Дух Любви, проявляющийся в совершенной и гармонической жизни, – венец бытия и высшая цель познания на этой земле.

Мера истины человека – это мера его любви, и далек от Истины тот, чьей жизнью не управляет Любовь. Нетерпимые и осуждающие, даже если исповедуют самую высокую религию, обладают наименьшей мерой Истины; тогда как те, кто проявляет терпение, кто спокойно и беспристрастно выслушивает все стороны, добровольно приходящие к нему за третейским судом, и склоняет других к вдумчивым и непредвзятым выводам по всем проблемам и вопросам, обладают Истиной в полной мере. Итоговый критерий мудрости сводится к тому, как живет человек. Какой дух проявляется в нем? Как он ведет себя в испытаниях и искушениях? Немало найдется таких, кто хвастается, что, дескать, обладает Истиной, но их постоянно подтачивают горести, разочарования и страсти, и первое же случившееся испытание ломает их. Истина неизменна, в противном случае она не является таковой, и человек укрепляется в добродетели, возвышается над своими страстями, эмоциями и изменчивой индивидуальностью в той мере, в какой он опирается на Истину.

Люди формулируют тленные догмы и называют их Истиной. Истину нельзя сформулировать; она невыразима и недоступна для интеллекта. Ее можно испытать только на практике; она может проявиться только в виде чистого сердца и совершенной жизни.

Кто же среди непрекращающегося столпотворения школ, верований и групп обладает Истиной? Тот, кто живет ею. Тот, кто практикует ее. Тот, кто, поднявшись над этим столпотворением, преодолев себя, больше не участвует в нем, а держится в стороне – тихий, незаметный, спокойный и полностью владеющий собой, освободившийся от всех распрей, всех предубеждений, всех осуждений и дарящий всем радостную и бескорыстную любовь Божественности, что содержится в нем.

Тот, кто терпелив, спокоен, кроток и прощает при любых обстоятельствах, проявляет Истину. Истину не доказать словесными аргументами и заумными трактатами, ибо если люди не воспринимают Истину как бесконечное терпение, беспредельное прощение и всеобъемлющее сострадание, то доказать ее им не смогут никакие слова.

Страстным людям легко вести себя тихо и проявлять терпение, когда они пребывают в одиночестве или находятся в спокойной обстановке. Неблагодарным людям так же легко быть мягкими и добрыми, когда с ними обращаются ласково, но безупречной Истиной обладает тот, и только тот, кто сохраняет терпение и спокойствие в любых испытаниях, кто остается возвышенно кротким и нежным в самых сложных обстоятельствах. Дело здесь в том, что возвышенные добродетели присущи Божественному, и их способен проявлять только тот, кто достиг выс– шей мудрости, кто отказался от своей страстной и своекорыстной природы, кто осознал высший и неизменный Закон и привел себя в гармонию с ним.

Поэтому людям лучше бы прекратить тщетные и страстные споры об Истине. Пусть они думают, говорят и делают то, что способствует гармонии, миру, любви и доброй воле. Пусть они практикуют сердечную добродетель и смиренно и усердно ищут Истину, которая освобождает душу от всех ошибок и грехов, от всего, что оскверняет человеческое сердце и, как бесконечная ночь, омрачает путь блуждающих душ на земле.

Основой и причиной мироздания является один великий всеобъемлющий Закон – Закон Любви. В разных странах и в разные времена его называли по-разному, но за всеми его названиями взору Истины открывается одно и то же. Имена, религии, личности уходят, но Закон Любви остается. Овладеть знанием этого Закона, войти в сознательную гармонию с ним – значит стать бессмертным, непобедимым, несокрушимым.

Именно благодаря тому, что души упорно стараются осознать этот Закон, люди вновь и вновь приходят жить, страдать и умирать. Когда же они осознают его, страдания прекращаются, «я» рассеивается, а плотская жизнь и смерть уничтожаются, ибо сознание объединяется с Вечным.

Закон абсолютно безличен, и его высшее проявление – это Служение. Когда очищенное сердце осознает Истину, оно призвано принести последнюю, величайшую и святейшую жертву – отказ от заслуженного наслаждения Истиной. Именно эта жертва проявляется в том, что приобщившаяся к божественному, освобожденная от мирских слабостей душа приходит жить среди людей, облекаясь в плотское тело, довольствуясь обитанием среди самых низких и ничтожных и считаясь слугой всего человечества. То возвышенное смирение, которое проявляют спасители мира, это печать Божества, и тот, кто уничтожил личность и стал живым, видимым проявлением безличного, вечного, безграничного Духа Любви, – единственный избранник, достойный принять безмерное поклонение потомков. Лишь тот, кто сумел смирить себя тем божественным смирением, которое есть не только уничтожение себя, но и излияние на всех духа бескорыстной любви, поистине возвышается и достигает духовного господства в сердцах человечества.

