Во всем, что касается нашей нравственной жизни, нам остается лишь делать выбор между нашими химерами. С этим должен согласиться даже здравый смысл, другими словами – дух научного исследования. Итак, выбирая между химерами, отдадим предпочтение высшим перед низшими. Первые прежде всего помогли нам достигнуть той точки развития, где мы теперь находимся. И, озираясь на точку отправления, на ужасающую пещеру доисторического человека, мы не можем отказать им в некоторой признательности. Вторые же химеры, обитающие в низших областях, то есть в областях здравого смысла, до сих пор проявляли свою силу лишь в сопровождении первых и опираясь на них. Они еще не двигались без чужой поддержки. Они делают лишь свои первые шаги среди темноты. Они, если верить им, ведут нас к правильному, несомненному, размеренному, точно взвешенному благополучию, к завоеванию материи. Поверим им, – этот род счастья им по силам, но да не претендуют они, что для достижения этого счастья нам необходимо выкинуть за борт, как опасный груз, все, что до сих пор создавало героическую, горделивую, неустанную, отважную энергию нашего сознания. Оставьте нам, как роскошь, несколько ненужных добродетелей, предоставьте несколько простора нашим братским чувствам. Весьма возможно, что эти добродетели и чувства, не строго необходимые сегодня, сделаются корнями всего того, что распустится пышным цветом, когда человек пройдет самый тяжелый этап на пути борьбы за существование. Нам не мешает иметь в резерве несколько свежих добродетелей, чтобы заместить ими те, которые мы бросаем, как ненужные, ибо наша совесть нуждается в упражнениях и в питании. Мы уже освободились от многих запретов, хотя и вредных, но поддерживавших по крайней мере деятельность нашей внутренней жизни. Мы уже более не целомудренны с тех пор, как признали, что жизнь плоти, подвергавшаяся проклятию в течение двадцати веков, естественна и законна. Мы более не отправляемся в поиски подвигов отречения, умерщвления плоти. Мы уже более не кроткие сердцем и не нищие духом. Все это вполне понятно, так как эти добродетели были связаны с религией, которая от нас отходит. Но было бы нехорошо, если бы место, которое они занимали, осталось пустым. Наш идеал не стремится больше создавать аскетов, дев, мучеников, но, приняв иное направление, духовная сила, воодушевлявшая их, должна оставаться неприкосновенной и до сих пор необходима человеку, желающему идти дальше простой справедливости. За гранью этой простой справедливости начинается мораль тех, кто верит в будущее. К этой области нашей совести, быть может сказочной, но ничуть не призрачной, мы должны приспособить себя, чтобы там пребывать. Благоразумно убедить себя, что, поступая таким образом, мы не вдаемся в самообман.