Колизей, Рим, 2008. Акварель, тушь, карандаш, бумага

В период с V по XIX век нашей эры европейская архитектура не создавала стадионов. Это гигантское сооружение – атрибут мегаполиса, где огромные толпы людей ищут развлечений. Основной принцип устройства зрелищной площадки за 2000 лет почти не изменился: овальная или круглая форма в плане, сиденья, расположенные амфитеатром по всем сторонам, лестницы, ведущие к сиденьям, и помещения под зрительскими местами для технических и служебных нужд.

Римский Колизей, или амфитеатр Флавиев, вмещал от 60 000 до 80 000 зрителей – ненамного меньше, чем новый лондонский Уэмбли.

В раннее Средневековье размеры римских зрелищных сооружений позволяли использовать их как оборонительные стены. Когда-то внутри Колизея стояли жилые дома. Такая гротескная деталь напоминает, что и для современных стадионов, занимающих много места и дорогих в строительстве, тоже не помешало бы найти альтернативное применение между матчами.

Колизей же сегодня довольствуется ролью достопримечательности. На его примере объясняют принципы классической архитектуры. Амфитеатр имеет структуру, состоящую из аркад, а ордер становится все более легким от нижнего этажа к верхнему: сначала дорический, потом ионический и коринфский.

И все-таки, думается, запоминающийся образ Колизея обусловлен не только исходными достоинствами, но и идеальной степенью сохранности: не слишком плохой, не слишком хорошей. Часть сооружения как будто отломана, а на самом деле очень медленно, камень за камнем, разобрана. Глядя на него, мы достаточно отчетливо представляем себе, каким он был, но все-таки видим романтическую руину, осколок прошлого, избавленный от вульгарной полезности.