Если бы ваш сын действительно мог справляться с учебой, он бы каждое утро вскакивал с постели, горя желанием начать день. Может быть, вы видите, как он делает это по выходным или с июня по август, но никогда в учебный день. Если бы занятия в школе были связаны только с интеллектом, вашему сыну это могло бы прийтись по вкусу. Но это не так. Требуется огромная сила воли, чтобы оставаться сосредоточенным на занятиях, которые кажутся неуместными, а потом прийти домой и продираться сквозь часы скучной домашней работы; требуется умение сохранять организованность, запоминать факты и формулы и писать доклады. Если бы ваш сын чувствовал себя более компетентным в этих областях, он мог бы быть более мотивированным.

Для обретения компетентности требуется готовность потерпеть неудачу: упасть с лыжной горки, сжечь торт, написать ужасное стихотворение, перечеркнуть и начать все сначала. Чтобы учиться, вы должны смириться с ощущением невежества, неквалифицированности и даже глупости. Люди, которые чувствуют себя компетентными, обладают большой терпимостью к неопределенности. А вашему сыну приходится чувствовать себя более компетентным, будучи некомпетентным.

Вероятно, прошло много времени с тех пор, как вы совершали спотыкания и промахи, которые сопровождают любое обучение. Став взрослыми, мы редко получаем возможность попробовать что-то новое. Поэтому, прежде чем идти дальше, выполните следующее упражнение, чтобы напомнить себе, на что похожа некомпетентность:

• Подумайте о чем-то, в чем вы хорошо разбираетесь (например, спорт, литература, игра на музыкальном инструменте, приготовление пищи и пр.). Теперь вспомните, с чего все начиналось. Что заставляло вас идти дальше? Пришло ли это к вам совершенно естественно? Были ли на пути неприятные моменты? Как вы их преодолели?

• Теперь вспомните что-то, в чем вы никогда не были хороши. Вы сдались, не попытавшись по-настоящему, или продолжали заниматься этим, пока не стало получаться немного лучше? Представьте, что вы делаете это, в то время как другие наблюдают за вами. Какие ощущения вы испытываете?

• Наконец, подумайте о любом недавнем опыте, который вывел вас из зоны комфорта. Возможно, вы занялись теннисом, получили рабочее задание, требующее новых навыков, или вызвались возглавить сбор средств, который вы никогда раньше не проводили. Как вы себя чувствовали, берясь за это дело? С какими препятствиями вы столкнулись? Как вы научились осваивать это новое начинание?

Формирование компетентности

Теперь, когда вы точно почувствовали эмпатию к своему сыну, давайте направим его на правильный путь – тот, который повышает терпимость к неопределенности и развивает компетентность. Скорее всего, вы уже читали одну из лучших книг, написанных на эту тему, – «Паровозик, который смог»[16] [161]. Это история о бедном маленьком паровозике, который поначалу не думал, что у него есть все необходимое, чтобы перевезти вагоны, груженные вкусностями, через гору. Однако где-то на этом пути произошло чудо и герой поверил в себя. Автор не объясняет, что именно заставляет паровозик изменить мнение о себе, но нигде в рассказе нет слов мамы или папы, подобных этим: «Если ты не преодолеешь эту гору, в выходные будешь сидеть дома».

Секретное топливо маленького двигателя известно в области психологии как самоэффективность. Психологи изучали его – и его связь с успехом – на протяжении десятилетий [162]. Говоря простым языком, самоэффективность определяется как вера человека в свою способность добиться успеха. Люди, которые верят, что могут достичь большего, достигают большего. Это действительно так просто. Самоэффективность подобна турбонаддуву, который включается, когда ситуация становится трудной. Люди с высокой самоэффективностью лучше, чем остальные, способны сталкиваться с трудностями и терпеть разочарование, потому что они приписывают неудачу чему-то, что находится под их контролем. Они чувствуют себя комфортно, будучи некомпетентными и зная, что усилия, практика и новые навыки принесут успех. Студенты, которым не хватает самоэффективности, становятся подавленными и наполняются неуверенностью в себе, когда их ставят в тупик или бросают им вызов. Студенты, обладающие самоэффективностью, не работают лучше – они лучше терпят неудачи.

