Когда воссияло солнце красное

На тое ли на небушко на ясное,

Тогда зарождался молодый Вольга´,

Молодой Вольга´ Святославович.

Как стал тут Во´льга растеть-матереть,

Похотелося Вольги много мудрости —

Щукой-рыбою ходить ему в глубоких морях,

Птицей-соколом летать ему под оболока,

Серым волком рыска´ть да по чисты´им полям.

Уходили все рыбы во синие моря,

Улетали все птицы за оболока,

Ускакали все звери во темны´е леса.

Как стал тут Во´льга растеть-матереть,

Собирал себе дружинушку хоробрую —

Тридцать молодцов да без единого,

А сам-то был Вольга во тридцатыих.

Собирал себе жеребчиков неле´гченыих,

Вот посели на добрых коней, поехали,

Поехали к городам да за получкою.

Повыехали в раздольицо чисто поле,

Услыхали во чистом поле оратая, —

Как орёт в поле оратай, посвистывает,

Сошка у оратая поскрипливает,

Омешики по камешкам почиркивают.

Ехали-то день ведь с утра до´ вечера,

Не могли до оратая доехати.

Они ехали да ведь и другой день,

Другой день ведь с утра до вечера,

Не могли до оратая доехати, —

Как орёт в поле оратай, посвистывает,

Сошка у оратая поскрипливает,

А омешики по камешкам почиркивают.

Тут ехали они третий день,

А третий день ещё до па´бедья,

А наехали в чистом поле оратая, —

Как орёт в поле оратай, посвистывает,

А бороздочки он да помётывает,

А пенье´, коренья вывёртывает,

А большие-то камни в борозду валит.

У оратая кобыла соло´вая,

Гужики у неё да шелковые,

Сошка у оратая кленовая,

Омешики на сошке булатние,

Присошечек у сошки серебряный,

А рогачик-то у сошки красна золота.

А у оратая кудри качаются,

Что не скачен ли жемчуг рассыпаются,

У оратая глаза да ясна сокола,

А брови у него да черна соболя.

У оратая сапожки зелен сафьян, —

Вот шилом пяты, носы востры,

Вот под пяту, пяту воробей пролетит,

Около носа хоть яйцо прокати,

У оратая шляпа пуховая,

А кафтанчик у него чёрна бархата.

Говорит-то Вольга таковы слова:

«Божья помочь тебе, оратай-оратаюшко!

Орать, да пахать, да крестьяновати,

А бороздки тебе да пометывати,

А пенья, коренья вывёртывати,

А большие-то каменья в борозду валить».

Говорит оратай таковы слова:

«Поди-ка ты, Вольга Святославович!

Мне-ка надобно Божья помочь крестьяновати.

А куда ты, Вольга, едешь, куда путь держи´шь?»

Тут проговорил Вольга Святославович:

«Как пожаловал меня да ро´дной дядюшка,

Родной дядюшка да крестной батюшка,

Ласковой Владимир стольне-киевской,

Тремя ли городами со крестьянами:

Первыим городом Курцовцом,

Другим городом Ореховцем,

Третьим городом Крестьяновцем.

Теперь еду к городам за получкою».

Тут проговорил оратай-оратаюшко:

«Ай же ты Вольга Святославович!

Как живут-то мужички да все разбойнички, —

Они подрубят-то сляги калиновы

Да потопят тя в речку да во Смородину.

Я недавно там был в городе, третьёго дни,

Закупил я соли цело три меха,

Каждый мех-то был ведь по сту пуд,

А сам я сидел-то сорок пуд.

А тут стали мужички с меня грошов просить,

Я им стал-то ведь грошов делить,

А грошов-то стало мало ставиться,

Мужичков-то ведь да больше ставится,

Потом стал-то я их ведь отталкивать,

Стал отталкивать да кулаком грозить, —

Положил тут я их ведь до тысячи:

Который стоя стоит – тот сидя сидит,

Который сидя сидит – тот и ле´жа лежит».

Тут проговорил ведь Во´льга Святославович:

«Ай же ты оратай-оратаюшко!

Ты поедем-ка со мною во товарищах».

А тут ли оратай-оратаюшко

Гужики шелковые повыстегнул,

Кобылу из сошки повывернул,

Они сели на добрых коней, поехали.

