Люди ослепленно ликовали: «Мы покорили золото, что хотим с ним, то и делаем». Золото смеялось им в ответ: «Я покорило человека. Весь мир да поклонится моему величию и да послужит мне.

Утром мы безбоязненно покинули кабину машины, лишь изредка, словно хищники, озираясь по сторонам, пока чистили зубы. Я умылась снегом, как и мои напарники. К обеду мы уже приближались к Усть-Нере.

– Ну что, поедешь с нами в Октябрьский? Это в 40 километрах от трассы.

– Ой, недалеко, поеду.

Сорок километров мы проходили несколько часов, по пути переходя вброд реки и идя не по дороге, а по иссушенному руслу реки.

– Тут кто-то живет? – спросила я.

Я осматривалась по сторонам, но все вокруг было заброшенное, кроме одинокого полуразрушенного дома. Это был островок местной АЗС.

– Сейчас уже, считай, нет, а раньше был прииск, школа даже была.

Навстречу нам выбежала дворняжка и, игриво петляя хвостиком, подошла ко мне.

– Ну, мы тут по работе на час где-то задержимся, можешь погулять с напарником. – Валера указал на собачку. – Она медведей за километр учует.

Собака будто каждый день встречала новых людей и, являясь моим новым проводником, повела меня по местной округе. Было ощущение, что я на поводке у местной собаки. Я не стала расспрашивать своих попутчиков, что именно привело нас сюда, является ли эта АЗС в давно заброшенном поселке их конечной рабочей точкой и зачем вообще здесь АЗС. Мы с проводником-собакой бродили по небольшим сопкам в течение часа, и на каждой из возвышенностей она игриво принимала разные позы, словно модель, позируя мне на камеру на фоне суровой природы.

В Усть-Неру мы прибыли лишь вечером. На улице было темно. Город тускло освещался малочисленными фонарями. Отсюда до Магадана оставалась тысяча километров.

– Ну что, ночуешь с нами?

Я стала считать в уме километры пути и приняла для себя решение.

– Нет, спасибо вам, но мне надо попробовать ускориться…

– Хорошо. Давай, не хворай и берегись медведей.

Я вышла на одной из улиц Усть-Неры. Это была еще Якутия, но в голове крутилось другое слово – Колыма. Поселок городского типа встретил меня холодным дождем и пессимистичными пятиэтажками. Его построили в советское время благодаря наличию богатейших месторождений золота. Помимо приисков здесь был расположен Индигирлаг, заключенные которого прокладывали будущую магаданскую трассу. Они же и добывали золото и вольфрам, работали на горнорудном комбинате и строили все эти дома.

Население поселка сократилось более чем в два раза после распада Советского Союза, и это было видно невооруженным глазом. Я спряталась от дождя на дорожной остановке и всматривалась в дома напротив. Пятиэтажки были полупустые, об этом говорило не столько состояние окон, сколько их отсутствие.

«Хм, как интересно выглядят поселки, которые добывают такие драгоценные металлы».

Погода гармонично соотносилась с атмосферой поселка. Я пыталась представить возможное будущее Усть-Неры, но в контексте настоящего не могла увидеть возможности для его роста. Сам факт того, что поселок был рожден и жив благодаря недрам земли, несколько меня удручал, но мне хотелось верить, что это место можно обустроить, возродить, обуздать и вдохнуть новую жизнь. Эти мысли блуждали в моей голове, пока я шла мимо полуразвалившихся строений.

– Это ты еще в Сусумане не была, – сказал мне следующий попутчик, выезжая из Усть-Неры, когда услышал о моих размышлениях.

Мой новый знакомый – водитель-дальнобойщик – был в ту пору местной знаменитостью.

– Смотрела документальный фильм «Долгая дорога вокруг света» с Юэном Макгрегором? Он на мотоцикле проезжал по этой трассе. Я помогал в съемках, и меня даже показывали в фильме. Но вот, правда, некрасиво они поступили. Мы тут их чинно-благородно встречали, они пообещали, что не выложат многие фрагменты. А в итоге все показали не в самом выгодном свете.

В сердцах рассказывал мне водитель, с которым пришлось проститься уже через пятьдесят километров.

