Нынешняя национально-освободительная война в Южном Вьетнаме ведется против неоколониализма империалистов США и их лакеев – крайне реакционного и злобного врага, который силен материально и технически, но очень слаб морально и политически.
В предыдущей войне национального спасения революция в Южном Вьетнаме, как и во всей нашей стране, была направлена против французских колонизаторов и их лакеев, которым помогали американские интервенты. После восстановления мира в Индокитае американский империализм изгнал побежденный французский колониализм и установил в Южном Вьетнаме проамериканский режим Нго Динь Дьема. В отличие от французского колониализма старого типа, американский империализм не стал создавать административную машину и вводить экспедиционный корпус, но, тем не менее, контроль над южновьетнамским режимом был полным.
Неоколониализм – это продукт империализма современного периода. Перед лицом мощного влияния социалистической системы и подъема национально-освободительного движения в Азии, Африке и Латинской Америке империалисты уже не могут использовать старые методы навязывания своего господства в колониях, а местные реакционные силы, прежде всего компрадорская буржуазия и класс феодальных помещиков, испытывают большие опасения за свои интересы и привилегии. Неоколониализм – это результат сговора и компромисса между иностранными империалистами, с одной стороны, и местной компрадорской буржуазией и феодальным помещичьим классом, с другой, с целью сохранения колониального господства в новых формах и новыми методами, подавления революционного движения народных масс.
Цели империализма остаются принципиально теми же: порабощение более слабых стран, захват рынков и сырья, безжалостное угнетение и эксплуатация покоренных народов. Его основным методом остается насилие в различных формах. От колониализма старого типа он отличается только одним: если колониализм старого типа прямо берет в свои руки порабощение народов и применяет насилие через подконтрольную ему администрацию и агрессивную армию, то неоколониализм осуществляет порабощение и насилие косвенно и более изощренно – через марионеточную администрацию и марионеточную армию, закамуфлированные ярлыками «независимости и демократии», политикой «помощи» или «союзничества» во всех областях. Неоколониализм, еще более хитрый и опасный, использует все возможные средства, чтобы скрыть свою агрессивную сущность, затушевать противоречия между порабощенными народами и иностранными правителями, парализуя тем самым бдительность и волю народа к революционной борьбе.
Неоколониализм США имеет свои специфические черты. Когда американский капитализм достиг стадии империализма, великие западные державы уже поделили между собой почти все важные рынки мира. В конце Второй мировой войны, когда другие империалистические державы были ослаблены, США стали самой мощной и самой богатой империалистической державой. Между тем ситуация в мире уже не была прежней: соотношение сил между империализмом и лагерем мира, национальной независимости, демократии и социализма коренным образом изменилось, империализм больше не господствует в мире и не играет решающей роли в развитии мировой ситуации. В новых исторических условиях империализм США, имеющий давние традиции экспансии через торговлю, отличные от классической политики агрессии через миссионеров и канонерские лодки, тем более вынужден идти по пути неоколониализма. Страны, находящиеся под его господством, обладают номинальной политической независимостью, но фактически зависят от США в области экономики, финансов, национальной обороны и внешних отношений.
Уже в конце Второй мировой войны американский империализм положил глаз на Вьетнам и другие страны Индокитая. В начале 1950‐х годов, когда положение французских колонизаторов становилось все более отчаянным, американские империалисты постепенно увеличивали свою «помощь» и вмешательство в грязную индокитайскую войну. Когда война закончилась поражением французского экспедиционного корпуса, они решили, что появилась возможность занять место французских колонизаторов. Образы прежнего колониального правления – вероломные и жестокие генерал-губернаторы и верховные комиссары, свирепый Экспедиционный корпус – теперь принадлежали прошлому. Оживить разлагающийся труп старого колониализма американские империалисты не могли, даже если бы захотели. В 1954 г., когда поражение французских колонизаторов стало неминуемым, американские империалисты, пытаясь придать войне больший «динамизм», предусмотрели использование «национальных сил», состоящих из реакционных сил страны. И они начали готовить свою «особую войну» против южновьетнамского народа.
Американский неоколониализм использует своих лакеев в Южном Вьетнаме в качестве главного инструмента для проведения своей агрессивной политики. Неоколониализм черпает свою силу, с одной стороны, из экономического и военного потенциала страны-метрополии, а с другой – из социально-экономической и политической базы реакционных сил туземцев. На Юге нашей страны марионеточный режим был установлен империалистами США в момент блестящей победы нашего народа над империализмом. Поэтому с момента своего появления он так и не обрел жизненной силы, породив внутренние противоречия, кризис и войну. Ее социальная база крайне слаба. Класс феодалов-помещиков и компрадорская буржуазия, которые никогда не были очень сильны при французском господстве, в ходе революции и сопротивления стали еще слабее и разобщеннее. После восстановления мира они стали еще более разобщенными под влиянием американо-французских противоречий. Эти реакционные классы давно уже показали себя предателями родины и вызывают ненависть и неприятие народа. Поражение французского экспедиционного корпуса стало тяжелым ударом по их моральному духу.
