Было это давным-давно, когда озеро Сут-Холь[6] было ещё маленькой лужей, а хребет Сюмбер-Ула[7] – маленькой сопкой.

Жил-был бедный пастух Оскюс-оол. Не было у него ни отца, ни матери. Пас он и в жару и в холод овец Караты-хана, у которого добра было выше плеча, а скота – выше головы. Летом Оскюс-оол пил сыворотку, а зимой ел ханские объедки. На глазах его слёзы не высыхали, с сердца печаль не сходила.

Вот как жил бедняк Оскюс-оол!

Однажды случилась беда: маленький ягнёнок споткнулся о камень и сломал ногу.

– Убьёт меня Караты-хан. Отрубит он мои руки вместе с рукавами, снимет мою голову вместе с шапкой, – заплакал Оскюс-оол.

Стоит он понурив голову и думает: «Не уйти мне от ханской сабли, не спастись от ханского бича».

В это время пробегал мимо красный лис – Дилгиже́к. Увидел Оскюс-оола и спрашивает:

– Что ты плачешь, Оскюс-оол?

– Как же мне не плакать? Я пасу ханских овец, а ягнёнок ногу сломал. Некому за меня заступиться – не быть мне теперь в живых.

– Как некому за тебя заступиться? А я на что? Положись на меня во всём, и я тебе помогу. Тебя надо женить на царевне Били́г, дочери Курбусту-хана, это спасёт тебя от беды.

– Опомнись, Дилгижек! Что ты говоришь? Мне такое и во сне не приснится. Это всё равно, что рукой небо достать.

– Ничего, это уж моё дело. Я побегу к Курбусту-хану, а ты жди меня здесь.

Схватился Дилгижек за семицветную радугу и побежал по ней в аал Курбусту-хана.

Прибежал он в юрту Курбусту-хана, низко поклонился и говорит:

– Здравствуй, Курбусту-хан. Пришёл я от Караты-хана. Хочет он женить своего сына на вашей дочери.

– Ну что ж, – ответил хан, – я не прочь породниться с богатым человеком. Веди ко мне жениха.

Обрадовался Дилгижек, побежал к Оскюс-оолу и принялся купать и мыть его в тёплой воде. Потом оглядел со всех сторон и видит: стоит перед ним стройный, как пихта, юноша.

Довольный Дилгижек взял его с собой, и по семицветной радуге они поднялись к Курбусту-хану.

Перед аалом хана Дилгижек говорит Оскюс-оолу:

– Подожди меня здесь. Побегу добывать тебе одежду.

Вбежал Дилгижек к хану и заревел во весь голос:

– Ой, беда пришла! Осталась моя шея без головы.

– Что случилось? – испугался хан.

– Не смею доложить, – плачет хитрый Дилгижек. – Не знаю, как и сказать. Вы знаете, что ноги у меня лёгкие, на слова я красноречив и сам не промах. Я уже передал ваш ответ Караты-хану. Отправились мы с женихом в путь, и застал нас в дороге ливень – промочил одежду жениха. Просто беда. Что теперь делать, хан?

– Эй, слуги! – закричал хан. – Принесите самую лучшую одежду для сына Караты-хана.

Побежал Дилгижек проворно к Оскюс-оолу, нарядил его в чёрную соболью шапку, синий шёлковый халат, в чёрные идыки[8]. Подпоясал его алым шёлком и наказал ему:

– Смотри не забудь: твой отец Караты-хан и имя твоё – Чече́н-Тажы́. Держись гордо, до земли не кланяйся.

Вошли они в юрту Курбусту-хана. С почётом хан встретил гостей, стал угощать дорогими кушаньями. Понравился ему Оскюс-оол.

– Двум ханам надо породниться. Пусть Чечен-Тажы остаётся у меня, а ты, Дилгижек, беги к Караты-хану. Скажи, чтобы ждал нас через три дня.

– Хорошо, хан, исполню. Только разрешите дать Чечен-Тажы маленький наказ с глазу на глаз.

Разрешил. Вышли они из юрты. Дилгижек и говорит:

– Ну, Оскюс-оол, всё идёт хорошо, но дел впереди ещё много. Ты только не бойся. Я твой названый брат – шестерых обхитрил, пятерых обвёл. Вот и весь мой наказ.

И Дилгижек побежал прямёхонько в аал Караты-хана. Вбежал он в белую ханскую юрту, хвост опустил, уши пугливо прижал, сам весь дрожит и визгом визжит.

– Что случилось, Дилгижек? – перепугался хан.

– Был я в верхнем мире у Курбусту-хана, – говорит Дилгижек. – В великом гневе хан и грозится: «Не оставлю ничего живого! Молнией всё сожгу!» Вот я и мечусь, не могу найти, где нам с тобой спрятаться. А я не придумаю – никто не придумает.

Задрожал хан от страха, зубами стучит, слезами обливается – помощи просит.

А Дилгижеку только того и надо:

– Выйди, хан, из юрты – посмотри на небо.

Вышли они. Видит хан, огромная туча надвигается.

– Это Курбусту-хан спешит, – говорит Дилгижек.

Кинулся Караты-хан перед ним на колени и пуще прежнего помощи просит.

– Надумал! – радостно закричал Дилгижек. – Выкопай за аалом яму в семьдесят сажен и отправляйся туда со своей свитой. Прикажи подвезти к яме валун на ста верблюдах и завалить им вход. А потом я тебя вызволю оттуда.

Ударил хан в большие литавры – собрал народ и заставил яму копать. Спрятался хан со свитой в этой яме и приказал вход большим валуном завалить.

Обратился тогда Дилгижек к людям:

– Караты-хан держал вас только на сыворотке, хоть добра у него выше плеча, скота выше головы. Когда он зол бывает – голову с плеч снимает. Когда злость пройдёт – только кровь сосёт. Пусть пастух верблюдов старый Сал-Бууру́л будет ханом, а Оскюс-оол – его сыном.

Согласился народ.

Через три дня по семицветной радуге Курбусту-хан вместе с женихом и невестой спустился в аал Караты-хана.

Три дня, три ночи все веселились и праздновали свадьбу Оскюс-оола с царевной Билиг. Больше всех веселился Дилгижек.

На другой день после свадьбы налетела чёрная туча. Засверкали молнии и разбили валун в прах. Не осталось от хана и следа.

Возликовал народ.

Долго и счастливо жил Оскюс-оол со своей царевной.