Модели вечного блаженства концентрируются на том, что просветление ведёт к непрерывному счастью, умиротворению, радости и блаженству. Такие модели распространены в индуизме, а также на полной мощности работают в буддизме и других традициях, примером чего служит христианский «мир, превосходящий любое понимание». Буддизм часто говорит о нирване (ниббане) как о высшем счастье и прекращении страдания, и это прекращение страдания естественным образом соответствует моделям вечного блаженства. Модели вечного блаженства и их аналоги настолько распространены в мире представлений о пробуждении, что становятся центральными и практически неискоренимыми убеждениями многих людей. Жаль их огорчать, но им стоит пересмотреть свои взгляды.

Первое, что нужно принимать во внимание, это непостоянство. Блаженство, умиротворение, счастье, а также их антиподы — боль, хаос и страдание, это приходящие явления, зависящие от условий, возникающие и исчезающие и изменчивые, как погода. Как говорят в дзэн, десять тысяч радостей и десять тысяч страданий проходят через наши жизни в соответствие с законами реальности, которые имели место всегда. Это возвращает нас к большому вопросу реализации: меняет ли реализация вещи или раскрывает то, какими они были всегда? Я выступаю за немного видоизменённый вариант второй точки зрения, как в плане практики, так и в плане разумной модели, однако догма и те, кто пытаются что-то продать, часто пускаются во все тяжкие, обещая радикально иное, лучшее существование.

Стандартное буддийское утверждение гласит, что устраняя такие условия, как неведение и ложное понимание, мы также устраняем страдание, вызываемое этими условиями. Вопрос в том, сколько страдания вызывают эти конкретные условия, а сколько — сам факт того, что мы живы. Я утверждаю, что большая часть нашего страдания порождается просто тем, что мы живём, однако должен признать: в изменении отношения к обычным фактам жизни и человеческой природы что-то есть, и мне самому до сих пор не понятно, почему я с такой неохотой соглашаюсь, что с реализацией наступает некое умиротворение. Хотя я совершенно убеждён в существовании разумных причин не рекламировать просветление таким образом, подозреваю, что здесь также играет роль какая-то остаточная странность моей личности, и вы сами, возможно, тоже пришли к этому выводу.

Другой стороной моделей вечного блаженства является мнение, что мы каким-то образом войдём в непрерывное состояние, характерное для джхан шаматхи, например, в состояние четвёртой джханы или какой-нибудь «джханы нирваны». Эти версии моделей блаженства подразумевают совершенное, непрерывное сосредоточение, независимое от обстоятельств или поддерживающееся неким неиссякаемым источником качеств джхан. Как уже говорилось, все состояния сосредоточения преходящи, не связаны с реализацией напрямую, достигаются как теми, кто просветлён, так и теми, кто непросветлён, и поэтому являются ложным обещанием.

Однако, поскольку так много людей, ощутивших вкус джхан, уверенны, что по мере развития прозрения этот вкус будет становиться лучше и непрерывнее, они начинают раз за разом вызывать эти состояния и не продвигаются в своей практике прозрения. Да и вообще, зачем кому-то подсевшему на модель блаженства вглядываться в страдание? Они этого не делают, и поэтому их шансы по-настоящему продвинуться по территории прозрения или успешно преодолеть Тёмную ночь невелики. Вообще-то, между тем, как выглядят вещи с точки зрения первых четырёх джхан и четырёх путей, действительно есть определённая связь, и у панорамного видения четвёртой джханы шаматхи и стадии архата есть общие положительные аспекты, однако это не одно и то же, поэтому даже упоминание об этих паттернах и параллелях представляет опасность и может привести к неверному направлению усилий и ложным оценкам того, где мы находимся на пути. Мне кажется, что сейчас самое время поговорить о тибетской концепции трёх кай, поскольку в ней есть свои полезные стороны, помогающие разобраться в этих вещах.