Хотя мы уже видели это странное занятие раньше, нужно сказать, что сегодняшний день явно не был похож на все остальные. Для начала в машину загрузили массу вещей, словно мы решили переехать. Наш корм тоже погрузили, и это нас слегка встревожило. Одно можно было сказать определенно: куда движется корм, туда идет и моя сестра. Если мы правы, то причин для беспокойства нет: через какое-то время мы снова вернемся домой. Мы решили, что люди готовятся к тому, что называется праздником (чем бы это ни было). В праздники мама с папой на работу не ходят. Они валяются на диванах, читают, гуляют и отдыхают. В энциклопедии спрингер-спаниелей такие занятия описаны в разделе «Жизнь».

Прислушиваясь к разговорам, мы поняли, что поедем в Дамфриз и Гэллоуэй в Шотландии. Как сказала мама, мы остановимся в коттедже в полной глуши, где не будет ни Интернета, ни мобильной связи, ни телевизора. Сестре не понравилось, что телевизора не будет. Это ее слегка смутило. Раз нет телевизора, значит, нет и пульта дистанционного управления, а в буклете говорилось, что коттедж находится «на значительной дистанции» от другого жилья. Впрочем, долго она не заморачивалась, поскольку сделала более важный вывод. Если коттедж находится в полной глуши, то есть посреди нигде, а осознанность – это путь, который ведет в никуда, значит, мы движемся в верном направлении! Мы с книжным шкафом с ней не согласились, но такие размышления отвлекли ее от раздумий об отсутствии пульта.

Ехали мы более трех часов – никогда прежде мы не ездили в машине так долго. Это был новый опыт для нас обеих – равно как и ночевка в шотландском коттедже. Машина была забита под завязку, но нашим разумам начинающих места хватило, и это оказалось очень полезно, так как мы с сестрой никогда там не бывали. Во всех книгах говорилось, что периодическая погруженность в тишину и молчание является важной частью медитативной практики. Вот почему папа каждый год удаляется в буддистский монастырь. Мы слышали, как он рассказывал маме, что там никто не разговаривает, нет мобильных телефонов, телевизоров и Интернета. И все там занимаются медитацией сидя или медитацией ходьбы. И никакой еды после обеда! Это сразу же насторожило сестру, и она недвусмысленно дала мне понять, что если мы собираемся превратить праздники в опыт молчания, она не собирается терпеть отсутствие ужина. Я поняла, что для успеха нашего предприятия придется пойти на компромисс в вопросе пищи. По крайней мере, два завтрака нам необходимы.

Трезво оценив все происходящее, мы осознали, что нам представляется идеальная возможность впервые погрузиться в тишину и молчание. Небольшая медитация утром, созерцание в саду днем, прогулки в течение дня. Конечно, никакого лая и воя. Но прежде чем все это состоится, до коттеджа надо добраться, а я отлично знала, что значит – ездить в машине. Первый час или около того со мной все будет в порядке, а потом начнется… Пыхтение, головокружение, и в конце концов, к отвращению сестры, мой завтрак запросится наружу.

Несмотря на все надежды участников поездки, все так и произошло. Я изо всех сил старалась сосредоточиться на дыхании – вдохах и выдохах. Но прошел час – и пожалуйста! Все в машине знали, что это произойдет. Папа судорожно искал место для остановки, мама держала наготове бумажные полотенца, а сестра маневрировала, как пьяная танцовщица живота. В ее взгляде ясно читалось: «Я говорила, что произойдет, и это произошло». Мы отлично знаем, что разум – вещь забавная, особенно когда речь идет о тревогах, связанных с прошлым, или о предсказании будущего. По выражению папиного лица было ясно, что он готов останавливаться почаще, чтобы избежать подобных происшествий. Мама же сохраняла бдительность с бумажными полотенцами. Моя сестра забилась в угол, чтобы скрыться с потенциальной линии огня. Больше всего на свете ей хотелось избежать первой шотландской помывки. А я просто дремала и ждала, когда мы доберемся до места.

