Я — коренной житель Белгородской области. Мои предки — участники Азовских походов, отправленные на Белгородскую черту для охраны южных рубежей страны. Моя вера — православие. Моя Родина — Россия. И я помню об этом всегда.

История дарит уроки и наказывает тех, кто эти уроки забывает.

Наш Белгород стал приграничным, а после — прифронтовым. Не сейчас, а тогда, в XVI веке. И строили его не столько от набегов крымчаков и ногайцев, как учила советская история. Строили его как защиту от Речи Посполитой — польско-литовского государства. Именно оттуда постоянно шли воинские отряды, и большинство отрядов состояло из черкас — русских людей, живущих в Речи Посполитой на территориях Киевской, Полтавской и Черкасской областей сегодняшней Украины. Именно эти люди стали вырусью, русскими, отказавшимися от корней и пошедшими войной на брата. А другие черкасы остались русскими, уходя на Русь, заселяясь на Белгородской черте и защищая её наравне с другими русскими, пришедшими из центральной России.

Нет, тогда не было термина «вырусь». Но сами выруси были. Одним из таких являлся гетман Яков Острянин, который со своим отрядом хитростью захватил и сжёг крепость Валуйки, вырезав даже малых детей. Зверства, которые творили выруси в Валуйках, даже описывать не хочу. Скажу только, что они не погнушались самым страшным в то время святотатством: разграблением монастырей и церквей. Они отвернулись от веры предков. Пытался гетман Острянин захватить и Белгород, но крепость устояла. А черкасы, понёсшие большие потери, вынуждены были отступить.

Тогдашние выруси ненавидели Россию и русских. Тогда и появились презрительные прозвища «москаль» и «кацап».

В XVIII веке после долгих войн Речь Посполитая, заливавшая кровью наши рубежи, была побеждена и перестала существовать. А русские, не помнящие зла, раскрыли объятия для братского народа. И более ста лет жили в мире. До Первой мировой войны. И вновь появились выруси. И вновь полилась кровь на русской земле. Но после победы над озверевшими националистами опять воцарился мир. И опять братские объятия.

А после грянула Великая Отечественная. И появились новые выруси — Бандера и Шухевич. А с ними возродились карательные батальоны. И были заживо сожжённые вырусью. Младенцы, прибитые штыками к стенам домов…

Наш Белгород стал приграничным. А после — прифронтовым. Нет, не тогда, в XVI веке, а сейчас, в 2014-м, когда оголтелые выруси стали скакать на наших границах, воспевая вырусей прошлого.

Оставшиеся русскими, как и тогда, три века назад, поехали в Россию. Или же молча терпели.

Полку выруси прибавилось, потому как и территория добавилась. И народу стало побольше. Но основные характеристики выруси остаются неизменными: невероятная, нечеловеческая жестокость и ненависть к вскормившему народу…

Но не стоит забывать и о вырусях внутри нашей страны. Та же Семибоярщина, когда зажравшиеся элиты решили продать Родину полякам. Тот же Мазепа. И генерал Власов. Главное отличие выруси внутренней такое же, как и у выруси внешней — ненависть к вскормившему народу.

Моя Родина — Россия. Я помню об этом всегда и не сомневаюсь ни капли: мы победим вновь. Как в XVIII веке. Как победили в начале и в середине века XX. Но снова ценой огромных жертв. И меня мучает вопрос: что же будет после победы? Вновь распахнём братские объятия? Мы не умеем по-другому. И в этом, наверное, и есть наша главная сила. В умении прощать.

История дарит уроки, но наказывает тех, кто эти уроки забывает…