В этих условиях американский империализм, пытаясь сплотить реакционные силы и одновременно привлечь на свою сторону и обмануть другие слои населения, использовал все возможные средства для создания относительно стабильной администрации, закамуфлированной ярлыками «независимости» и «демократии». С этой целью они разыграли фарс с созданием «Республики Вьетнам», чтобы увековечить раздел нашей страны. Их марионетки, заявив о восстановлении «независимости» от французских колонизаторов, провозгласили «конституцию» с положениями о «свободе» и «демократии», выдвинули антикоммунистические лозунги, приказали провести «аграрную реформу», с шумом обнародовали программу «искоренения пороков», «защиты добрых традиций» и т. п.
Однако марионеточный режим не мог удержаться у власти, если бы не держался за своих хозяев и не выполнял их приказы. Внешне «Республика Вьетнам» имеет все обычные государственные органы внутренних и внешних дел, обороны, экономики, культуры, но все эти органы, от центрального до местного уровня, контролируются американскими «советниками». Последние, пользуясь дипломатическими привилегиями, не подпадают под юрисдикцию марионеточной администрации, на них не распространяется действие гражданского и уголовного кодексов. Они находятся под непосредственным контролем американского посла. Именно американский империализм определяет основную линию и политику южновьетнамского режима. Нго Динь Дьем, воспитанный американским империализмом, был «вытащен из рукава Даллеса» после Дьенбьенфу. Режим Дьема, отнюдь не возникший, как он утверждал, в результате движения «национальной революции», был лишь результатом замены французских хозяев на американских.
Столкнувшись с народным революционным восстанием, марионеточный режим вскоре встал на путь фашизма и стал проводить политику милитаризации и подготовки к войне. Чтобы обрести смысл существования, ему пришлось пойти на грубое противодействие Женевским соглашениям и самым сокровенным чаяниям нашего народа – миру, независимости, демократии и национальному воссоединению. Она попрала самые элементарные права народа, прибегла к самой варварской политике террора и репрессий. Именно поэтому, несмотря на ярлыки «независимости и демократии» и отдельные реформы демагогического характера, народные массы сразу же увидели за марионеточным режимом отвратительное лицо американского империализма, этого самозваного международного жандарма и закоренелого предателя Нго Динь Дьема. И против них решительно поднялись народные массы.
Американские империалисты также спешно создали и обучили армию наемников для использования в качестве орудия подавления революционного движения, проводя свою коварную политику натравливания азиатов на азиатов, вьетнамцев на вьетнамцев.
С помощью этой армии туземных наемников, получившей название «национальной армии», империалисты надеются замаскировать свою агрессию и сохранить жизни американцев. Американские эксперты подсчитали, что расходы на азиатского солдата-наемника в двадцать четыре раза меньше, чем на американского.
Южновьетнамская «национальная армия» укомплектована марионеточными офицерами в звании от генерала до генерала, но это сочетается с системой военных «советников», контролируемых марионеточным министерством обороны и действующих на уровне батальонов и рот, как в ополчении, так и в регулярных войсках. Американские советники в марионеточной армии контролируют организацию, оснащение, обучение и операции. Участие своих войск в боевых действиях американские империалисты пытаются закамуфлировать под ярлыками «взаимопомощи» и «самообороны». С целью превращения Южного Вьетнама в военную базу США они поставили под свой эффективный контроль большое количество стратегических пунктов, все основные аэродромы и военные порты.
Экономическая «помощь» используется империалистами как основное средство контроля над экономикой Южного Вьетнама. Эта «помощь», по сути, является способом вывоза излишков товаров и капитала для обеспечения политики экспансии и подготовки к войне. Три четверти суммы ежегодной «помощи» поступает от продажи импортных товаров. Американские органы помощи полностью игнорируют как просьбы марионеточного режима, так и потребности страны и сбрасывают на рынок Южного Вьетнама излишки сельскохозяйственной продукции, предметы роскоши, а также товары народного потребления, которые могли бы производиться на месте. Более того, эта помощь носит явно военный характер. Она превращает экономику Южного Вьетнама в военную экономику, 80 % средств которой идет на покрытие военных расходов марионеточного режима. Такая «помощь» ставит этот режим в полную зависимость от американских империалистов.
