На следующий день мы выехали из дома Татьяны Андреевны часов в 10. В машине мы почти не разговаривали, а всё больше смотрели в окно. Каждый думал о своём, а может, мы думали об одном и том же…
Никита Михайлович опять встречался с какими-то людьми, разговаривал и что-то записывал в свою тетрадь. Я слышал, что у некоторых он спрашивал о том, что здесь было во время войны с Наполеоном и в последнюю войну. Многие не знали. Тогда он спрашивал:
– Вы здесь родились или откуда-то приехали?
Обычно отвечали, что приехали. В одной из деревень он спросил у какого-то старика:
– А кто тут разрешил строительство?
Старик назвал фамилию какой-то женщины-начальницы.
– А она здесь родилась?
– Нет. Она нездешняя. С Урала, – ответил дед.
– Понятно…
А Никита Михайлович опять и опять спрашивал у строителей:
– А вы знаете, что тут было в 1812 году?
– Ну ты вспомнил, мужик. Что тут было при царе Горохе…1 А зачем нам об этом знать? Мы сюда деньги зарабатывать приехали, а не историю изучать, – отвечали ему строители.
– А в вашем родном городе есть исторические дома? – снова спрашивал Никита Михайлович.
– Ну есть. И что?
– А вот если бы на их месте стали строить большой магазин или гостиницу, тогда что? – не успокаивался Никита Михайлович.
– А так и делают! Да ничего страшного. Мы, русские, – люди талантливые. Россия – страна богатая. Всё ещё будет.
– И что будет? – спрашивал Никита Михайлович.
– Слушай, мужик, чего тебе надо? Если ты приехал сюда покупать и строить, то покупай и строй. Если приехал поговорить – иди в депутаты или на телевидение. Не мешай работать! Нам семью кормить надо. А семью можно накормить тогда, когда много не думаешь. Вот строим и строим… А ты иди давай, куда шёл!
– Ну что, Никита Михайлович, – спросил я, когда мы поехали назад, – всё чики-пуки?
Никита Михайлович почему-то ничего не сказал.