Торрез рычит на меня, когда я выскакиваю из защитного круга, который образовали мои Избранные. Оглядываюсь и посылаю ему воздушный поцелуй, потом направляюсь поговорить с Калланом и остальными.

Мы идем уже несколько часов и по большей части молчим, погруженные в размышления. Похоже, приступ хохота высосал из нас последние остатки энергии. В тишине мое терпение все больше истощается. Я планировала поговорить с Энохом и его ковеном, когда мы останемся одни (будет ли вообще такое?), но острая необходимость обсудить новые руны ребят не дает мне откладывать разговор.

Бэкет поднимает взгляд и слегка улыбается, когда я чуть отстаю и ровняюсь с ними. Отвечаю такой же улыбкой, отметая сомнения. Я все еще ожидаю, что у него снова вспыхнет ненависть ко мне, и не понимаю, как реагировать на то, что ничего такого не происходит. Нам нужно поговорить об этом, но желательно наедине, но пока такой возможности нет.

– Вы как? В норме? – тихо спрашиваю я.

Ори и еще один крылатый Страж снова оборачиваются, и я задаюсь вопросом, способны ли они, как и я, усиливать слух, чтобы подслушивать.

– Не уверен, что кто-то из нас близок хоть какой-то норме, – отвечает Каллан, и я хлопаю его по плечу.

Энох фыркает, соглашаясь с оценкой Каллана.

– Ага, я даже и не знаю, что думать об этом всем, – подтверждает он.

– Как эта сучка могла так легко отметить нас? Я думал, катализатором должны быть секс или еще какая-нибудь хрень, – добавляет Бэкет.

Я пожимаю плечами.

– Стражи могут отметить Избранных и без секса, но при этом должно быть намерение, как это случилось с Торрезом и Сиа. Ее же удивила собственная магия, как и меня, когда я неосознанно отметила Валена, Бастьена, Сабина, Райкера и Нокса. Так что не знаю, ребят.

– Могла бы и предупредить, что это больно, – шутит Нэш, но от меня не ускользает гримаса, пробежавшая по его лицу.

Я невесело усмехаюсь и закатываю глаза.

– Пока это только руны Избранных, подожди, когда станешь полноценным Стражем, – говорю я и резко замолкаю.

Серьезно? Они станут полноценными Стражами? И будут связаны с этим кошмаром в юбке? Не в юбке, но все равно. Я не решаюсь высказать это вслух, и воздух вокруг нас становится тяжелым.

– Как нам избавиться от этого? – наконец нарушает тишину Бэкет, указывая на горло. Энох и Нэш обмениваются взглядами, но я даже не пытаюсь их истолковать.

Во мне снова начинает закипать разочарование. Наступит ли вообще в моей жизни такой момент, когда я перестану испытывать эту отнюдь не вдохновляющую эмоцию? Я надеялась найти здесь ответы. Надеялась, что у меня получится собрать все кусочки пазла воедино и наконец понять, кто я. И что?

Мой раздраженный взгляд перескакивает на наших проводников, молча ведущих нас неизвестно куда. Они так похожи на меня, но при этом так сильно отличаются.

Я чувствую, как крошечный огонек надежды гаснет с каждым шагом по направлению к тому месту, где они живут. Я не слишком уповала на этот тлеющий огонек в груди, потому что боялась испытать еще большее разочарование. Но… Если честно, я надеялась, что найду здесь своих. Что они примут меня с распростертыми объятиями и окажутся именно теми, кем бы я хотела их видеть.

Мне стоило догадаться.

Мы снова погружаемся в задумчивое молчание, идем, машинально переставляя ноги. Идем, идем и идем, как вдруг местность вокруг нас начинает меняться. Деревья редеют, и земля становится ровнее. Стражи-проводники становятся все более напряженными, чем ближе мы подходим к месту назначения. И затем, как и в случае с барьером, защищающим это место, мы поднимаемся на холм, и вот он… город.

Он словно из какой-то сказки. Огромный дворец из неизвестного мне камня кремового цвета гордо возвышается посреди остальных строений. Но и другие дома не хуже. Рядом с дворцом – побольше, на окраинах – поменьше. Все – в кремовых тонах, но крыши серые, все выглядит чистым и организованным. Планировка города кольцевая, и мне кажется это удобным.

Далеко, на противоположной стороне от того места, где мы стоим, тянутся поля, на которых выращивают зерновые культуры и пасется скот. Меня отвлекает Страж, описывающий дугу в воздухе, и я подавляю зависть, которая снова поднимается во мне.