Все великие духовные учителя безграничной и безличной Истины жили, отказывая себе в роскоши, удобствах и наградах, отрекаясь от мирской власти. Сравните их жизни и учения, и вы обнаружите как в проповеди, так и в жизни ту же простоту, то же самопожертвование, те же смирение, любовь и мир. Они учили одним и тем же вечным Принципам, реализация которых уничтожает все зло. Те, кого приветствовали и кому поклонялись как спасителям человечества, – это проявления Великого безличного закона, и, будучи таковыми, они были свободны от страстей и предрассудков, не имели своих мнений и особых доктрин, которые нужно было бы проповедовать и защищать, они никогда не стремились обращать людей в свою веру и собирать паству. Живя в высшем Добре, высшем Совершенстве, они имели единственную цель: возвысить человечество через проявление этого Добра в мыслях, словах и делах. Они стоят между человеком личным и Богом безличным и служат образцовыми типами для спасения порабощенного самим собой человечества.

Люди, сосредоточенные на себе и не способные постичь абсолютно безличное Добро, отрицают божественность всех спасителей, кроме своих собственных, и тем самым вносят личную ненависть и доктринальные разногласия, и, страстно защищая свои частные взгляды, считают всех несогласных с ними язычниками или неверными, и тем самым сводят на нет в своей жизни бескорыстную красоту и святое величие жития и учения их собственных Мастеров. Истина не может быть ограниченной; она никогда не может быть особой прерогативой какого-либо человека, школы или нации, и когда к делу примешивается личность, Истина теряется.

Слава святого, мудреца и спасителя в том, что он осознал и глубочайшую низость, и возвышенное бескорыстие; отказавшись от всего, даже от собственной личности, он делает все свои дела святыми и непреходящими, ибо они свободны от всякой примеси себялюбия. Он отдает, но никогда не думает о том, чтобы получить, он работает, не сожалея о прошлом и не предвидя будущего, и никогда не ищет награды.

Когда крестьянин вспахал и удобрил свою землю и посеял семена, он знает, что сделал все, что мог, что теперь он должен довериться стихиям и терпеливо ждать, когда течение времени принесет урожай, и что его ожидания никак не повлияют на результат. И все же тот, кто осознал Истину, выступает как сеятель семян добра, чистоты, любви и мира, не ожидая и не надеясь на результат, знает, что есть Великий всевластный закон, который в свое время приносит свой урожай и который является, в равной степени, источником сохранения и разрушения.

Люди, не понимая божественной простоты глубоко бескорыстного сердца, смотрят на того, кто спас их в конкретной ситуации, как на проявление чуда, как на нечто совершенно необычное и отличное от природы вещей, как на нечто недосягаемое для всего человечества в своем этическом совершенстве. Такое неверие (а оно таковым и является) в божественное совершенство человека парализует усилия и словно крепкими веревками привязывает души людей к греху и страданиям. Иисус «возрастал и преуспевал в премудрости»[5] и «надлежало, чтобы Тот, для Которого все и от Которого все, приводящего многих сынов в славу, вождя спасения их совершил через страдания». Каким был Иисус, таким он и стал, каким был Будда, таким он и стал, и каждый святой человек стал таковым благодаря непреклонному упорству в самопожертвовании. Стоит только осознать это, стоит только понять, что бдительным усилием и надеждой вы можете подняться над своей низменной природой, и перед вами откроются великие и славные просторы достижений. Будда поклялся, что не ослабит своих усилий, пока не достигнет состояния совершенства, и он выполнил свое намерение.

То, чего достигли святые, мудрецы и спасители, можете достичь и вы, если только пойдете по пути, который они проложили и указали, – по пути самопожертвования, самоотверженного служения.

Истина очень проста. Она гласит: «Отвергнись себя», «придите ко Мне (от всего, что ос– кверняет)… и Я упокою вас». Все горы комментариев, нагроможденные вокруг истины, не могут скрыть ее от сердца, искренне стремящегося к Праведности. Она не требует изучения, более того, ее можно познать без всякого изучения. Искаженные заблуждением человека прекрасная простота и прозрачность Истины остаются неизменными и незамутненными, и бескорыстное сердце входит в ее немеркнущее сияние и приобщается к нему. Истина реализуется не созданием сложных теорий, не построением умозрительных философий, а плетением тонкого, как паутина, кружева внутренней чистоты, возведением Храма чистой жизни.