Наконец мы приехали – к большому облегчению всех путешественников. Пока мама с папой выгружали вещи и переносили их в наше временное жилище, мы стали раздумывать над словом «дистанционный». Интересное слово для размышлений. Дома оно означало включение телевизора и грядущие развлечения. Здесь было нечто подобное, только развлечением была шотландская глубинка. Пока распаковывались вещи, нам позволили поиграть в большом саду. Выскочив на газон, мы сразу же заметили множество запахов – наши маленькие носы не могли охватить их все и сразу. Это было здорово, и я решила отправиться в путь, вооружившись разумом начинающего и любопытством. А сестра пыталась сосчитать все оттенки зеленого, обнаруженные в саду. Использовав все пальцы, она сдалась и принялась рыскать по кустам и молодой поросли. Через какое-то время она вернулась, более всего напоминая отдел растений в IKEA. Мы провели в коттедже совсем мало времени, но уже почувствовали, что это очень здорово. Может быть, если мы будем хорошо себя вести, в следующий раз папа возьмет нас с собой. Мы заметили, что в новом месте сосредоточиваться на настоящем гораздо проще. Интересно, а если бы мы жили здесь постоянно, включился бы автопилот? Неужели и все это можно воспринимать как должное? Печальная мысль.

Когда мы освоились в новом месте, настало время ознакомительной прогулки под дождем вместе с папой. Сестра помогала маме распаковывать корм и гулять под дождем не собиралась. В начале прогулки я обнаружила, что вошла в характерный для себя разыскной режим. Страсть взяла надо мной верх – я пыталась понять, куда мы идем. В таком состоянии мне всегда приходится останавливаться и начинать все сначала. Это повторялось снова и снова, пока я не научилась правильно распределять время и шагать с той же скоростью, что и папа. Мы с ним занялись «счастливым странствием». Со временем мы приладились друг к другу и зашагали в одном ритме. Неожиданно в моей голове что-то щелкнуло, и я поняла, что, стремясь куда-то добраться или заглянуть за угол, я не могу в полной мере насладиться прогулкой. Мне не удается жить настоящим моментом. Поскольку никогда прежде я здесь не была, каждый шаг становился шагом в неизвестность. И папа тоже здесь никогда не был, поэтому и он не представлял, куда направляется.

Если помните, прогулку можно превратить в большую медитацию. Важно обращать внимание и осознавать, что происходит вокруг вас. Вокруг столько запахов, звуков, видов и ощущений, что прогулку можно превратить в небольшую телепрограмму о природе. Моя сестра могла заниматься своей медитацией «Пятьдесят оттенков зеленого», но я собиралась сосредоточиться на том, сколько разных существ замечу во время прогулки, кроме себя самой и человека рядом со мной. Там, где я живу, белки серые. Раньше у нас жили рыжие белки, но серые их успешно вытеснили. В шотландской глубинке рыжих белок было предостаточно. Они показались мне очень красивыми. Может быть, мы сможем взять несколько штук с собой и поселить их в лесу рядом с домом – как развели в нашей местности красных коршунов. Теперь коршуны поумнели. Они поняли, что не стоит кружить над полями в поисках падали. Гораздо продуктивнее кружить над деревенским супермаркетом. Их стиль мне импонировал. Сестра закончила инспекцию продуктовых запасов и присоединилась к нам в подсчете летающих существ вокруг. Она обнаружила в коттедже большой плакат с изображением разных птиц – оказалось, что это информационный материал, а не меню, как она подумала.

Вот кого мы могли увидеть во время прогулки – а также несколько сомнительных вариантов.

Большой пятнистый дятел (а не обычный пятнистый дятел?)

