Нет надобности долго объяснять мораль «благоразумия», доброго, простодушного благоразумия, которое живет в каждом из нас – в лучших, как и в худших, – и само собой возникает на развалинах религиозной идеи. То мораль «себе на уме», мораль практического грубого эгоизма, всех инстинктов и всех материальных благ. Кто исходит из благоразумия, знает только одну уверенность – свою собственную жизнь. В этой жизни, если глядеть в глубину вещей, существуют только два реальных зла: болезнь и бедность, и два настоящих, основных блага: здоровье и богатство. Из них вытекают все другие реальности, счастливые или несчастные. Все остальное – все радости и печали, рождающиеся из чувств и страстей, – призрачно, ибо зависит от идеи, которую мы о них создаем. Наше право на наслаждение ограничено лишь подобным же правом наших современников. И мы должны уважать известные законы, созданные в интересах нашего же мирного счастья. За исключением этих законов, мы не допускаем никакого другого принуждения, и наша совесть не только не замедляет свободного движения нашего эгоизма, а, наоборот, одобряет его победы, так как эти победы всего более согласны с инстинктивным, логическим долгом жизни. Вот первая ступень, первое состояние всякой естественной морали, – то состояние, за пределы которого многие из нас, после окончательной смерти религиозных идей, не переходят.