Целый день мы ездили по деревням. Дороги были плохие, сами деревни – пустые. Иногда, правда, видели старых мужчин или женщин. Мы выходили из машины, с некоторыми из них знакомились и разговаривали. И все они говорили об одном и том же: идёт стройка на могилах, разрушают нашу национальную память.
Почти в каждой деревне стояли новые дома. Они стояли за высокими заборами. За заборами было тихо. Было тихо и за заборами, где стояли дома, которые только начали строить. Ещё мы видели заборы, за которыми стройка ещё даже и не начиналась. Мне это показалось странным: строят здесь или не строят?
Строителей мы увидели только в Старом Селе. Здесь их было много. Тут шло строительство сразу нескольких домов. Мы подошли ближе…
– Гастарбайтеры…1 – тихо сказал мне Никита Михайлович.
Нам навстречу вышел мужчина восточного вида и важно спросил:
– Куда и зачем?
– Хотим дом здесь купить, – ответил Никита Михайлович.
– Дом – хорошо! Хорошо! Но идти нельзя. Смотреть нельзя. Земля хозяина. Хозяин говорит: «Ходить нельзя!» По-русски понимаешь? Нельзя! И мне тебе ничего говорить нельзя! – сказал мужчина.
– А откуда строители? Откуда приехали? – Никита Михайлович показал на гастарбайтеров.
– Узбекистан. Таджикистан2, – ответил тот и важно добавил: – Я – узбек. Я по-русски говорить могу. Хозяин говорит: «Будешь смотреть!» Они работают, я смотрю. Я тут начальник! Ещё смотрю, чтобы чужие не ходили. Идите-идите. До свидания.
– Узбекистан… Таджикистан… А ты знаешь, где вы строите? Что тут было? «Скажи-ка, дядя…»3, – вдруг сердито сказал Никита Михайлович.
– Я тебе не дядя. Что было? Что было? – продолжал улыбаться узбек. – Ничего не было. Земля. Дома не было. Жизни не было. Плохо было. Мы приехали и строим вам. Вы не можете. У вас мужчины пьют, много денег за работу берут, работают плохо. Скоро мы тут вам дома сделаем. Жизнь будет! Хорошо! А мы деньги получим! Деньги семье дадим. У меня жена и 5 детей. Им тоже хорошо будет! Хозяин говорит: «Хорошо работать будете, возьму ещё людей из вашей деревни!»
– А вы хорошо работаете-то?
– Хорошо! Очень хорошо, дорогой! Мы не пьём. Денег за работу просим меньше. Мастер нас работать учит. Он тоже узбек. Идите-идите… До свидания.
– Чёрт! – сказал Никита Михайлович. – Пошли в машину!