Мы спускаемся, и нас выводят из-за деревьев к внешнему кольцу города. Для людей, которые утверждают, что никто и никогда не нарушал их границы, у них тут все слишком военизировано. Мужчины и женщины щеголяют в специфических черных доспехах, и теперь я поняла, что это за черные точки двигались у замка и по кольцевым улицам между рядами домов.

У меня не было никаких ожиданий относительно того, как на самом деле будет выглядеть город Стражей, но я была ошеломлена, обнаружив что-то похожее на сцену из какого-нибудь фантастического фильма.

Ладно, к черту доспехи. Потому что на самом деле все вокруг выглядит таким спокойным и умиротворенным, что кажется странным, как неприветливо встретили нас эти придурки, с которыми мы столкнулись у барьера.

– Добро пожаловать в Тиерит, – произносит какой-то Страж из конвоя.

Я слишком впечатлена, чтобы ответить, что, возможно, и хорошо, учитывая, что я не знаю, действительно ли нам рады или это какая-то скрытая угроза.

– С ума сойти! – восклицает Бастьен, и кто-то фыркает в знак согласия.

– Почему я представлял себе бревенчатые хижины? – с благоговением шепчет Вален.

– Потому что ты в душе бойскаут, – тут же отвечает Райкер.

– А мне снился дворец среди гор, – раздается голос Торреза.

– Может, просто не стоило смотреть перед выходом «Властелина колец»? – поддразнивает Сабин. – Хотя здешний дворец вполне похоже на тот, что там показывают, – добавляет он.

Я качаю головой, а затем подскакиваю, когда кто-то рявкает на нас, чтобы мы не зевали. Поворачиваюсь, чтобы посмотреть на бородатого мудака, и это именно то, в чем я нуждалась, чтобы выйти из ступора. Место может быть сколь угодно завораживающим, но важно помнить, что мы, по сути, пленники, а не гости.

Делаю шаг вперед, стряхивая оцепенение.

– Держимся вместе, несмотря ни на что. Если попытаются нас разделить, надерем им зад, – говорю я, когда мы приближаемся к ряду первых домов.

Ребята кивают, и беспокойство все сильнее пускает во мне корни. Мы все можем за себя постоять, а вместе тем более, но перед нами огромный город, полный Стражей. Шансы на то, что мы выберемся отсюда с боем, равны нулю. Реальность того, с чем мы можем столкнуться здесь, просто ударила меня по лицу.

Каждая клеточка в теле приходит в состояние боевой готовности. Я всегда была уверена в себе и своих способностях, но сейчас что-то начинаю сомневаться.

Мы проходим несколько кругов, прежде чем натыкаемся на большое скопление Стражей. И при этом – ничего похожего на шумную толпу. Люди замолкают, как только замечают нас, а некоторые немедленно призывают оружие или какую-либо другую магическую защиту.

Броня не на всех. Я рассматриваю светло-серую ткань, из которой пошита одежда в самых разных стилях, рассматриваю метки на теле, если они открыты. У некоторых есть руны на лицах, у других замечаю руны, идущие по руке или шее. У меня возникает дурацкое желание попросить их раздеться, чтобы я могла рассмотреть руны, которыми отмечены тела. Хочу сравнить их со своими и узнать о разнице. Но угроза, которая витает в воздухе этого Тиерита, напоминает мне о том, что не стоит так уж глазеть на местных жителей. Любопытство погубит нас.

Стражи настороженно следят за нами, взгляды многих полны неприкрытого гнева. С ними шутки плохи – вот что в них читается. Но и я делаю все, что в моих силах, чтобы они получили от меня такое же четкое послание. При этом я почти жалею, что у меня на лбу нет татуировки со словами: «Мы пришли с миром», но, возможно, даже это не имело бы для них большого значения. Эти Стражи уединились не просто так, и по первой встрече ясно, что они хотят, чтобы так оно и оставалось.

Солнце садится, и яркие краски играют на стенах. Красиво и одновременно похоже на ловушку. Кажется, что затерянный черт-те где город пытается внушить мне ложное чувство безопасности и приятия. Камень кремового цвета достаточно гладкий, чтобы сойти за мрамор, но для мрамора он слишком мягкий. Мне хочется прикоснуться ко всему, пока мы идем вдоль домов, но я не хочу потерять руку, потому что любые мои действия могут быть восприняты как нападение.

Наконец мы подходим к массивным железным воротам, которые преграждают путь к замку. Ворота открываются автоматически, и когда мы проходим через них, нам приходится бороться со своими инстинктами, побуждающими выхватить оружие и защитить себя, поскольку на территории замка еще больше стражников в черных доспехах. Они ничего не говорят и не делают, просто выстраиваются в линию, пока нас ведут дальше.

