Неожиданно все трое посмотрели на меня.

– Что? – глазами спросил я.

– Я когда-то фильм видел… – начал дед. – «Ватерлоо» называется. Я ездил на север, в Вологодскую область, к другу. У них в селе в церкви сделали кинотеатр. Там и смотрели этот фильм… Его наш известный советский режиссёр Сергей Бондарчук снял после «Войны и мира». Скажите, Серёжа, а что сейчас на Ватерлоо?

– Это одно из мест в Бельгии, куда приезжает много туристов. Жители Ватерлоо очень любят свой город. Они берегут его и гордятся им. Там есть штаб-квартира Наполеона, музей Веллингтона, Холм Льва, Центр посетителей, Панорама, Музей восковых фигур, церковь святого Иосифа. Вокруг Ватерлоо много маленьких красивых городов.

– А администрация продаёт там земли? – спросила Глафира Петровна.

– Я не знаю… Хотя… Вспомнил! Гид говорил, что лет 200 назад, ещё до образования Бельгии, во Франции был принят закон об охране Ватерлоо.

– 200 лет назад?.. И что? – спросил Никита Михайлович.

– Охраняется. Никто ничего не строит. Это же история страны и… закон, – сказал я.

– Господи, а ведь такие деньги можно было бы заработать! – вздохнул Никита Михайлович.

– Думаю, что никто бы и покупать не стал, – ответил я.

– Вы, главное, свистните. А уж мы за секунду в такую очередь станем, что её конца не увидите!.. Эх, Европа! Не понимаете вы своего счастья! – снова вздохнул Никита Михайлович и спросил: – А новая власть не меняет законы так, как ей надо?

– Зачем? Прежде чем принять закон, надо хорошо подумать.

Холм Льва, Ватерлоо

– А у нас каждая новая власть принимает свои законы, – сказал Никита Михайлович, вставая.

– Ну ладно, ребята, – сказал дед Макар. – Вам, как я понимаю, надо дальше ехать. Пойдёмте, провожу вас до машины. Глаша, посидишь или тоже пойдёшь?

– Пойду… – сказала она.

– А у вас тут строят? – спросил её Никита Михайлович.

– Один строит… Видишь дом большой? Приехал с большими деньгами. Бегал-бегал. Всё место выбирал. Выбрал. Стал строить. Строит такой дом, какой в Австрии видел. Чужой этот дом среди наших русских… И такой высокий, что теперь не видны нам ни церковь наша, ни памятник нашим солдатам… И музыка оттуда не наша…