В маленькой горной деревушке жила женщина с двумя детьми – мальчиком пяти лет и семилетней девочкой. Жили они бедно, мать от зари до поздней ночи батрачила на чужих полях, а малые дети оставались дома одни.

Каждое утро, уходя на работу, мать наказывала сыну и дочке крепко запирать двери на засов и никому чужому не отпирать. Возвращаясь, всегда пела одну и ту же песенку, чтобы дети узнали её голос и отворили дверь.

А на самом краю деревни в тёмной пещере жила старая колдунья, злобная и страшная. Задумала она обмануть детей, проникнуть к ним в дом и съесть малышей. Много дней следила она за маленькой семьёй, выучила даже песенку, что пела мать по возвращении с работы. И вот в один из дней подкараулила злобная старуха женщину по пути в деревню, связала и унесла к себе в пещеру. А сама дождалась вечера и отправилась к скромной хижине, где дети дожидались маму.

Вот подкралась колдунья к дверям, стучит, поёт песенку, да только голос её груб и совсем не похож на голос молодой женщины. Засомневались дети, просят:

– Просунь руку под дверь, мы убедимся, что ты наша мама, и откроем.

Просунула колдунья руку в щель, смотрят дети – а рука старая и морщинистая.

– Не откроем тебе, ты не наша мама!

– Я трудилась весь день в поле, вот руки и испортила, – отвечает хитрая старуха.

– Тогда просунь под дверь ногу, – снова просят дети.

Просунула колдунья под дверь ногу.

– Ты не наша мама, у неё туфельки новые, вышитые, а у тебя башмаки грубые.

Так и не открыли дети колдунье. Отправилась она в свою тёмную пещеру несолоно хлебавши. А как пришла, отобрала у матери платье, туфельки, браслет яшмовый да скромное обручальное колечко, что осталось ей от мужа, надела всё на себя и с тем вернулась к закрытой двери домика.

Снова стучит ведьма в дверь, поёт песенку. И опять просят детки показать руку и ногу. Узнали они вещи своей мамы и открыли дверь. А было так поздно, что в домике уже стало совсем темно. Вошла колдунья, дверь прикрыла да не мешкая в кровать улеглась.

Дети просят поесть, но старуха не велит зажигать огонь.

– Ложитесь, – говорит, – детки, спать. На ночь если поесть, живот заболит.

Легли они спать, но не спится сестре, тревожно отчего-то на сердце, боязно. Уж больно мама на себя не похожа. Разбудила она братца, вывела тихонько из дому, а куда идти и не знает. Решили дети взобраться на дерево и там в ветвях переночевать.

А старуха под утро проснулась голодная, глядит по сторонам, а детей-то и нет нигде. Выбежала она во двор, искала беглецов везде, наконец увидела испуганных детей на старом персиковом дереве, что росло во дворе.

– Детки мои дорогие, – зовёт она, – спускайтесь вниз, я вам поесть приготовила.

– Что ты, мама, нам тут так хорошо, – отвечает сестра. – Да мы и наелись, здесь на ветках много персиков, спелых и сочных. Хочешь один?

И уж так хороши были персики, что не удержалась колдунья, согласилась.

– Ты, мамочка, рот открой широко-широко, я тебе персик прямо в рот закину, чтоб не помялся, – говорит девочка.

Открыла ведьма рот, девочка кинула персик, да так сильно и метко, что попал он прямо в горло старухи, та и задохнулась. И как только упала она замертво на землю, вокруг встали заросли крапивы в человеческий рост, такие густые, что не пройти через них ни пешему, ни конному.

Долго сидели дети на дереве, а спуститься не могли – кругом крапива. Долго плакали-горевали, звали мать. И там, где детские слёзы капали на землю, проросла высокая полынь.

С тех пор вдоль дорог и лесных тропинок буйно растёт крапива, а рядом тянутся заросли серебристой полыни. И коли путник обжёгся крапивой, срывает он листик полыни, натирает им больное место, и становится ему легче, проходит боль и исчезают волдыри.

А детей обнаружили вскорости странствующие торговцы, скосили заросли и помогли брату с сестрой спуститься на землю.

А потом и маму отыскали.

И жили детишки с мамой в своём домике в мире и согласии много-много лет.