Как хвост-то у ней расстилается,

А грива-то у неё да завивается,

У оратая кобыла ступью´ пошла,

А Вольгин конь да ведь поскакивает.

У оратая кобыла грудью´ пошла,

А Вольгин конь да оставается.

Говорит оратай таковы слова:

«Я оставил сошку во бороздичке

Не для-ради прохожего-проезжего, —

Маломожный-то наедет – взять нечего,

А богатый-то наедет, не позарится, —

А для-ради мужичка да деревенщины.

Как бы сошку из земельки повывернути,

Из омешиков бы земельку повытряхнути,

Да бросить сошку за ракитов куст».

Тут ведь Вольга Святославович

Посылает он дружинушку хоробрую, —

Пять молодцов да ведь могучиих,

Как бы сошку из земли да повыдернули,

Из омешиков земельку повытряхнули,

Бросили бы сошку за ракитов куст.

Приезжает дружинушка хоробрая —

Пять молодцов да ведь могучиих,

Ко той ли ко сошке кленовенькой,

Они сошку за обжи вокруг вертят,

А не могут сошки из земли поднять,

Из омешиков земельки повытряхнуть,

Бросить сошки за ракитов куст.

Тут мо´лодой Вольга Святославович

Посылает он дружинушку хоробрую,

Целыим он да ведь десяточком.

Они сошку за обжи вокруг вертят,

А не могут сошки из земли выдернуть,

Из омешиков земельки повытряхнуть,

Бросить сошки за ракитов куст.

И тут ведь Во´льга Святославович

Посылает всю свою дружинушку хоробрую,

Чтобы сошку из земли повыдернули,

Из омешиков земельку повытряхнули,

Бросили бы сошку за ракитов куст.

Они сошку за обжи вокруг вертят,

А не могут сошки из земли выдернуть,

Из омешиков земельки повытряхнуть,

Бросить сошки за ракитов куст.

Тут оратай-оратаюшко

На своей ли кобылы соловенькой

Приехал ко сошке кленовенькой,

Он брал-то ведь сошку одной рукой,

Сошку из земли он повыдернул,

Из омешиков земельку повытряхнул,

Бросил сошку за ракитов куст.

А тут сели на добрых коней, поехали.

Как хвост-то у ней расстилается,

А грива-то у ней да завивается.

У оратая кобыла ступью пошла,

А Вольгин конь да ведь поскакивает.

У оратая кобыла грудью пошла,

А Вольгин конь да оставается.

Тут Вольга стал да он покрикивать,

Колпаком он стал да ведь помахивать:

«Ты постой-ка ведь, оратай-оратаюшко!

Как бы этая кобыла коньком бы была,

За эту кобылу пятьсот бы дали´».

Тут проговорил оратай-оратаюшко:

«Ай же глупый ты, Вольга Святославович!

Я купил эту кобылу жеребёночком,

Жеребёночком да из-под матушки,

Заплатил за кобылу пятьсот рублей.

Как бы этая кобыла коньком бы была,

За эту кобылу цены не было бы».

Тут проговорит Вольга Святославович:

«Ай же ты оратай-оратаюшко!

Как-то тебя да именем зовут,

Нарекают тебя да по отечеству?»

Тут проговорил оратай-оратаюшко:

«Ай же ты Вольга Святославович!

Я как ржи-то напашу да во скирды сложу,

Я во скирды сложу да домой выволочу,

Домой выволочу да дома вымолочу,

А я пива наварю да мужичков напою, —

А тут станут мужички меня похваливати:

Молодой Микула Селянинович!»

Тут приехали ко городу ко Курцевцу,

Стали по городу похаживати,

Стали города рассматривати,

А ребята-то стали поговаривати:

«Как этот третьего дни был, да мужичков он бил».

А мужички-то стали собиратися,

Собиратися они да думу думати:

«Как бы прийти да извинитися,

А им низко бы да поклонитися».

Тут проговорил Вольга Святославович:

«Ай же ты Никула Селянинович!

Я жалую от себя трема городами со крестьянамы.

Оставайся здесь да ведь наместником,

Получай-ка ты дань да ведь грошовую».