Это один из тех вопросов, которые возникают, когда буддизм соприкасается с христианством или индуизмом. Однако, возможно, он должен чаще возникать в тех случаях, когда буддизм размышляет о самом себе. Я включил сюда обсуждение этого вопроса, поскольку он имеет отношение к некоторым моментам, полезным как для последующего, так и для предыдущего изложения. На самом деле Истинное Я и отсутствие «я» означают одно и то же, просто с разных точек зрения. И то и другое может быть полезным, и то и другое является крайностью. На самом деле истина — это Срединный путь между ними и она не поддаётся описанию, однако я всё же попытаюсь дать некоторые разъяснения в надежде на то, что это поможет в реальной практике. Может показаться странным, что глава, связанная с плодами практик прозрения, помещена среди описаний джхан шаматхи, однако, будем надеяться, что прочитав её, вы поймёте, почему она оказалась там, где оказалась.

То, как эта глава с наибольшей вероятностью может поддержать практику, будет совершенно недоступно пониманию интеллектуалов, и поэтому она для них бесполезна. Я пытался сделать эту главу предельно ясной и, по иронии, в ходе этих попыток создал массу парадоксов. В одной из своих пьес Шекспир приравнивает философов к адвокатам. С точки зрения практики прозрения, адвокат, ужасно выполняющий практики прозрения, но всё же пытающийся это делать, значительно превосходит философа с мировым именем, просто интеллектуально освоившего теорию, но совсем не освоившего практики.

Помните, что духовная жизнь — это то, что вы делаете, и, будем надеяться, понимаете, а не какая-то доктрина, в которую нужно верить. Тем из вас, кто интересуется формальной догматической буддийской анти-догмой, следует познакомиться с чрезвычайно глубокой Суттой МН1, «Корень всех вещей», из «Собрания средних наставлений» Будды, а также с Суттой ДН1, «Величайшая сеть (То, чем не является учение)» из «Собрания длинных наставлений» Будды.

Опять же, нужно понимать, что все эти слова в конечном итоге оказываются по сути бесполезными и чаще всего не имеют особого смысла. Лишь исследование нашей реальности поможет нам действительно постичь её напрямую, но это постижение не доступно рациональному уму. Никакое содержание наших мыслей не может по-настоящему объяснить тот опыт постижения, на который я собираюсь указать, однако в непосредственном переживании этих мыслей есть нечто такое, что может приоткрыть его. Всё, что я попытаюсь здесь объяснить, без прямого прозрения может стать великой сетью бесполезных воззрений, из которой непросто выбраться. Многие наивные и нудные диспуты между различными традициями прозрения возникают в результате фиксации на этих концепциях и неуместной приверженности лишь одной стороне этих очевидных парадоксов. Не удивительно, что такие прения между традициями прозрения обычно возникают среди тех, кто почти или совсем не достиг прозрений. Один из очевидных признаков развития истинного прозрения в том, что эти парадоксы теряют свою способность сбивать с толку и лишать ясности. Они становятся инструментами сбалансированного исследования, указаниями, прекрасной поэзией, намёками сердца духовной жизни и прямым, неконцептуальным переживанием самого практикующего.

Учение об отсутствии «я» напрямую противопоставляется ощущению, будто существует отдельный наблюдатель и будто этот наблюдатель — «Я», которое контролирует ситуацию и наблюдает реальность или является жертвой обстоятельств. Эту иллюзию действительно полезно разрушить. Однако при неправильном понимании у этого учения появляется теневая сторона, от которой разит нигилизмом, отчуждением от жизни и отрицанием. Люди могут полностью зациклиться на уничтожении «я», в то время как акцент должен быть на словах «отдельное» и «неизменное», а также на иллюзии, которую они порождают. Лучше понимать это как «прекращение процесса ментального создания иллюзии “я”, отдельного от изначально недвойственных, в высшей степени преходящих и поэтому пустых от какого бы то ни было отдельного, неизменного “я” ощущений». Даже став крайне просветлёнными, с обычной точки зрения, вы по-прежнему останетесь «здесь», однако будете просто взаимозависимой внутренней частью этой в высшей степени переменчивой вселенной, которой вы, в общем-то, были всегда.

