Шли недели. Январь почти закончился. Марк замечает, что время выполнения проектов значительно сократилось. Большинство из тех 19 проектов, что были оставлены в работе, – завершены. Сейчас они перешли к замороженным. Сроки, конечно, плавают, поэтому он оценивает в среднем, но похоже, что время, необходимое для завершения проектов, сократилось примерно наполовину. Марк прикидывает, когда лучше поговорить отцом. Он избегал Айзека с того спора о нулевых воротах. Он не хотел, чтобы отец остановил ещё какие-то его инициативы, и, к его облегчению, отец тоже не стремился к общению. Но скоро им нужно будет поговорить. Надо только закончить ещё несколько проектов, чтобы результаты были неоспоримыми. Пора планировать, как капитализировать сокращение времени выполнения проектов. Даже с учётом буферов сроки, которые они обещают, гораздо короче, чем у всех остальных в отрасли. Они не просто выбираются из ямы, у них появился огромный потенциал для роста. Они могут участвовать в большем количестве тендеров, возможно, на более крупные проекты, которых они всегда избегали. Они могут расширяться и открывать новые филиалы. Чёрт возьми, они могут открыть несколько филиалов. Они могут купить проблемные, неблагополучные компании по производству роботов и вывести их на новый уровень.

Они могут…

Звонит телефон. Номер незнаком Марку. Голос на другом конце говорит:

– Здравствуйте, это мистер Уилсон?

– Слушаю вас…

– Я звоню из офиса Пола Беккера. Мы хотели бы договориться о встрече на следующей неделе. Вам удобно в четверг в десять утра?

Имя ему ни о чём не говорит.

– Простите, чьего офиса?

В голосе на другом конце линии слышится удивление.

– Мистер Беккер – вице-президент по финансам в компании Laramie.

В голове у Марка раздаётся сигнал тревоги. Отец упоминал, что ведёт переговоры с Laramie о продаже компании, но это было больше трёх месяцев назад, и с тех пор он ничего об этом не слышал.

– Напомните, пожалуйста, о чём речь.

Марк слышит, как его собеседник с кем-то негромко переговаривается.

– Речь идёт о покупке вашей компании, сэр. Мы завершили проверку благонадёжности. Мы хотели бы встретиться, чтобы закрыть сделку. Срок действия соглашения о непродаже скоро истекает.

Марк не верит своим ушам. Отец продаёт компанию за его спиной, и он узнаёт об этом случайно, просто потому что ассистент покупателя, или кто он там, позвонил не тому Уилсону.

– Позвольте я проверю свой график и перезвоню вам, – бормочет Марк и вешает трубку.

Марк спешит в кабинет отца. Дверь закрыта, наверное, идёт совещание, но ему наплевать.

Когда он проходит мимо Софии, она говорит:

– Его нет. Он взял отгул.

– Он… что? – Сколько Марк себя помнит, отец ни разу не брал отгул.

– Вообще-то, его и вчера не было.

Конечно, какой смысл приходить, если он продаёт компанию. Марк благодарит Софию, возвращается к себе и на ходу звонит отцу на мобильный.

После нескольких гудков Айзек отвечает:

– Привет, Марк.

– Нам надо поговорить.

– Да, надо. Приходи на ужин в субботу.

– Папа, это срочно.

– Суббота, Марк, – отвечает отец, и линия обрывается.

Марк вне себя. Он ничего не понимает. Он стоит в своём кабинете и смотрит в окно. Облака густые и серые.

Да, отец сказал, что ищет покупателя, но он ни слова не сказал о подписании чего-либо. Марк всё больше и больше злится. Они не потеряли ни одного клиента после Doolen. Марк из кожи вон лезет, и ради чего? Ради ничего. Отец мог бы хотя бы из вежливости держать его в курсе. Какой-то абсурд. Показатели, возможно, ещё не полностью это отражают, но они работают лучше, чем когда-либо.

Заглядывает Эбби. Она чувствует, что что-то не так.

– Всё в порядке?

Марк больше ни минуты не может оставаться в офисе. Ему нужен воздух.

– Поехали покатаемся?

Эбби с трудом скрывает своё удивление. Это совсем не похоже на Марка – уходить из офиса посреди дня.

– Поехали. Я только возьму пальто.

Они едут на внедорожнике Марка. Снег лежит уже несколько дней и смешался с грязью. Марк внимательно смотрит на дорогу, проезжая то по заледеневшим участкам, то по лужам талой воды. Они едут за город.

Эбби сидит молча. Будет готов – сам расскажет, что случилось.

Вскоре Марк решается:

– Мне нужно тебе кое-что рассказать, но я хочу, чтобы ты пообещала никому об этом не говорить.

– Хорошо.

– Мой отец продаёт компанию.

– Что?! – Эбби поражена. – Почему? Мы всегда думали, что ты возглавишь её, когда он уйдёт на пенсию. И почему сейчас, когда мы начинаем выходить из кризиса? Я чего-то не знаю?

Марк бросает взгляд на Эбби, затем снова переводит его на дорогу.

– Я сам задаю себе тот же вопрос.

– Ничего не понимаю! Что он тебе сказал?

Марк рассказывает, как он обо всём узнал, и добавляет:

– Одно ясно: я здесь не останусь. Я не буду работать на них, даже если они попросят.

Эбби прикидывает, не пора ли ей уже заняться поиском работы. Скорее всего, нет. Но она подумает об этом позже. Сейчас она должна быть рядом с Марком.

– Я понимаю, почему ты захотел уйти из офиса. – Она кладёт руку ему на плечо, пытаясь успокоить, но, смутившись, сразу же убирает её.

Они едут молча больше часа. Темнеет. Эбби безмятежно смотрит в окно. Марк чувствует, как напряжение постепенно уходит. Он украдкой поглядывает на Эбби, надеясь, что она этого не заметит. Она красива. Приятно находиться рядом с ней в машине.

Они въезжают в другой город.

– Хочешь, где-нибудь остановимся? – спрашивает он.

– Да, было бы хорошо размять ноги.

Они приближаются к центру города. Уютно горят красивые уличные фонари. Марк находит свободное место. Он глушит мотор, и они выходят из машины. На улице морозно. Они идут куда глаза глядят. Но вскоре Эбби начинает мёрзнуть. Марк обнимает её, чтобы согреть.

Уместно ли это? Ему всё равно.

Эбби прижимается к нему и поднимает лицо. Марк обнимает её. Их взгляды встречаются. Поцелуй именно такой, как он себе представлял.

Они садятся в машину, Эбби внимательно смотрит на Марка.

– Ты же знаешь, что мы не можем. Мы работаем вместе.

Марк возвращается к реальности.

– Это ненадолго.