Я смотрю на ребят. Сжатые челюсти, тяжелое дыхание, настороженные взгляды. Встречаюсь взглядом с Сориком и вижу беспокойство в морщинках вокруг его глаз.

– Если что-то пойдет не так, ты выведешь отсюда Вона, – напоминаю о нашей договоренности. Он отвечает за Вона, а я – за остальных.

Сорик кивает, я делаю глубокий вдох и снова отворачиваюсь. Не могу объяснить, почему я думаю, что планы, которые мы строили раньше, все еще осуществимы. Когда мое темное «я» шепчет, что, возможно, мы не выберемся из этого дерьма, прогоняю эту мысль и пытаюсь укрепить свою веру в себя. Я всегда полагалась на себя и свои способности. Я умная, я талантливая и я люблю этих ребят.

Они моя семья, и я найду способ защитить их.

Нас проводят по нескольким залам, похожим на пещеры, но я слишком напряжена, чтобы обращать внимание на детали. Единственное, что мне хочется, – мало-мальски запомнить маршрут. По напряженным лицам моих спутников я понимаю, что не единственная этим занимаюсь.

Большие черные лакированные двери распахиваются, и мы попадаем в длинный пустой зал. В дальнем конце находится большой трон, по бокам от которого расположены три трона поменьше. Грохот эхом разносится по огромному пространству, когда двери за нами закрываются. Одетые в черное стражники немедленно выстраиваются вдоль стен. Узнаю в одном из них парня, которого я ранила в драке утром.

Все молчат. Сурин выглядит раздраженной, а Ори – просто скучающим: стоит и вычищает грязь из-под ногтей кинжалом.

– Да здравствует Суверен Финелла, Предводительница Отмеченных, Правительница Тиерита, Спасительница Крови, Странница Королевств и Хранительница Врат, – раздается громкий голос.

О, так это женщина?

Сначала я слышу характерный звук марширующих солдат, затем появляются они сами. Идут как на параде, чтобы произвести впечатление или запугать. Но на меня это никак не действует. Повинуясь беззвучной команде, они расходятся, открывая взору рослую женщину, возможно, лет под шестьдесят, настолько лишенную красок, что она выглядит почти альбиносом.

У нее гладкие и прямые белые волосы, на голове – золотая корона. Она не смотрит в нашу сторону, когда подходит к самому большому трону. Вообще-то я потрясена тем, что Суверен – женщина. Не знаю, почему это вселяет в меня искру надежды, и я пытаюсь отогнать иррациональное облегчение.

«Бет была женщиной», – напоминаю я себе, когда Мадам занимает свое место. Ее красное платье без рукавов выглядит более откровенным, чем в моем представлении подобает официальному лицу. Разрезы по бокам из тонкой ткани открывают молочно-белые стройные ноги. Глубокий вырез раскрывает декольте, которое уже не такое вызывающее, каким, вероятно, было когда-то.

Замечаю четыре руны у нее на плече, четыре руны, расположенные горизонтально над левой грудью, и одну между бровями. Я удивлена отсутствием других меток, кроме этих. У меня больше рун, чем у нее.

За Финеллой проходят еще несколько фигур, но их скрывают стражники, которые так же синхронно, маршируя, входят в зал. В конце концов стражники расступаются, и мой взор падает на мужчину.

Его темная кожа резко контрастирует с необычными глазами и белыми волосами. Радужка у него самого светлого оттенка фиолетового, который я когда-либо видела, и я почему-то пугаюсь этих глаз. Мистер Жуткие Глаза – называю его про себя. Он с любопытством наблюдает за мной, направляясь к подиуму.

Перевожу взгляд с него на вход и замечаю еще одного человека. Что?.. Меня сжигает жгучая злоба. Как такое возможно? Красные глаза встречаются с моими, и все внутри меня вспыхивает яростью.

Какого хрена здесь делает Адриэль?

Инстинктивно хватаюсь за шею, желая убедиться, что там нет ярма. Но я не чувствую облегчения, когда просто ощупываю кожу. Как?! Как?! Он же превратился в пепел у меня на глазах… Призываю на помощь свой длинный меч и делаю шаг вперед, даже не осознавая своих действий. Вокруг меня раздается рычание моих парней, Бэкет быстро пристраивается рядом со мной, когда мы оба начинаем бежать к Адриэлю.

Ладно, я позабочусь о том, чтобы этот кусок дерьма сделался мертвым.