Поначалу американские империалисты, думая, что смогут быстро укрепить марионеточный режим и стабилизировать политическую и экономическую ситуацию в Южном Вьетнаме, подготовили почву для подписания неравноправных договоров, чтобы открыть путь для масштабного проникновения в страну американского финансового капитала. Однако ситуация развивалась не так, как они рассчитывали, и поэтому вложенные ими в Южный Вьетнам средства были незначительны и составляли едва ли 2 % от общего объема инвестиций в различные отрасли экономики. В целом деньги Соединенных Штатов вкладывались в совместные предприятия, в очень хитрое экономическое проникновение. Несмотря на то что современные условия не способствуют развитию американского сектора в экономике Южного Вьетнама, «помощь» США и создание встречных фондов обеспечили USOM (United States Operations Mission) полный контроль над бюджетом, финансами и внешней торговлей, то есть фактически над всей экономической структурой Южного Вьетнама.
Марионеточная администрация и армия уже много лет существуют только благодаря помощи США. Они неустанно проводят политику насилия и войны для подавления патриотического движения, предоставляя при этом многочисленные привилегии кучке предателей. Социальную базу этого режима составляют наиболее реакционные элементы компрадорской буржуазии и класса феодальных помещиков.
Компрадорская буржуазия Южного Вьетнама экономически полностью зависит от империалистов – французских империалистов в прошлом и американских империалистов в настоящем. Компрадорская буржуазия и класс феодальных помещиков, связанные между собой многочисленными узами, представляют собой две реакционные социальные силы, вступающие в сговор с империалистами, которым они эффективно служат. Компрадорская буржуазия живет на помощь США, на торговлю с империалистическими странами, стремится к совместным инвестициям с иностранным капиталом. В нее входят элементы из других социальных слоев, например, крупные помещики, которые находят убежище в крупных городах и становятся буржуа. Говоря о компрадорской буржуазии, следует прежде всего упомянуть бюрократическую компрадорскую буржуазию, состоящую в прошлом из семьи Нго Динь Дьема, а в настоящее время – из высокопоставленных марионеточных чиновников и офицеров, которые используют свою власть для быстрого обогащения за счет грабежей, вымогательств, взяток, растрат, приписок и спекуляций, для захвата ключевых позиций в экономике и контроля над всеми важными отраслями.
Класс феодальных помещиков, владевший большей частью обрабатываемых земель, имел большое экономическое влияние, но после августовской революции 1945 года и в ходе сопротивления французским колонизаторам он значительно ослаб как экономически, так и политически. Американо-демский режим стремился всеми возможными способами восстановить позиции помещиков, которых он считал своей главной опорой в деревне. Наиболее реакционные элементы помещичьего класса, нагло предлагая свои услуги врагу, участвовали в подавлении крестьянского движения и саботаже революции. Это и бывшие крупные помещики, и новые «бюрократические» помещики, захватившие контроль над сельской администрацией, а также бандиты, наемные убийцы, уголовники, предатели, помещики с Севера, которые используют свою власть для захвата крестьянской земли. Ряд других помещиков хотят сохранить свои привилегии и выступают против национального объединения, но не смеют сотрудничать с врагом. Есть также помещики, которые участвовали в сопротивлении французским колонизаторам, имеют детей или родственников, перегруппировавшихся на Севере: они в большей или меньшей степени выступают против империалистов США и их лакеев или одобряют политику мира и нейтралитета.
Компрадорская буржуазия и класс феодальных помещиков делятся на различные группы с разными экономическими и политическими интересами, связанные либо с американскими, либо с французскими империалистами.
В новых исторических условиях, в силу своего классового характера и отчаянного положения перед лицом победоносного революционного движения, проамериканские силы в Южном Вьетнаме крайне реакционны, они являются предателями своей страны и своего народа и жаждут классовой мести. Они также являются социальными паразитами, оторванными от национального производства и полностью зависящими от американских долларов. Это приводит к тому, что их ряды все больше редеют, становятся все более неоднородными и раскалываются из-за конфликта интересов на враждующие группировки и клики, связанные с различными тенденциями в политических, военных и разведывательных кругах США. Их позиции, и без того не слишком прочные перед лицом мощного революционного подъема, еще более ослабли, а ряды стали еще более разобщенными, поэтому государственные перевороты сменяли друг друга и будут сменять друг друга вплоть до окончательного краха.
Несмотря на свою материальную мощь, американский империализм имеет фундаментальные слабости.