Тот, кто вступает на этот святой путь, начинает с обуздания своих страстей. Это добродетель, начало преподобности, а святость – начало приобщения к божественному. Совершенно мирской человек удовлетворяет все свои желания и проявляет не больше сдержанности, чем того требует закон страны, в которой живет; добродетельный человек сдерживает свои страсти; преподобный нападает на врага Истины в его твердыне внутри собственного сердца и сдерживает все эгоистичные и нечистые мысли; святой же человек – это тот, кто свободен от страстей и всех нечистых мыслей, и для кого доброта и чистота стали такими же естественными, как запах и цвет для цветка. Святой человек божественно мудр; он один знает Истину во всей ее полноте и вошел в постоянный покой и мир. Для него зло прекратилось, оно исчезло во вселенском свете Всеблагого. Святость – это знак мудрости. Сказал Кришна царевичу Арджуне:

Смирение, скромность, отказ от насилия, терпимость, искренность, служение учителю, чистота, стойкость, самообладание;

Отвращение от объектов чувств, отсутствие эгоизма, понимание того, что рождение, смерть, старость, болезни и страдания есть зло;

Отрешенность, отсутствие привязанности к сыну, жене, дому и прочему, постоянное спокойствие в желанных и нежеланных событиях;

Безраздельная, неизменная преданность Мне, стремление к уединенным местам, отсутствие влечения к обществу людей;

Постоянство в самопознании, понимание цели постижения Истины – это называется знанием, а все отличное от этого – неведение.

Тот, кто ведет непрестанную борьбу с собственным себялюбием и стремится заменить его всеобъемлющей любовью, – святой, независимо от того, живет ли он в лачуге или в окружении богатства и влияния, проповедует ли он или пребывает в безвестности.

Для мирского человека, который начинает стремиться к высшему, святые, такие как сладостный святой Франциск Ассизский или воинствующий святой Антоний, – это славное и вдохновляющее зрелище; для преподобного подвижника не менее захватывающее зрелище являет собой мудрец, неизменно хранящий святую безмятежность, победитель греха и печали, которого больше не мучают сожаления и угрызения совести и до которого не может добраться даже искушение. Но даже мудреца влечет еще более славное видение – видение спасителя, активно проявляющего свои знания в бескорыстных делах и усиливающего свою божественность, погружаясь в пульсирующее, скорбящее, стремящееся к добру сердце человечества.

И только это и есть истинное служение – забыть себя в любви ко всем, потерять себя в работе для целого. О ты, тщеславный глупец, рассчитывающий, что тебя могут спасти твои суетные многие труды; скованный ошибками, но громко хвастающийся собой, своими трудами и превозносящий собственную значимость; знай, что даже если слава о тебе заполнит всю землю, труды твои все равно обратятся в прах, а сам ты будешь считаться ниже ничтожного в Царстве Истины!

Только безличный труд дает непреходящие плоды; труды ради себя бессильны и тленны. Там, где обязанности, какими бы скромными они ни были, выполняются без корысти и с радостным самопожертвованием, там истинное служение и вечный труд. Там, где дела, какими бы блестящими и внешне успешными они ни были, совершаются из любви к себе, царит невежество в отношении Закона служения, и работа остается бесплодной.

Миру дано усвоить один великий и божественный урок – урок абсолютного бескорыстия. Святые, мудрецы и спасители всех времен – это те, кто подчинил себя этой задаче, усвоил ее и живет ею. Все Писания мира составлены так, чтобы преподать этот урок; все великие учителя повторяют его. Он слишком прост для мира, который, презирая его, спотыкается на сложных путях себялюбия.

Чистое сердце – это конец всякой религии и начало божественности. Искать эту праведность – значит идти по Пути Истины и Мира, и тот, кто вступает на этот Путь, вскоре постигнет то Бессмертие, которое не зависит от рождения и смерти, и поймет, что в Божественном строении вселенной самые скромные усилия не пройдут втуне.

Божественность Кришны, Гаутамы или Иисуса – это венец самоотречения, конец паломничества души в область материальности и смерти, и мир не завершит свой долгий путь, пока каждая душа не станет такой же, как они, и не войдет в блаженное осознание своей собственной божественности.