Огромное и одновременно тонкое отличие в том, что это будет напрямую и ясно известно. Подобное непонимание часто вызывает выражение «устранение собственного “эго”». Видите ли, существуют физические явления и ментальные явления, а также их «сознательное» или ментальное эхо, также относящееся к категории ментальных явлений. Это просто явления, а ни одно явление не есть неизменное, отдельное «я», поскольку все явления меняются и тесно связаны между собой. Они просто «осознают», то есть проявляются, там, где есть, без всякого наблюдателя. Граница, которая яко бы отделяет «я» от отсутствия «я», условна и концептуальна, то есть не является истинной природой вещей. Иначе говоря, реальность глубоко взаимозависима и недвойственна, подобно великому океану.

Помимо этого, существует «осознанность», но осознанность не является вещью и не локализована в конкретном месте, так что само утверждение «существует осознанность» уже представляет огромную проблему, поскольку подразумевает отдельность и существование там, где их нет. Для полной философской корректности можно обратиться прямо к Нагарджуне и сказать, что осознанность не подходит ни под одно из следующих описаний: она существует, она не существует, она одновременно существует и не существует, одна не существует и не не-существует. Итак, на самом деле нельзя сказать, что мы — это осознанность, мы — это не осознанность, мы — это одновременно осознанность и не осознанность, и даже что мы не осознанность и не не-осознанность. Мы могли бы проделать всё то же самое с утверждением, будто феномены являются или не являются изначально светоносными.

Для удобства обсуждения и для поддержания стандарта буддийской мысли говорится, что осознанность постоянна и неизменна. Кроме того, говорится: «Все вещи возникают из неё и возвращаются в неё», хотя, опять же, это вселяет ложную уверенность в существовании чего-то действительно недоступно таинственного. К тому же, хорошо известно, что смешение концепции безграничного потенциала с осознанностью — опасное дело. Мы можем называть это Богом, нирваной, дао, пустотой, Аллахом, Кришной, изначальной светоносностью, природой будды, Буддой, Буббой или просто «осознанностью», если осознаём все предыдущие разъяснения, особенно то, что это не какая-то вещь, не локализовано ни в каком конкретном месте и не имеет качеств, которые можно было бы определить. Иногда об осознанности говорят, что она пронизывает всё, не будучи всем, а иногда — что она присуща всему, при этом не будучи ничем конкретным. Ни то, ни другое не является в полной мере истиной, хотя обе точки зрения могут быть полезны.

Если вы обнаружили, что придерживаетесь какой-то фиксированной идеи о том, что мы здесь называем «осознанностью», попробуйте также принять логическую противоположность этой идеи и попытаться прийти к ощущению пропитанного любопытством прямого парадоксального дисбаланса, потрясающего фиксированные представления и указывающего на что-то запредельное ограниченным концепциям. Это невероятно полезный совет для работы со всеми учениями об «Абсолютной реальности». Я бы также посоветовал вглядываться в истинную природу ощущений, составляющих философские размышления, и все ощущения поиска ответа на вопрос.

Хотя явления находятся в постоянном движении от своего возникновения до исчезновения, они осознаются. Таким образом осознанность не является этими объектами, а также не является какой-либо вещью и не отделена от этих объектов, ведь если бы это было так, не было бы вообще никаких переживаний. Исследуя свою реальность просто так, как есть, мы можем прийти к этому пониманию. Кроме того, явления не существуют в смысле пребывания неким определённым образом в течение какого-то времени, и поэтому крайне мимолётны — тем не менее законы, поддерживающие работу этой крайней мимолётности, сохраняются. То, что явления не существуют, означает не то, что реальности нет, а то, что в этой реальности нет ничего постоянного, кроме осознанности, которая не является вещью. Рациональному уму это кажется бессмысленным, но так уж обстоят дела.

Может быть полезным одно учение, относящееся к тхераваде и говорящее о том, что есть Три абсолютные дхармы или абсолютных аспекта реальности: материальное (ощущения первых пяти чувственных врат), ментальное (все ментальные ощущения) и нирвана (хотя там это, скорее всего, называется палийским словом «ниббана», эквивалентным санскритскому «нирвана»). В общем, это именно оно, и «то», что за пределами этого, тоже оно. Обратите внимание, что в этом списке явно отсутствует «осознанность». Можно помыслить, что она является всеми тремя составляющими (с точки зрения Истинного Я), или быстро сбросить её со счетов как бесполезную концепцию, уплотняющую ощущение отдельного или локализованного «наблюдателя» (с точки зрения отсутствия «я»).