В экономическом и военном отношении Соединенные Штаты Америки сегодня являются самой мощной страной в империалистическом лагере. Но перед лицом социалистических стран, независимых националистических стран и революционных народов мира их сила все больше и больше уменьшается. Империализм США повсеместно перешел к обороне, его силы, разбросанные по всему миру, оказались неспособны спасти его от катастрофических поражений в континентальном Китае, Корее, на Кубе. Американские империалисты потерпели множество поражений и столкнулись с большими трудностями в Лаосе и других странах. В Южном Вьетнаме их положение становится все более критическим.
В агрессии против Южного Вьетнама американский империализм обнаружил фундаментальную слабость: он вынужден прибегнуть к неоколониалистской политике при отсутствии важных факторов для ее успешного проведения.
Во-первых, он вынужден пытаться обманывать наш народ, изображая из себя «рыцаря», защитника независимости, суверенитета и свободы народов. Но нынешняя конъюнктура как в мире, так и в Южном Вьетнаме не благоприятствует такому маневру. Наш народ, обладающий высоким революционным сознанием, давно распознал в американском империализме врага народов мира номер один. Империализм США разоблачил себя, поддержав французских колонизаторов во время войны в Индокитае, войны, которая велась на французской крови и американских долларах и оружии. В тщетной попытке спасти французский экспедиционный корпус от катастрофы в Дьенбьенфу он задумал преступный план. Наш народ не ждал 1954 года, чтобы увидеть в американском империализме агрессора, и с тех пор еще яснее осознал, что он является врагом номер один вьетнамской революции и вьетнамского народа.
Во-вторых, американский империализм не может проводить свою неоколониальную политику без мощной поддержки местных реакционных сил, без внешне «независимой и демократической» туземной администрации и «национальной» армии. Но мы можем утверждать, что этого чрезвычайно важного, решающего судьбу неоколониализма условия в Южном Вьетнаме нет. Реакционные силы, в первую очередь наиболее реакционные и проамериканские элементы компрадорской буржуазии и класса феодальных помещиков, оказались крайне слабыми в социально-экономическом плане и полностью изолированными в политической сфере. Миллиарды долларов и сотни тысяч тонн вооружений не заполнят этот политический вакуум. Империализм США никогда не сможет создать стабильный политический режим, хотя бы внешне похожий на независимость и демократию. Каждая марионеточная администрация оказывалась более бездарной, чем ее предшественница. Американский империализм также не способен создать боеспособную армию; какой бы современной ни была ее оснащенность, марионеточная армия Южного Вьетнама никогда не сможет укрепить свой падающий боевой дух.
В-третьих, империализм не может проводить свою неоколониальную политику, не раскрывая своей агрессивной сущности. Подавление революционного движения должно осуществляться по существу силами туземной реакции, а агрессивная война должна вестись преимущественно силами туземных реакционных вооруженных сил. В этом суть того, что пентагоновские стратеги называют «особой войной». Но возникает проблема: что делать, если марионеточные силы окажутся неспособными служить целям своих хозяев? Единственное возможное решение – увеличение числа американских «советников», военнослужащих и боевых подразделений и все более прямое участие в агрессивной войне. По этому пути, полному неразрешимых противоречий, США идут все дальше и дальше. Ввод американских войск в Южный Вьетнам может иметь непосредственный эффект в виде некоторого усиления марионеточной армии и создания определенных трудностей для южновьетнамского народа, но с американской стороны в военном отношении он представляет собой явно оборонительную меру, а в политическом – тяжелое поражение. Чем больше американских войск вводится в страну, тем больше снижается «особый» характер войны. Неоколониализм США теряет тот фасад, который отличает его от классического колониализма, не говоря уже о тех многочисленных испытаниях, которые ждут американские войска в контрпартизанской войне на тропическом поле боя. Американские стратеги признают, что политические, географические и климатические условия в Южном Вьетнаме представляют для них непреодолимые трудности.
Таким образом, именно в политической и моральной сфере империалисты США и их лакеи доказали свою принципиальную слабость. Политическая цель, которую они преследуют, как в годы более или менее замаскированной интервенции, так и в нынешней «особой войне», остается неизменной: завоевать Южный Вьетнам, растоптать право нашего народа на жизнь и его сокровенные чаяния. Они – враги нашего народа и получают от него решительный отпор. Их коренная слабость еще усугубляется шатким положением местных реакционных сил, особой формой, которую приняла агрессивная война в Южном Вьетнаме, несгибаемым духом и тесным единством нашего народа. Эта принципиальная слабость, безусловно, приведет империалистов США к полному поражению.