Личное и общее, свое и товарищеское, жизнь семьи и всей страны, чувство ответственности и долга… Перед растущим человеком, который учится еще только в младших классах, такие вопросы уже встают. И могут даже возникать сложные противоречия.

Запомнился ведь матери случай как раз такого рода. Она пришла с работы раньше обычного, а детей дома нет. Пошла в школу. Оказалось, Зоя после занятий разъясняет что-то у доски трем своим одноклассницам, а Шура за последней партой поджидает ее, безмятежно пуская бумажных голубей.

Мать попросила учительницу Лидию Ивановну немного погодя послать Зою домой и больше не позволять ей подолгу задерживаться после уроков. Вечером и сама сказала ей про это: дескать, вот я постаралась освободиться пораньше, хотела побыть с вами, а вас нет. И закончила: «Ты уж, пожалуйста, не задерживайся в школе понапрасну…»

А что дальше?

«Зоя выслушала меня молча, но потом, уже после ужина, вдруг сказала:

– Мама, разве помогать девочкам – напрасное дело?

– Почему же напрасное? Очень хорошо, когда человек помогает товарищу.

– А что же ты говоришь: “Не задерживайся понапрасну”?

Я закусила губу и в сотый раз подумала: до чего осторожно надо выбирать слова в разговоре с детьми!»

На страницах воспоминаний Любовь Тимофеевна раскрывается как вдумчивый и чуткий воспитатель. Но вместе с тем, восстанавливая в памяти годы роста своих детей, она откровенно пишет, что не раз тогда задерживалась на мысли: воспитываю их не одна я, мать – воспитывает все, что они видят и слышат вокруг.

Написала она это в связи с воспоминанием о костре в пионерском лагере, куда однажды летом приехала к детям. С ребятами беседовал отец одной из девочек. Он воевал в дивизии Чапаева, слышал Ленина на Третьем съезде комсомола. «И кто знает, в какое пламя разгорится в будущем искра от этого лагерного костра?» – заметила про себя Любовь Тимофеевна.

А сама Зоя в сочинении «Как я провела лето» написала так: «У костра хорошо думается. Хорошо у костра слушать рассказы, а потом петь песни. После костра еще больше понимаешь, как славно жить в лагере и еще больше хочешь дружить с товарищами».

Ныне в значительной части общества уже наступило некоторое отрезвление от разрушительного угара «лихих 90-х». Можно даже услышать, что и пионерское, комсомольское воспитание были совсем не так уж плохи, а наоборот. Но при этом нередко добавят: «Вот если бы только без идеологии…»

А чем же плоха идеология?

Поколение Зои правомерно гордилось своей страной, потому что она была самой справедливой. Писал, например, поэт С. Я. Маршак стихи для детей под названием «Мистер Твистер». И в них такие строки:

Каждому советскому ребенку было ясно, что несправедливо и противоестественно это – какой-то мистер (один!) владеет заводами, газетами, пароходами. В конце концов, если и с христианской точки зрения честно взглянуть, тоже несправедливо, ибо: «Не можете служить Богу и Мамоне».

По-моему, трудновато оправдать в глазах нынешних детей существование новоявленных олигархов, не отбросив напрочь принцип справедливости. А отбросив, само собой возносят на пьедестал стяжательство. И оно становится, вольно или невольно, в основу воспитания.

Когда-то настоятель Кентерберийского собора в Лондоне Хьюлетт Джонсон, с огромным интересом посещавший и изучавший Советскую страну (в результате чего родилась книга «Христиане и коммунизм»), признал: «…В обществе, где обрублен главный корень, питающий стяжательские инстинкты, у людей больше возможности выработать в себе надлежащие душевные качества, и они действительно их вырабатывают».

Это, безусловно, было фундаментом воспитания того поколения, которое родилось после Великого Октября!

«Это освобождение совести от власти стяжательского инстинкта, приведшее к замене конкурентной борьбы сотрудничеством, дало небывалые материальные плоды, очевидные сегодня для всего мира, – делал свое заключение Хьюлетт Джонсон. – Моральные результаты его еще значительнее. Строй жизни изменился. В центре внимания стоит общество, а не своекорыстные интересы отдельных лиц. На смену благоденствию какого-либо одного класса или классов пришло благоденствие коллектива и каждой отдельной личности в рамках этого коллектива. Забота о пользе общества вытесняет погоню за прибылью».

Да, да, так и было! Это – правда. Потому и отчеканил христианский священник свой вывод на основе знакомства с людьми Советской страны: «Утверждение, будто бы только погоня за прибылью дает великие результаты и денежный стимул – самый могучий из всех стимулов, – есть гнусная ложь».

Как печально и горько, что наши люди (под мощнейшим и хитрейшим натиском собственнической идеологии, стяжательских сил!) вновь поддались этой лжи. Но разве стали от этого лучше? Пусть по совести ответит каждый, кто испытал жизнь при капитализме в «постсоветской» России!..