Кэрол Дуэк, одна из ведущих исследователей в этой области, рассматривает самоэффективность как установку на мышление [163]. Люди, настроенные на рост, верят, что чем усерднее они работают, тем умнее становятся. Вызов рассматривается как возможность для роста – возможность стать умнее, быстрее или лучше, – потому что они могут контролировать свои усилия. Однако большинство бросающих учебу придерживается фиксированного образа мыслей: они убеждены, что люди рождаются в этот мир с определенным интеллектом. Усилия этого не изменят, и все попытки будут обречены на провал. С их точки зрения, если вы в чем-то хороши, это должно происходить естественно. Дуэк и ее коллеги обнаружили, что, после того как ученики с одинаковыми академическими успехами в начальной школе переходили в среднюю, те, кто имел установку на рост, были намного лучше, чем те, кто имел фиксированный склад ума. Отметки детей с фиксированным мышлением резко упали в начале шестого класса и продолжали падать на протяжении всей средней школы. Для сравнения: дети с установкой на рост смогли стабильно улучшать свой средний балл [164]. Дуэк пришла к следующему выводу:

«Когда надвигалась угроза неудачи, подростки с установкой на рост… мобилизовали свои ресурсы для обучения. Позже они признавались, что иногда тоже чувствовали себя подавленными, но их ответом на это было „копать глубже“ и делать то, что требуется. Ученики с фиксированным мышлением, столкнувшиеся с трудностями, видели в них угрозу. Угрозу разоблачения их недостатков и превращения из победителей в проигравших. А при фиксированном мышлении проигравший остается таковым навсегда. Неудивительно, что многие подростки мобилизуют свои ресурсы не для обучения, а для защиты своего эго. И один из основных способов, которыми они это делают, – перестать стараться» [165].

Мистер Абсолютный Минимум делает так мало, потому что он интерпретирует фрустрацию как признак несостоятельности. Это как если бы он шел по жизни, ограничиваемый видимым только ему потолком, который устанавливает верхний предел его музыкальным, спортивным или интеллектуальным талантам. Такой подросток никогда не предпринимает ничего слишком сложного, чтобы не упереться в свой воображаемый потолок и не показать миру свою ограниченность. Чего он не понимает, так это того, что положение потолка не является фиксированным: он поднимется, если вы достаточно сильно в него ударите. Один из моих пациентов выразился так: «Я предпочитаю сразу играть с прицелом на поражение. Потому что, если бы я по-настоящему старался победить и проиграл, все бы увидели, что я не такой умный». К сожалению, опасения этого молодого человека оправдались: никто никогда не видел, насколько он умен на самом деле. Более того, он, тратя усилия впустую, упускал возможность стать еще умнее.

Даже талантливые люди «исправляют» свои способности. Самый яркий пример этого – случай с одним пациентом, которому сейчас за двадцать и который всегда чувствовал себя слабым в математике. Джереми – один из самых умных людей, которых я когда-либо встречал. Он учился в колледже Лиги плюща и аспирантуре Лиги плюща, а в промежутках – в Оксфорде. Однако этот молодой человек страдал от предполагаемого недостатка математических способностей, поэтому избегал всего, что связано с количественными рассуждениями, опасаясь, что его слабость будет раскрыта. Только мне, своему психотерапевту, Джереми признался, что был тупицей в математике: в то время как его средний балл по устным дисциплинам был идеальным – 800, по математическим предметам он получил жалкие 750 (на самом деле это почти отличный результат)! Каким бы умным он ни был, Джереми должен был добиться самоэффективности, изменив свой образ мыслей.

Чтобы помочь своему сыну сделать то же самое, задайте ему эти вопросы, которые были разработаны доктором Дуэк [166]:

1. Считаешь ли ты, что интеллект – это нечто фундаментальное, что не может сильно измениться?

2. Чувствуешь ли ты, что можешь научиться чему-то новому, но не можешь изменить свой интеллект?

3. Правда ли, что, независимо от того, сколько у тебя интеллекта, ты всегда можешь его немного изменить?

Вы также можете выяснить у сына, как он относится к любым другим способностям, таким как музыкальные, спортивные и артистические. Затем объясните ему разницу между фиксированным мышлением и установкой на рост.

Наконец, подростку нужно будет убедиться, что его мозг действительно может изменяться под воздействием новой информации – другими словами, что он пластичен.