Поползень

Малиновка

Ласточка

Зяблик

Большая синица (тот же вопрос)

Черная синица

Ну и, конечно же, наш старый приятель, красный коршун

Коршун кружил в небесах, выискивая падаль в полях и не задумываясь над тем, что всего в пяти милях отсюда на дороге находится отличный супермаркет. Все это мы заметили благодаря осознанному вниманию во время прогулки. Отличный результат. А что касается вопросов, то их еще предстояло разрешить.

Когда мы вернулись в коттедж, все уже было в порядке, и мы стали устраиваться на ночь. Сестра исчезла во время прогулки. Домой она вернулась из подлеска и принесла с собой миллион колючек на память. Мама попыталась выбрать колючки из ее шерсти, но сестра, которая терпеть не могла расчесываться, вернулась к своему пьяному танцу живота в надежде, что мама оставит ее в покое. Кто победил в этой битве, с уверенностью сказать нельзя.

Вечер продолжался, и возник важный вопрос о том, кто где будет спать. Дома все было просто. Я спала внизу на кресле-качалке в кухне, а сестра – наверху, на лестничной площадке. Просто. Как и должно быть. Но когда мы оказывались не дома, все устраивались по своему разумению и желанию. Прежде чем выбрать лучшее местечко, нужно овладеть приемом «как настоять на своем». Спрингер-спаниели владеют им от рождения. Мы все объясним, даже если для этого придется раскрыть фирменные секреты спаниелей. С какой проблемой нужно было разобраться: все спят в спальне, кроме нас. Каково наше намерение: мы хотим проникнуть внутрь.

Если бы мы были дома, наш прием не сработал бы. Но в загородном коттедже было небольшое отличие: это не наш дом. Когда мама только бронировала коттедж для отдыха, она обратила внимание на следующую пометку: «Возможен отдых с собаками». Но ниже была надпись мелким шрифтом: «Хотите застраховать возможный ущерб?» Мама посмотрела на меня, а я – на нее, причем с самым ангельским видом. Мама улыбнулась и подумала: «Можно отказаться от страховки, они же такие лапочки». И в тот самый момент, когда она поставила галочку в клетке «нет», моя сестра ворвалась на кухню с пультом от телевизора в пасти. На морде ее играла отрепетированная зловещая ухмылка – ну просто мастер манипуляции. С вопросом страховки мы разобрались, и это было важной частью плана. Я показала, что все будет в порядке. Сестра показала, что порядок – вещь сомнительная. А мама поддалась синдрому «А что, если». Это ключевой элемент успешного настаивания на своем. Мы это еще объясним. Приняв решение отказаться от страховки случайного ущерба, нам нужно было, чтобы мама подумала обо всем, что может пойти не так из-за нас, спаниелей. Нам нужно было, чтобы она вспомнила все наши проделки в прошлом. Сестра появилась как раз вовремя, чтобы натолкнуть ее на эти воспоминания. Теперь достаточно было малейшего намека на плохое поведение, и мама настораживалась – и уступала нашим требованиям.

Вернемся к ночевке. Мама с папой были в спальне. Мы нет. Но мама не могла заснуть. Она прокручивала в голове возможные проблемы и гадала, уснули ли мы. Отлично! Как два опытных взломщика сейфов, мы оценили ситуацию и разработали план проникновения. Сестра дала сигнал, и я отступила в сторону, словно она – мастер, а я всего лишь ученик. Начали с очень тихого, чуть слышного скулежа – так мы дали маме понять, что сидим у двери и не спим. Это заставило ее задуматься. Еще больше ее насторожили царапанье по ковру и вой баньши. И вот мы уже в спальне. Просто, правда? Я люблю спать под кроватью. Сестра предпочитает растянуться прямо на постели, как царица Савская (кем бы та ни была). Когда мы устроились в комфорте и тепле, сестра решила прочитать стихотворение, обнаруженное в коттедже вечером. Все начиналось с ее медитации на оттенках зеленого:

Стой твердо и гордо.

Простри свои руки.

Помни о своих корнях.

Пей больше воды.

Радуйся своей естественной красоте.

Наслаждайся видом.