на изломе становятся крепче, но тех, кто не хочет ломаться, убивают. Убивают самых добрых и самых нежных, и самых храбрых – без разбора. А если ты ни то, ни другое, ни третье, то тебя убьют тоже – только без особой спешки». Сейчас вы, конечно, не знаете, кто такой Хемингуэй, что такое Нобелевская премия, да и Первая мировая война была так давно, что память о ней стерлась из умов и душ последующих поколений. Но мне как историку об этом забывать нельзя. Роман назывался «Прощай, оружие!». Когда Первая мировая закончилась, люди были на подъеме точно так же, как после Второй мировой и после Третьей. Они ждали новую жизнь, новый мир, полный радости и счастья. И вот сейчас, слушая вас, мне стало по-настоящему страшно. А что будет после Четвертой войны? Пятая? Шестая? Неужели этот круговорот войн никогда не закончится?

– Но мы не начинали ее, – возразил Иван, – мы только обороняемся.

– Сэм, ты как-то странно себя ведешь, – Михаил нахмурился. – Скажи прямо, ты будешь принимать участие в боевых действиях?

– Ребята, я ученый, а не воин, – ответил Сэм. – К тому же я пацифист. Дайте мне другое задание, не связанное с убийствами.

Наступила тишина. Слова Сэма проникли в каждого: Михаил вспомнил о своем дедушке, который пережил Вирусную войну и смог изменить послевоенный мир к лучшему. Иван представил Мириам и Звездочку, он не хотел с ними расставаться, и налетевшая тоска сжала его сердце. Эрнесто думал о маленьком Эрни, о новом шансе, который преподнесла ему судьба. Другой на его месте сидел бы и радовался, но долг перед жителями Ро Эридана гнал его на Бельграно. Кэтрин почему-то отчетливо увидела лицо своей матери и услышала ее слова: «Неудобные гены не нау чились зачищать».

А сам Сэм думал о том, что прямо сейчас на его глазах пишется новая история и новая книга – «Здравствуй, оружие!».