Мозг таксиста

Мой друг Майк на собственном горьком опыте убедился, что молодые мозги более податливы, чем старые, когда захотел бросить профессию инвестиционного банкира в Лондоне. Никогда не идя проторенным путем, Майк решил стать водителем такси. Вождение такси в Лондоне сильно отличается от вождения на Манхэттене. Хотя мой друг уже освоил езду по противоположной стороне дороги, чтобы получить права таксиста, ему нужно было запомнить каждую из двадцати пяти тысяч главных и второстепенных дорог города. Он также должен был знать расположение более двадцати тысяч достопримечательностей и общественных мест, таких как музеи, театры, больницы и многое другое. Когда мы вместе гуляли по городу, Майк обращал внимание на других потенциальных водителей такси, которые снова и снова объезжали одни и те же кварталы, пытаясь превратиться в людей-навигаторов.

В конце концов это предприятие оказалось сложнее, чем мог выдержать мозг мужчины средних лет. И бедный Майк не одинок: 50 процентов тех, кто сдает лицензионный тест водителя такси, терпят неудачу, а те, кто все-таки сдает, делают это в среднем с двенадцатой попытки [167]!

Элеонора Магуайр и Кэтрин Вулетт, два нейропсихолога из Университетского колледжа Лондона, решили использовать эту ситуацию в качестве исследовательской парадигмы [168]. Они хотели посмотреть, действительно ли требования к прохождению лицензионного теста привели к структурным изменениям в мозгах таксистов. Другими словами, действительно ли таксисты, прошедшие тест, стали умнее? Группа испытуемых прошла тот же процесс обучения, что и Майк, а затем была разделена на две части: те, кто успешно прошел тест, и те, кто этого не сделал. Сканирование мозга успешных участников до и после показало, привело ли обучение, связанное с прохождением теста, к структурным изменениям в их гиппокампе – области мозга, которая, если вы помните из главы 3 (см. с. 86), является хранилищем воспоминаний. На всякий случай Магуайр и Вулетт добавили контрольную группу из среднестатистических лондонцев. Как вы, наверное, уже догадались, у стажеров, которые сейчас водят эти знаменитые черные такси по всему Лондону, в области гиппокампа оказалось больше серого вещества, чем у бедняг, которым пришлось искать работу в другом месте. Это исследование доказывает, что люди не рождаются с фиксированным уровнем интеллекта: при достаточной практике и упорной работе мы действительно можем стать умнее.

Что касается Майка, может быть, ему стоит еще раз попробовать стать водителем такси?

Превращение «маленького мальчика, который не мог» в «подростка, который смог»

Помочь вашему сыну совершить скачок от фиксированного мышления к мышлению роста – это полдела. Другая половина состоит в том, чтобы победить следующих врагов формирования компетентности:

1. Подчеркивание результата. Оно заставляет сосредоточиться на чем-то, что ваш сын не может контролировать. Лучше сконцентрируйтесь на процессе. Когда ваш ребенок преуспевает, похвалите его усердную работу, а когда отстает, скажите о разочаровании [169]. Его достижения должны быть результатом его усилий, а не интеллекта. Помните, что дело не в таланте, а в упорстве. Как сказал комик Стив Мартин: «Упорство – отличная замена таланту». Если вы сосредоточитесь на процессе, ваш сын никогда не почувствует, что ваша любовь зависит от его достижений. Недавно я консультировал одну женщину по поводу проблем с уверенностью у ее десятилетнего сына. Она упомянула, что всегда говорит ему, какой он умный. Когда я предположил, что это, возможно, не лучший способ повысить его уверенность в себе, мальчик сказал: «Да, потому что тогда я чувствую, что обязан быть умным, иначе вы с папой будете разочарованы».

Мы уже обсуждали, как чрезмерный акцент на интеллекте или таланте ребенка дает ему понять, что важнее всего его способности, а не усилия и что он должен достичь определенного уровня совершенства, чтобы заслужить одобрение родителей. Конечно, время от времени не помешает говорить своим детям, какие они умные и красивые (а они такие и есть!). Но слишком большая гордость достижениями сына или слишком сильное разочарование в его успехах могут дать ему понять, что ваша любовь зависит от его результатов. Когда дети чувствуют, что родительская любовь связана с выполнением определенного вида деятельности, они ощущают себя вынужденными выполнять эту деятельность и начинают возмущаться этой скрытой формой давления, а также родителем, который его оказывает [170].

