Дом архитектора Мельникова, Москва, 2016. Карандаш, бумага

Собственный дом для архитектора – всегда манифест, намеренный или ненамеренный. В нем автор свободен от пожеланий заказчиков и других чужих вкусов и проявляет себя наиболее откровенно.

Алвар Аалто летний дом на острове Мууратсало посвятил целиком экспериментам. Он пробовал новый тип фундамента – точнее, его отсутствие, – десятки разных кирпичных кладок, косые планировки.

Ле Корбюзье, которого чаще других считают виновником визуальной убогости современной архитектуры, построил себе жилище под названием «Кабанон». Едва ли можно назвать его домом, скорее избушкой с одной комнатой. Идея автора заключалась в абсолютной эргономичности пространства, отсутствии необходимости в любых лишних движениях.

Дом Константина Мельникова в центре Москвы, в Кривоарбатском переулке, – чистейшее выражение противоречивости. Образ здания представляет по отношению к традиционной московской застройке не столько контраст, сколько вариацию на тему. Мельников не отказывается полностью от общепринятого, а трансформирует его как будто бы по принципу свободных ассоциаций. Если обычный дом имеет форму прямоугольного параллелепипеда, то дом Мельникова – цилиндра. В обоих случаях мы имеем дело с простой и ясной геометрической фигурой и ощущением патриархального, чуть провинциального города. То же и с окнами: вытянутые шестиугольники против простых прямоугольников. Необычный выбор Мельников делал, по собственным словам, исходя из естественных для авангардиста 1920-х годов соображений экономии материалов. И в то же время сам жанр постройки с просторными гостиными и мастерской, садом на крыше – подчеркнуто гедонистический.