В буддизме также присутствует на удивление много учений об Истинном Я, хотя большинство буддистов будут долго ругать вас, если вы скажете им об этом. Многие из этих учений восходят к индусской веданте и индусской тантре. Все разговоры о природе будды, обете бодхисаттвы и прочих подобных вещах — это учения об Истинном Я. Учения об Истинном Я указывают, что «осознанность» — это «то, что мы есть», но это не вещь, и поэтому не является «я». Они также указывают, что на самом деле мы — все эти феномены, умалчивая о том, что все эти феномены кажутся чем-то наблюдаемым и поэтому не «я» — хотя это также справедливо, поскольку они крайне мимолётны и не являются осознанностью. Это учение может помочь ученикам действительно исследовать свою реальность так, как есть, и, условно говоря, искренне и реалистично «наполнить её собой», или — при неправильном понимании — заставить их цепляться за вещи как за «себя». Попробую ещё раз… Видите ли, поскольку все феномены наблюдаемы, они никак не могут быть наблюдателем. Таким образом, наблюдатель, то есть осознанность, а не феномены, которые им притворяются, никак не может быть феноменом и поэтому не локализован и не существует. Это отсутствие «я». Однако все феномены на самом деле являются нами, с точки зрения недвойственности и взаимозависимости, а иллюзия двойственности — просто иллюзия. Когда иллюзия двойственности навсегда разрушается при окончательном пробуждении, остаются лишь все эти феномены, то есть Истинное Я, то есть отсутствие отдельного «я» и просто всё это, так, как есть. Однако помните, что ни один феномен не длится даже мгновение, так что все феномены лишены постоянной длительности, а значит — устойчивого существования.

Итак, мы подошли к одному из моих любимых слов: «недвойственность», которое означает, что ни двойственность, ни единство не способны ясно описать абсолютную реальность. Поскольку «осознанность» в каком-то смысле отделена от явлений и не изменяется ими, мы не можем сказать, что единство — это правильный ответ. Переживания единства возникают из сильного сосредоточения и могут легко заставить практикующих думать, будто являются окончательным ответом. Это не так.

Тем не менее, поскольку «осознанность» — это не феномен, не вещь и не локализована в каком-либо месте, вы не можете сказать, что двойственность истинна. Двойственность подразумевает наличие чего-то на двух сторонах, наличие наблюдателя и наблюдаемого. Однако наблюдателя феноменов не существует, поэтому двойственность не выдерживает внимательного исследования. До тех пор, пока мы не обретём множества фундаментальных прозрений, ощущение, что двойственность реальна, может быть очень привлекательным и вызывать всевозможные неприятности. Мы продолжаем создавать ложные двойственные деления на основании ощущений до тех пор, пока не достигнем высоких стадий просветления.

Итак, слово «недвойственный» — это изначально парадоксальный термин, противоречащий здравому смыслу и даже нашему текущему переживанию реальности. Если мы примем рабочую гипотезу, что недвойственность истинна, мы сможем продолжить отвергать в качестве окончательного ответа как переживания единства, так и переживания двойственности, и продолжать движение к пробуждению. Это, вероятно, самое практичное приложение рассуждений об отсутствии «я» и Истинном Я.

На самом деле отсутствие «я» и Истинное Я — две стороны одной медали. Есть прекрасное стихотворение, написанное одним из Калу Ринпоче, которое звучит примерно так:

В «Тибетской книге жизни и смерти» Согьяла Ринпоче представлено множество прекрасных стихов на схожие темы. Поскольку мы не являемся ничем из этого, возможна свобода. Поскольку мы являемся всем этим, важно сострадательное действие на благо всех существ и нас самих. По-настоящему понять этот момент значит по-настоящему понять оба эти момента, и это является Срединным путём между двумя крайностями (эти вопросы очень реалистично освещаются в книге «Я есть То» Нисаргадатты). Несмотря на то, что достичь этого понимания можно лишь посредством практики прозрения, некоторые достижения в сосредоточении (последние четыре джханы бесформенных миров) могут действительно помочь посмотреть на вещи под правильным углом, хотя сами не вызывают глубинных прозрений и пробуждения — для этого необходимо постичь истинную природу составляющих их ощущений.