2. Боязнь неудачи. Многие родители, будучи ошеломлены сегодняшними высокими ставками и жесткой конкуренцией, боятся, что, если их дети в чем-то потерпят неудачу, они отстанут от остальных. Это убеждение не только ложно, но и на самом деле опасно. На ум приходит беседа между репортером и генеральным директором из одной старой истории:

– Сэр, в чем секрет Вашего успеха? – спросил репортер.

– В двух словах.

– И что это за слова?

– Правильные решения.

– И при помощи чего Вы принимаете правильные решения?

– Одно слово.

– Какое, сэр?

– Опыт.

– А как Вы набираетесь опыта?

– Два слова.

– Какие, сэр?

– Плохие решения.

Сегодня неудача уже совсем не то, что раньше. Каждый день появляется очередная статья, восхваляющая основателей неудавшегося стартапа за то, что они пошли на риск и проявили инициативу. Как любят подчеркивать авторы таких статей, мы все, вероятно, до сих пор пользовались бы пишущими машинками и кассетными проигрывателями, если бы Стив Джобс и Билл Гейтс не бросили университет. Не говоря уже о Марке Цукерберге или Дэвиде Карпе. Вашему сыну нужно иметь возможность упасть и снова подняться. И лучше ему научиться этому сейчас, все еще находясь под вашим бдительным присмотром, чем через два или три года, когда он будет учиться в университете.

3. Боязнь ошибок. Выработайте в семье отношение к ошибкам как к чему-то обычному. Расскажите домочадцам (как можно с большим юмором) о промахах, которые вы совершили… и продолжаете совершать. Подчеркните извлеченные уроки.

Напомните своим детям, почему на карандашах есть ластики, а на клавиатурах компьютеров – клавиши удаления. Вот несколько историй о моих собственных ошибках:

• Оставил ноутбук в такси в Нью-Йорке. Извлеченный урок: не разговаривайте по мобильному телефону, выходя из такси.

• Потерял бумажник (нашел его в мусорном ведре) и чековую книжку (нашел в бардачке). Извлеченный урок: убирайте вещи исходя из того, где вы их рассчитываете потом найти, а не из соображений целесообразности.

• Купил билеты на концерт в день рождения моей жены, перепутав город, в котором этот концерт давали (Бостон вместо Нью-Йорка). Извлеченный урок: осознание того, что некоторые ошибки стоит исправить, какими бы дорогостоящими они ни были. (Позже я купил правильные билеты, а приобретенные в первый раз отдал друзьям в Бостоне.)

Вы также можете сделать ошибки более приемлемыми, выйдя из своей зоны комфорта. Попробуйте что-нибудь новенькое, пусть ваши дети увидят, как вам это нравится, а потом посмейтесь над собой. Например, вы могли бы сыграть против своего сына в его любимую видеоигру.

Может быть, вся ваша семья могла бы посоревноваться в каком-то новом развлечении. Моя семья помешана на мини-гольфе. Мои удары жалки, поэтому, когда дети были маленькими (и все же сильно обыгрывали меня), я спел им придуманную мной маленькую песенку, которую назвал «Я паршивый игрок в гольф».

4. Достоинство. Чрезмерное вмешательство родителей не только дает детям понять, что у них ничего не получится, но и предоставляет им слишком много возможностей сказать: «Я думаю, не стоит и пытаться». Попросив меня помочь ее сыну справиться с постоянной привычкой забывать записывать домашние задания, одна мать рассказала о следующем диалоге:

Мама. В этом году ты должен пользоваться ежедневником. Записывай каждое домашнее задание, а потом, перед тем как ехать домой, проверяй, что у тебя есть все необходимое. Я не хочу больше узнавать за тебя домашнее задание, как мы это делали в прошлом году. Как ты думаешь, ты сможешь так делать?

Сын. Нет.

Эта женщина была удивлена моим ответом, так же как и ответом своего сына, когда я предложил ей перестать узнавать его домашнее задание. «И отпустить его на следующее утро без домашнего задания, чтобы он получил двойку?» – спросила она.

«Да, – ответил я, – это единственный способ научить его пользоваться ежедневником».