– Извини, там золотой прииск, никого не пускают, но я тебя высажу на КПП. Тут светло, может, кто поедет, а если нет, стучись к охранникам, они могут приютить.

Свет грузовика плавно скрылся из виду, и я осталась в тишине ночи на безлюдной трассе. Позади мерцал огонь из пункта охраны золотоносной артели. Идти в ночной мрак по неизвестной дороге я боялась, и самым верным решением было оставаться на месте при свете мерцающего фонарика КПП.

Нет, возможно, наиболее правильным решением было бы постучаться на КПП, но я не разрешала себе такого, особенно на частной территории, ведь это могло плохо сказаться на работнике пункта пропуска. Я была наслышана о всей строгости жизни в артелях.

Была полночь. Я ждала новую машину, но с каждой минутой ожидания мои надежды таяли.

«Кто поедет по такой непростой и неосвещенной трассе в ночи? Максимум перегонщик, и то вряд ли он будет так рисковать на столь сложной дороге».

В половине первого ночи я впервые почувствовала режущую зубную боль от холода. Я считала каждую минуту и двигалась на месте, пытаясь сохранить тепло.

– Я вот все смотрю и гадаю, на сколько тебя хватит? – раздался молодой мужской голос, когда я делала приседы с рюкзаком на плечах. Это был Алексей, охранник золотого прииска.

– Привет.

– Да заходи ты, чай уже второй раз кипячу. Ты стойкая.

Я забежала в деревянный домик и резко выдохнула, ощутив себя в тепле. Алексей налил мне чай и поставил кружку на стол. Я медленно опустилась на стул и с удовольствием, очень осторожно взяла в ледяные ладони теплую кружку, вдыхая пар от горячего чая. Это было настоящее сокровище, лучше, чем любое золото.

КПП представлялся мне меньше, когда я стояла на улице. Сейчас же перед моим взором открылась потаенная комната охраны. После основного помещения, где мы сидели, виднелась небольшая комната с печкой и кроватью.

– Я сам из Тольятти. Сюда на полгода на вахту приехал. Ничего так, знаешь. Сидишь, смотришь телик да с медведями болтаешь, ага. Тут, у туалета, всегда один и тот же косолапый выходит по ночам. Так что будь осторожна, хотя он свой уже. Я охраняю артель, а он меня. – Он потянулся куда-то под стол и достал оттуда целую стопку дисков с фильмами. – О, давай «Фантом» глянем? Так давно не смотрел, целых четыре дня.

Мой новый знакомый был несказанно рад нашему знакомству. Возможно, оно было не только новое для него, но и практически единственное за время пребывания на вахте. Фоном шел фильм, но Алексей комментировал картину, а дальше его истории перешли несколько в иное русло. Он заговорил об инопланетных пришельцах, НЛО, всевозможных мифах и легендах, которые придумывал на ходу.

– Мне ночью спать нельзя, в обязанностях пропускать редкие машины на территорию. А ты спокойно можешь прилечь и поспать в соседней комнате, – сказал мне новый приятель еще до того, как включить «Фантом».

Я из вежливости решила не ложиться сразу спать, а провести время за общением. Мы сидели за столом до трех часов ночи. За это время мы просмотрели фоном фильм несколько раз. Я надеялась, что помогаю человеку выговориться. Но в начале четвертого часа уже не могла больше обсуждать пришельцев и их возможный скорый захват планеты.

– Леш, ты говорил что-то про соседнюю комнату?

– Ты правда спать хочешь? Ну, блин. Ладно, хорошо. Я завтра целый день спать буду все равно. Ложись.

В семь утра я проснулась. Несмотря на недосып, я всегда просыпаюсь с рассветом, если в комнате нет штор и свет пробивается сквозь окна. Солнца не было, по стеклу барабанил дождь. Я посильнее укрылась своим пуховым спальником и повернулась на другой бок спиной к пасмурному, но утреннему свету.

– Доброе утро.

В дверях стоял Леша, и я тут же с ужасом подумала, что пора вставать.

– Сейчас новый охранник придет, я ему сказал про тебя. Так что спи еще, на улице погода не очень.