5. Ваша тревожность. Ваше беспокойство передается сыну как недостаток веры в его способности. Подумайте о том, что транслируют следующие заявления:

«Ты никогда не поступишь в хороший университет, если не улучшишь свои отметки» – «Я не думаю, что ты поступишь в хороший университет».

«Когда ты начнешь учишься в университете, а меня не будет рядом, ты сразу же провалишься» – «Я не думаю, что ты сможешь справиться с университетом».

«Как, по-твоему, ты сможешь сдать химию, если не будешь больше готовиться к тесту?» – «Я не верю, что ты сможешь сдать химию».

6. Его тревожность. Подросток, бросающий учебу, похож на Бездельника, восьмого гнома из «Белоснежки», и его лейтмотив – «Иди медленно. Держись подальше от работы». В глубине души ваш сын боится: боится неудачи, разоблачения, давления и больше всего – будущего. Он справляется с этим стрессом путем избегания. В современном цифровом мире отвлекающих факторов бесконечное множество: видеоигры, социальные сети и стриминговые сервисы. Один подросток сказал мне, что его тревога и его будильник подвергаются одинаковому лечению: всякий раз, когда звенит звонок, он нажимает кнопку повтора, чтобы отложить решение проблем. Однако этот юноша мудро добавил: «Как бы это ни работало, это единственный способ, которым я умею противостоять окружающему миру». Другой пациент сказал: «Всякий раз, когда мне нужно сделать работу, я говорю себе: “Я позволю себе побеспокоиться об этом позже”. Затем, за ночь до сдачи, до меня доходит, какой же я придурок».

Тревога подобна хулигану, который живет у вас в голове. Избегание просто дает ему шанс спуститься в подвал, чтобы позже вернуться с еще большими силами.

Секрет победы над этим хулиганом заключается в том, чтобы справиться с тем, чего вы избегаете, позволив себе испытать беспокойство, хотя бы ненадолго. Это будет укреплять вашу «мышцу толерантности к тревоге» до тех пор, пока она не станет достаточно сильной, чтобы противостоять этому чувству.

Один из способов, которым ваш сын может по-настоящему прокачать эту образную мышцу, – это вести дневник мыслей, куда нужно записывать все, что вызывает у него беспокойство, пока он делает домашнее задание.

Например, взгляните на приведенную ниже таблицу, которую Зак (строитель лодок из главы 7) заполнил в моем офисе.

Приведенные ниже цифры относятся к интенсивности ощущений по шкале от 1 до 100: 1 – самый низкий уровень интенсивности, а 100 – самый высокий.

ДНЕВНИК ТРЕВОЖНОСТИ

Этот инструмент работает удивительно: несмотря на то что его использование заняло час, как только Зак изложил все свои тревожные мысли на бумаге, его разум был готов к работе.

Вы найдете Дневник тревожности в Приложении (с. 309).

Испытывать тревогу – все равно что смотреть через очки, из-за которых мир выглядит гораздо более пугающим, чем он есть на самом деле.

Тревожные люди часто имеют чрезмерно боязливый взгляд на мир. Некоторые из возникающих в результате искажений предсказуемы, и, как только они выявлены, с ними легко бороться с помощью логики.

Как родитель беспокойного сына вы можете мягко указать на неточность его мышления. Это должно быть сделано ободряющим, а не корректирующим тоном.

Вы уже знаете о наиболее распространенном типе искажений – катастрофизации (с. 223). Вот два других:

• Принцип «Все или ничего». Вещи никогда не бывают черно-белыми. Званый ужин, который вы устроили, провалился, потому что брокколи была переварена, – у вашего сына был ужасный матч, потому что он пропустил один мяч…

• Чрезмерное обобщение. Это все равно что позволить одному гнилому яблоку испортить всю кучу. Если вы провалили последнюю сделку на работе, это не значит, что с вами покончено. Если ваш сын с трудом справляется с алгеброй, это не значит, что геометрия покажется ему такой же сложной.

Бросить вызов этим типам искаженных мыслей вы можете, сделав более реалистичную и нейтральную оценку ситуации. Это правда, что брокколи была переварена, но курица, которую вы подали, была очень вкусной. Да, ваш сын пропустил этот мяч, но он также взял три удара.

И помните: тревога может доставлять дискомфорт, но она никогда не бывает смертельной.